Наследие Темного Меча - Маргарет Уэйс

Он наклонился и поцеловал ее в лоб.

— Я никогда и ни в чем тебе не отказывал. Ройвин все время упрекал меня, что я тебя испортил. Но ведь кроме вас двоих, у меня никого не было.

Сарьон оставил нас. Он снова подошел к дракону и встал перед ним, не поднимая глаз.

— Следи, чтобы меч был надежно спрятан, — напомнил Мосия Элизе. — Помнишь, что вышло в прошлый раз?

Тогда на нас напали Дуук-тсарит. Элиза подняла Темный Меч, и его сила разрушила заклинание очарования. А сейчас я слышал, как шаги преследователей в коридоре звучали все ближе. Я не знал, что случилось со Сциллой, и очень надеялся, что она не пострадала. Хотелось верить, что Джораму они не причинят вреда больше, чем уже причинили. Он все еще был нужен им живым, пока Темный Меч находился у его дочери.

— Дракон, — повелительно произнес Сарьон. — Я приказываю тебе. Нам угрожает опасность. Помоги нам сбежать от тех, кто нас преследует.

— Да, тебе грозит опасность, старик, — сказал дракон, обнажив ужасные желтоватые клыки, запятнанные кровью. — Эта опасность — перед тобой, а не позади тебя.

Свет бриллианта внезапно начал меркнуть. Как Сарьон и опасался, заклинание утрачивало силу. Дракон собрался ползти к нам. Он приподнял темные, как ночь, крылья. Замерцали смертоносные звезды.

Сарьон выпрямился во весь рост. Я снова увидел в нем то же, что наблюдал, когда он стоял в нашей гостиной перед королем Гаральдом, генералом и предводителем темных жрецов. Его внутренняя сила, его любовь к нам, его вера в Олмина сияли ярче, чем устрашающий свет драконьих глаз.

— Дракон, ты подчинишься мне, — сказал Сарьон.

Бриллиант во лбу дракона снова ярко вспыхнул. Дракон злобно посмотрел на Сарьона, но, покорный неодолимой силе заклинания, опустил голову. Дракон Ночи склонился перед каталистом. В бледных глазах чудовища полыхала ненависть, но дракон прикрыл веки.

— Забирайся ко мне на спину, старик, если осмелишься.

— Дети, быстрее! — поторопил нас Сарьон. — Мосия!

— Я вас прикрою, — ответил Мосия.

— Но они убьют тебя! — воскликнул Сарьон.

— Иди с ними, Дуук-тсарит, — сказал дракон с раздражением в голосе. — Я разберусь с теми, кто вас преследует. Мне сейчас очень нужно расправиться хоть с кем-нибудь!

Мосию не пришлось просить дважды. Теперь я полностью доверял ему. Он оставался верен своему слову и защищал бы нас, даже рискуя погибнуть, но он не терял надежды заполучить Темный Меч и не хотел упускать его из виду.

Следом за Сарьоном я взобрался на дракона. Мой господин держался так, будто всю жизнь только и делал, что летал на драконах, хотя я точно знал, что ничем подобным он никогда не занимался. Мы поднялись по костной основе огромного черного крыла, стараясь не наступить на тонкую перепонку — Сарьон предупредил нас, что перепонка может прорваться. Гигантское тело содрогалось под нами, словно почва перед извержением вулкана. Мы с Сарьоном помогли взобраться Элизе, которая никому не доверила Темный Меч и ни на миг не выпускала его из рук. Мы устроились между гребнями на спине чудовища. Сидеть там оказалось крайне неудобно. Когда Мосия перебирался с крыла на спину дракона, в логово вбежали техноманты в серебристых одеждах.

— Берегите глаза! — крикнул нам Мосия и поглубже надвинул капюшон.

Я прикрыл глаза руками, но все равно видел бледное сияние — так ярко засветились глаза дракона. Чудовище взревело, откинуло назад голову и распахнуло крылья. Но даже нападая на техномантов, дракон позаботился о том, чтобы не сбросить нас, сидевших у него на спине.

Я услышал жуткие крики, полные боли и ужаса. Перед моими закрытыми глазами засверкали яркие вспышки. Крики затихли очень быстро.

Огромное тело дракона зашевелилось, крылья пришли в движение. Белый свет драконьих глаз померк. Мне в лицо ударил поток свежего воздуха, прохладного и сладкого после удушливой вони пещеры. Я открыл глаза и увидел огромное отверстие, похожее на гигантский дымоход, — оно было достаточно большим, чтобы в него мог свободно пролететь дракон.

Мы поднимались ввысь. Дракон легко и неторопливо взмахивал крыльями, словно не замечая нашего веса. Мы были для него всего лишь надоедливыми насекомыми, прилепившимися к чешуе.

Я посмотрел на ночное небо и ахнул.

Там сияло множество звезд. Их было гораздо больше, чем обычно. А потом меня осенила ужасная догадка, которую Мосия облек в слова.

— Это не звезды, а космические корабли. Беглецы. Последние выжившие с Земли. Они прилетели сюда, еще на что-то надеясь. Хч'нив летят за ними.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

Мерлин взглянул на этот город глазами, видавшими ход столетий, выбрал это место для своей гробницы и ныне лежит, связанный Последним Волшебством, на полянке, которую любил.

Мы летели над ночной землей Тимхаллана, а в небе над нами сияли тысячи звезд-кораблей, несущих на себе миллионы людей. Это были словно искры надежды. Надежды и отчаяния. Наверное, экипажи кораблей обнаружили нас при помощи своей сложной аппаратуры. Я не знал, за что они нас приняли — гигантскую черную крылатую тень, движущуюся над верхушками деревьев. Наверное, за какой-нибудь местный вид крылатой фауны.

Но кто-то, возможно, и понял, что изображение на экране радара — это летящий дракон. Король Гаральд, епископ Радисовик и генерал Боурис наверняка узнали это создание. Но они не могли знать, что на спине Дракона Ночи летим мы. Они явились сюда, потому что это было последнее, как им казалось, безопасное место, и они не подозревали, где мы и чье поручение исполняем. Если задуматься, мы сами знали ненамного больше. Может быть, все это подстроили техноманты? И Гвен, и королева Элиза были лишь иллюзиями?

Мосия, видимо, так и думал. Впрочем, он был из тех, кто всегда видит стакан наполовину пустым. Я же терзался сомнениями. Гвендолин казалась абсолютно настоящей. Такую искреннюю любовь к дочери невозможно подделать, в этом я был уверен. И как могли техноманты сотворить иллюзорную Элизу из другого времени? Когда я думал об этом, дух мой взмывал ввысь вместе с драконом.

Но я вдруг понял, что они могли знать о том, другом времени. И мое воодушевление сразу развеялось. В том времени тоже были и Кевон Смайс, и жрецы Темных культов. Может быть, именно они и подстроили все, что нам довелось пережить.

Я снова посмотрел вверх, на небо, усеянное звездами-кораблями. Я подумал о миллионах людей там, наверху, потрясенных, испуганных, отчаявшихся, которые покинули свой дом и отправились в космос, чтобы там умереть. Вскоре сюда явятся штурмовики хч'нив — как только окончательно завоюют Землю. Я представил, как небо осветится яркими вспышками…