Ленин. Спаситель и создатель - Сергей Кремлев

«Паше. Отчего давно нет писем? Как дела с техникой? …Имейте в виду, что скоро получите письмо за подписью Яблочков (В. П. Ногин. – С.К.), ключом „У лукоморья дуб зелёный“… Этот человек может также приехать к Вам. Это вполне наш человек. Постарайтесь дать ему связи с рабочими и интеллигентами…»

Всё приведённое выше – лишь отдельные фрагменты обширной ленинской переписки по делам «Искры». И даже по этим фрагментам воссоздаётся картина напряжённой работы многих людей, уже объединившихся вокруг «Искры»… По сути, все здоровые революционные силы России и русского зарубежья начинали работать на «Искру» и её идеи, тот есть – на ленинские идеи.

Но за всем этим стояла огромная личная работа Ленина. И тут было не до старой Мюнхенской пинакотеки с её шедеврами искусства, тут бы выспаться – и на том спасибо!

А ведь надо было ещё и работать в библиотеках, редактировать присылаемые материалы… Надо было и самому писать – коль уж дело регулярной газеты пошло! Надо было задумываться о перспективе и оперативно откликаться статьями на злобу дня.

К тому же, кроме «Искры» появилась – трудами Ленина же, и ещё одна «информационная площадка» – журнал «Заря»… В декабре 1901 года в №№ 2 и 3 этого журнала была опубликована работа Ленина «Внутреннее обозрение», где он давал картину внутреннего положения России на материалах российской прессы. Из многих тогдашних интересных мыслей и выводов Ленина приведу наблюдение, которое – с заменой одного лишь слова «самодержавие» на «путинско-медведевский режим» – полностью описывает и нынешнее положение в России:

«Надо вообще сказать, что наши реакционеры, а в том числе, конечно, и вся высшая бюрократия, – проявляют хорошее политическое чутьё. Они так искушены по части всяческого опыта в борьбе с оппозицией, …что держат себя постоянно „начеку“ и гораздо лучше всяких наивных простаков и „честных кляч“ понимают непримиримость самодержавия с какой бы то ни было самостоятельностью, честностью, независимостью убеждений, гордостью настоящего знания. Прекрасно впитав в себя тот дух низкопоклонства и бумажного отношения к делу, который царит во всей иерархии российского чиновничества, они подозрительно относятся ко всем, кто не похож на гоголевского Акакия Акакиевича, или, употребляя более современное сравнение, на человека в футляре…»[261]

Не правда ли, всё это хорошо знакомо и нам? В начале XXI века нас вернули (а точнее – мы сами себя вернули, голосуя за всякую сволочь) в вонючую ситуацию столетней давности. Тогда во главе России стояли люди, не желающие и не умеющие ей управлять в интересах народа, и сейчас во главе России стоят сходные фигуры. Стоит ли удивляться, что и картина получается схожей?

Но это ещё не всё! Ленин не был бы Лениным, если бы после критики не давал конструктивной альтернативы, и он продолжал:

«И в самом деле: если люди, исполняющие те или иные общественные функции, будут цениться не по своему служебному положению, а по своим знаниям и достоинствам, – то разве это не ведёт логически неизбежно к свободе общественного мнения и общественного контроля, обсуждающего эти знания и эти достоинства? Разве это не подкапывает в корне те привилегии сословий и чинов, которыми только и держится самодержавная Россия?..»[262]

Этот ленинский «рецепт» воспитания обществом нужных ему чиновников вполне годен и для наших дней.

Не так ли?

В мае 1901 года четвёртый номер «Искры» открылся ленинской статьёй с боевым названием «С чего начать?» В ней проводилась основная на тот момент мысль Ленина о значении постановки общерусской политической газеты. Ленин писал:

«Роль газеты не ограничивается, однако, одним распространением идей, одним политическим воспитанием и привлечением политических союзников. Газета – не только коллективный пропагандист и коллективный агитатор, но также и коллективный организатор. В этом последнем отношении её можно сравнить с лесами, которые строятся вокруг возводимого здания, намечают контуры постройки, облегчают сношения между отдельными строителями… При помощи газеты и в связи с ней сама собой будет складываться постоянная организация…»[263]

Формула Ленина о газете, как не только коллективном пропагандисте, но и коллективном организаторе, в хрущёвско-брежневском СССР стала заезженной, да и по сути своё отжила, и к 80-м годах ХХ века вряд ли все штатные идеологи КПСС были осведомлены о её ещё «дореволюционном» происхождении.

Но есть времена, и есть времена. Имея в виду сегодняшний день, надо сказать, что партийные печатные органы коммунистов и прежде всего – «Правда» и «Советская Россия», должны вновь играть роль не только просветителя, но и организатора масс.

Вернёмся, однако, в 1901 год, в котором деятельность Ленина доказывала, что цель Ленина оставалась прежней – профессиональная революционная партия как ядро широкого массового движения. В русле развития этой руководящей идеи он осенью 1901 года начинает свою важнейшую для будущего книгу – «Что делать?» Название прямо и намеренно повторяло название знаменитого романа Чернышевского.

Редактор журнала «Современник» Николай Гаврилович Чернышевский (1828–1889), русский революционный писатель-демократ, мыслитель, идеолог раннего народничества, 7 июля 1862 года был арестован по обвинению в связях с издателем лондонского «Колокола» Александром Ивановичем Герценом и заключён в Петропавловскую крепость. В её стенах и был написан роман «Что делать?», которым зачитывались поколения молодых горячих ребят в России, и Ленин – в том числе.

Несмотря на то, что обвинение юридически доказано не было, а улики следствием сфабрикованы, Чернышевского приговорили к 7 годам каторжных работ и вечному поселению в Восточной Сибири. 19 мая 1864 года на Мытнинской площади Петербурга над Чернышевским был совершён обряд гражданской казни, после чего в халате каторжника великий сын России был отправлен в Сибирь.

Нерчинские рудники, затем – ссылка в Вилюйске. Лишь через двадцать без малого «сибирских» лет, осенью 1883 года, Чернышевского под именем «секретного преступника № 5» перевели в Астрахань. В 1889 году больному писателю разрешили поселиться в его родном Саратове, где в ночь на 17(29) октября он и скончался от кровоизлияния в мозг.

Чернышевский, имея в виду либералов всех времён и всех народов, либералов и с Мытнинской, и с Болотной площади, писал:

«Эх, господа, господа, вы думаете, дело в том, чтобы было слово республика, да власть у вас… Дело не в том, а в том, чтобы избавить низший класс от его рабства не перед законом, а перед необходимостью вещей…, чтобы он мог есть, пить, жениться, воспитывать детей, кормить отцов, образовываться и не делаться мужчины – трупами или отчаянными, а женщины – продающими своё тело…»[264]