Живым или Мертвым - Том Клэнси

— Будут ли среди отходов делящиеся материалы?

— Вы имеете в виду — может ли здесь произойти взрыв?

— Да.

— Что ж, для объяснения, почему этого не может случиться, потребовалась бы парочка докторов философии и физики. Краткий ответ — нет, не может.

— А если кто-нибудь сумеет миновать охрану и заложить в хранилище бомбу…

— Кто-нибудь, это, вероятно, Супермен или Невероятный Халк, да?

Слушатели снова рассмеялись.

— Пусть даже так. Но, допустим, им это удалось. Какой ущерб будет нанесен хранилищу?

Стив покачал головой.

— Жаль вас разочаровывать, но такое исключает сама схема транспортировки. Прежде всего, вы, вероятно, обратили внимание на то, что ширина наклонного туннеля всего десять футов. Такого количества взрывчатки, сколько нужно, чтобы серьезно повредить его, и грузовик не увезет.

— А как насчет ядерного заряда? — поинтересовался неугомонный представитель Айдахо.

«А в этом случае, — подумал Стив, — будут серьезные проблемы».

Глава 42

— Что ж, друзья, пора браться за новые игры, — объявил Джерри Хендли, войдя в зал заседания и устроившись на своем месте.

В Кампусе началось очередное утро, и на большом столе стояло несколько кофейников, от которых поднимался ароматный пар, и блюда с печеньем, пончиками и рогаликами. Джек налил себе кофе, взял рогалик из грубой муки — без сыра — и отыскал себе место за столом. На совещании присутствовали также руководитель аналитической службы Джерри Раундс, глава оперативного отдела Сэм Грейнджер, Кларк, Чавес и братья Карузо.

— Самое время применить целевой подход. С этой минуты никто из присутствующих в этом зале не занимается ничем, кроме Эмира и Революционного совета Омейядов — за исключением меня самого, Сэма и, конечно же, Джерри. Мы будем поддерживать огонь и подогревать пончики, а всем остальным предстоит резко увеличить объем работы. Будем есть Эмира, пить Эмира и дышать Эмиром двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю, пока не доберемся до него — живого или мертвого.

— Хейя! — воскликнул Брайан Карузо, вызвав общий смех.

— По этому случаю присваиваем группе кодовое название — «Королевская рыбалка». Эмир считает себя чем-то вроде короля, верно? Ну, а мы устраиваем рыбалку, чтобы его поймать. Отныне и до завершения операции вы занимаетесь только ей, и для вас открыты все двери, а именно: моя, Сэма и Джерри.

«Что за чертовщина? — подумал Джек. — Интересно, откуда ветер дует?»

— Во-первых! Дом и Брайан побывали в Швеции, — сообщил Хендли, после чего быстренько рассказал об открытии, сделанном Джеком в перехваченных сообщениях МНБ и ФБР насчет «Хласек эр». — Мы продолжаем разрабатывать это направление, но пока результатов нет. Механик сообщил о случившемся Шведской национальной полиции, но сам не обладает никакой информацией. Небольшая работенка, за которую ему заплатили наличными, и чартерный рейс, пассажиры которого, возможно, были с Ближнего Востока.

— Теперь о «Королевской рыбалке», — продолжал Хендли. — Если у кого-нибудь из вас появятся какие-нибудь соображения, тут же поделитесь ими. Захотите попробовать что-то новое — спрашивайте. Захотите провести мозговую атаку или промоделировать ситуацию — собирайтесь и делайте. Глупым может быть лишь такой вопрос, который не задан, не годится лишь та идея, которая не обсуждалась. Друзья, мы переходим к систематической работе. Забудьте о том, как мы привыкли работать, и начните мыслить широко, а не только о своем огороде. Можете смело прозакладывать свои задницы — Эмир поступает именно так. Вопросы?

— У меня, — сказал Доминик Карузо. — Почему такое изменение?

— Получил недавно хороший совет.

Джек заметил, что взгляд Хендли лишнюю секунду задержался на Джоне Кларке, и ему стало понятно, от кого этот совет исходил.

— У нас слишком маленькая лавочка, и мы не можем позволить себе носиться повсюду, как ребятишки на госслужбе, — согласился Джерри Раундс. — Мы втроем будем дежурить здесь по очереди, чтобы постоянно держать руку на пульсе, но главная посылка такова: Эмир — неординарная личность, и мы должны, соответственно, изменить тактику.

— В чем это будет выражаться для оперативной стороны дела? — спросил Чавес.

— Надеюсь, она станет более деловой, — ответил Сэм Грейнджер. — Придется проверить множество новых идей. Это значит — метаться по лесу, пугать дичь и распутывать следы. Большая часть работы наверняка пойдет псу под хвост, но без этого не обойтись. Поймите меня правильно, все мы предпочитаем совершить один решительный, победный прорыв, но ведь, хромая на одной ноге, его не совершишь. Все требует подготовки.

— Когда начинать? — спросил Джек.

— Прямо сейчас, — ответил Хендли. — Первое правило таких дел — удостовериться, что у всех вас книга открыта не на разных страницах. Давайте поделимся тем, что знаем, что подозреваем, и разберемся, что нам еще предстоит выяснить. — Он посмотрел на часы. — Сейчас сделаем перерыв на ленч, а потом снова встретимся здесь же.

Джек приоткрыл дверь и просунул голову в кабинет Кларка.

— Джон, не знаю, что вы сделали, но Хендли сразу обратил на вас внимание.

Кларк покачал головой.

— Ничего такого я не делал. Всего лишь чуть-чуть подтолкнул его туда, куда он уже сам смотрел. Он толковый парень. И здесь — вполне на своем месте. Зайди-ка. Можешь задержаться на минутку?

— Конечно. — Джек сел на стул, стоявший перед столом.

— Я слышал, ты решил заняться грязной работой?

— Что? А-а… Да. Значит, он уже сказал вам?

— И попросил меня заняться твоей подготовкой.

— Что ж, это будет хорошо. Даже отлично!

— Джек, почему ты захотел взяться за эту работу?

— А разве Хендли не…

— Я хочу сам услышать это от тебя.

Джек поерзал на стуле.

— Джон, я сижу тут днями напролет, читаю множество сообщений, пытаюсь отыскать смысл в той информации, которую они, возможно, содержат, а возможно, и не содержат. Не сомневайтесь, я знаю, насколько это важно и что этим необходимо заниматься, но, знаете, мне хочется делать что-то более серьезное.

Кларк кивнул.

— Вроде истории с МоНа?

— Да, такого рода.

— Эти дела не всегда проходят так аккуратно.

— Я знаю.

— Думаешь? Джек, я много занимался этим — лицом к лицу с противником, глаза в глаза. Как правило, они бывают грязными и отвратительными и запоминаются навсегда. Лица стираются, окружающая обстановка забывается, но поступок — то, что ты делаешь — остается с тобой. Если человек не готов совладать с этими чувствами, они сожрут его.

Джек глубоко вздохнул и уставился в пол. Готов ли он к этому? Он чувствовал в словах Кларка правду, но в данном случае она представлялась ему абстрактной. Он знал, что все это не похоже на эпизоды кинофильмов или романов, но знание о несходстве бесполезно, это все равно, что для того, чтобы описать красный цвет, сказать, что он с виду не похож на синий. Нет точки отсчета; вернее сказать, слабенькая точка отсчета — напомнил он себе. Ведь МоНа все же был.

И, словно прочитав его мысли, Кларк нарушил молчание.

— Постарайся не сделать ошибки, Джек. МоНа был, можно сказать, наваждением. Ты попал в ситуацию, не имея даже возможности как следует обдумать ее заранее, и у тебя не было сомнений в том, что этот парень — плохой из плохих. А ведь это не всегда бывает столь прозрачно. По правде говоря, довольно редко. И тебе нужно научиться мириться с неуверенностью. На это ты способен?

— Джон, если честно, то не знаю. У меня нет ответа на ваш вопрос. Я знаю, что это плохой ответ, но…

— Напротив, это как раз верный ответ.

— Что?

— Когда я поступал в ШВВ — школу водолазов-взрывников — каждый кандидат обязательно беседовал с психологом. Я ждал в коридоре, и тут вышел мой приятель. Я спросил его, о чем там шла речь. Он ответил, что доктор спросил, способен ли он убить человека. Мой приятель, парень азартный, не задумываясь, ответил: «Конечно!» Подошла моя очередь, и доктор задал мне тот же самый вопрос. Я ответил, что, вероятно, смогу, но полной уверенности в этом у меня нет. Одного из нас приняли, а второго — нет.

«Будь я проклят! — воскликнул (про себя) Джек. — От одной только мысли о том, что Джон Кларк, богоравный оперативник, был когда-то зеленым новобранцем, голова шла кругом. Но ведь каждый с чего-то начинает».

— Покажи мне парня, который ответит на такой вопрос: «Черт возьми, конечно!» — продолжал Кларк, — и он стопроцентно окажется чокнутым или лжецом, или просто выяснится, что он всерьез об этом не думал.

Знаешь что? Поговори как-нибудь с Дингом. Когда ему впервые пришлось убить человека, все шло, в общем-то, гладко, до тех пор пока не нужно стало нажать на спуск. Он знал, что способен это сделать, но, прежде чем боек ударил по капсюлю, ему пришлось поспорить с негромким таким голосом в собственной голове.