Анахорет - Самат Айдосович Сейтимбетов

Разумеется, для такого обучения требовалось послушание, и поиски новых учеников, обладающих сильной пассивной магией. Но разве не мог он, Олег Спицын и тар Хельги Стилет, улучшить процесс, как изменил массу всего вокруг, опираясь на земные знания? Мог. Не факт, что обязан, но точно мог и даже сделал первый шаг в этом направлении: еда с добавками магических грибов и растений, каменные бани и усвоение пара из магической воды через кожу и прочие вещи, находившиеся в ведении Иринии.

У него имелись цифровые очки, сканер и Имма, умение и понимание энергий и энергетики тела, медицины, анатомии, что вело к выводу: нельзя было ждать милостей храмовников, следовало создать могучих бойцов самому. Огромный, затратный проект, требующий постоянного личного участия, конечно, но в то же время потенциально сулящий массу выгод.

— Если мне предстоит отправиться туда и остаться в храме, то тар Стилет тоже мне будет не указ, - упрямо гнул свою линию Завурот.

— Да ты! - вспылил Кассах.

Олег перехватил его вскинутую руку, в которой была зажата палка, и покачал головой. Указал глазами, мол, отойдем в сторонку, и они отошли, благо все вокруг было утоптано и вмято чуть ли не до земли и корней. После массовой охоты угроза вархагов резко ослабела, зверье тоже исчезло, либо было забито, либо разбежалось в страхе, и люди даже слегка утратили бдительность, свободно ходили вокруг, куда хотели.

Радовала мысль, что все это благодаря Олегу, изначально сумевшему выбить варгахов прочь.

— Извините, тар, мою дерзость, - заговорил Кассах, сверкая глазами, - но вы слишком мягки и добры!

Олег не удержал короткого смешка. Услышать кто такое из знавших его на Земле, так вообще животик бы надорвал от смеха. Олег Спицын добр к людям! Надо же такое сказануть! В то же время, Олег вдруг подумал, что Хельги Стилет вполне мог быть и добр к людям, по крайней мере, пока те не садились ему на шею.

— Извиняю, ведь я мягок и добр, - улыбнулся Олег.

— Так учили всегда, - словно оправдываясь (на самом деле лишь говоря правду), сообщил Кассах.

— И эти храмовники служили Сотару.

— Иначе храмовник мог струсить в бою, подвести остальных... да, они служили Сотару.

— А ты поклялся мне, - напомнил ему Олег.

Кассах склонил голову.

— И так как я не бог, то и методы можно изменить, да?

— Я верю, что вы сможете, тар, - глухо ответил Кассах, глядя в снег и землю.

Прямой, как меч, Кассах, в то же время поклявшийся следовать его любым решениям и убить себя, если усомнится в "таре Стилете, уничтожителе нежити". Олег смотрел сверху вниз на склонившего голову Увара, казалось, готового встать на колени. Где-то фоном в голове Олега бродило изумление, как он вообще дошел до жизни такой.

Но основное направление мыслей опять перескочило дальше. Прямой и честный Кассах, но в то же время, принесший клятву Олегу, что он сказал бы о мысли готовить своих храмовников? Даже не храмовников, а тех, кто овладел их приемами, получил развитие внутренней магии и освоил хитрости лесовиков, получил земное оружие и подготовку диверсантов, по земным же методикам?

Запредельное умение сражаться, удерживаемое уздой воспитания и принципов храмовников, направленное против нечисти и нежити, это было понятно. Но убери узду, и что тогда? Понял бы такое Кассах или покончил с собой? Олег, конечно, все равно смог бы обучить - нет, не смог бы, признал он. Обучение других никогда не было его коньком, в сущности, выходило ровно наоборот, чем больше учил, тем хуже делал.

Но изначальная мысль, идея сделать себе группу храмовников - диверсантов, оставалась все такой же привлекательной. С подобной группой из четырех-пяти человек, знающих местные условия, можно было и рискнуть, пройти лесами или Тобалгой, вломиться к Королю Мертвых и укоротить его на голову и магию, и потом тихо уйти.

Но что потом или до того? Сила, скорость, умения и никакой морали? Личная верность и клятвы Стилету?

— Я рад, что ты веришь в меня, Кассах, - сказал Олег. - Поднимись.

— Я поклялся, тар! - просто ответил Увар, поднимаясь.

Хорошо быть молодым, подумал Олег, прямым, честным, знающим свой путь и не испытывающим сомнений. Иногда он настолько люто завидовал Кассаху, что зубы сводило и хотелось бросить все, самому отправиться в храм Сотара на берегу Телассова моря. Стать учеником, получать палкой по плечам, спине и заднице, не думать, не переживать, слушаться и быть одним из коллектива, частью его.

— Отлично, - кивнул Олег. - Тогда у тебя прибавится учеников.

— Как скажете, тар, - отозвался Кассах. - Могу ли я высказать свое замечание?

— Можешь, но оно бессмысленно, - хмыкнул Олег, - так как я верю, что ты сделал все, что мог и даже больше. Теперь нам предстоит еще один визит к мо Иринии.

Постоянно приходилось ходить к ней или вызывать к себе, по разным служебным делам, как говорится. Ириния не пыталась наброситься и изнасиловать, не раздвигала ног, не предлагала себя, как тогда, но все равно смотрела жадным, голодным взором. Теперь она желала не только тела "Хельги Стилета", но и его знаний, во всех областях, примыкающих к медицине.

И Олег сейчас собирался подпитать этого голодного зверя внутри Иринии. Словно сам прыгал на грабли, да не просто так, а чтобы рукояткой заехало точно под дых или между ног. Или вообще вонзилось прямо в задницу сразу, чего уж там. Создать самому себе проблемы сейчас во имя возможного лучшего будущего.

— Как пожелаете, тар, - ответил Кассах.

Даже не стал спрашивать, зачем им Ириния, перебирать причины или высказывать предположения. Вот такое поведение Олегу нравилось, меньше лишних слов, больше дела, если не забывать о том, что слепая вера в него тоже могла привести к проблемам. Нет, просто обязана была привести к проблемам, ведь вся жизнь Олега строилась по этому принципу: что ни делай, будут проблемы, даже когда ты делаешь что-то, чтобы избежать этих проблем.

Ярчайшим доказательством служило само бегство в другой мир, прочь от проблем жизни на Земле.

— Завурот! Бегом до Тобалги и обратно три раза, затем переплыть ее туда и обратно и на этом занятие будет закончено!

— Слушаюсь, наставник! - взревел Завурот так, что с деревьев полетел снег.

Рванул к реке, а Олег и Кассах зашагали обратно к домам и лазарету Иринии. Переплыть реку, думал Олег на ходу,