Перебирая старые блокноты - Леонард Гендлин

Гамлет Высоцкого неотвратимо должен действовать. Убийство Клавдия Высоцкий оправдывает из глубоко этических начал. Это — трагедия человека, который при всей боли, ненависти и отвращении к убийству, его совершает. Вместо слабости, безволия и раздвоенности Высоцкий пронизывает Гамлета волей и жаждой действия. И так же как во всех ролях — более, чем в других — звучат в Гамлете боль н страдание за человека.

Для того, чтобы так сыграть Гамлета, Высоцкому нужно было совершить трудный сценический и человеческий путь.

Владимир Высоцкий пронес через годы своего актерства лучшее, что было в русском театре и в русском искусстве. Он обжег и укрепил свое мастерство не только талантом, но и глубокой философской мыслью.

Фрагмент из интервью:

Спрашиваю артиста, как создаются песни, как приходят сюжеты?

— Своим крестным отцом я считаю Булата Окуджаву, очень одаренного человека. Его авторские песни произвели на меня неизгладимое впечатление, К тому времени, когда состоялось наше знакомство, у меня накопилось много стихов. Вначале я стал аккомпанировать себе на рояле, потом на аккордеоне, затем перешел на гитару, с которой не расстаюсь и по сей день.

Согласен, что у авторской песни имеется множество недостатков — скудность сопровождения и, как правило, всегда упрощенный ритм, но авторская песня более подвижна, она допускает импровизацию.

Я написал песню, словами которой собирался ответить на многочисленные письма и там был такой припев: «Спасибо вам, мои корреспонденты, что вы неверно поняли меня».

В основном мои песни очень личные, многие из них не предназначались для широкой аудитории. Я писал их для себя, для своих товарищей, для близких друзей, пытался найти новую форму разговора со своими ровесниками, пытался говорить о том, что меня волнует.

Для сюжетов я стараюсь выбирать людей, которые попадают в самые крайние ситуации. В своем большинстве, это песни-ассоциации, написаны они человеком, который почти всю жизнь прожил в Москве, который никогда не воевал и никогда не сидел.

Для того, чтобы я мог спокойно сосредоточиться, работаю по ночам, иногда раньше пишу музыку, потом стихи, но бывает и наоборот. На создание каждой песни-новеллы я расходую огромные душевные силы.

Спрашиваю Высоцкого о его привязанностях:

— Мои вкусы сформировались в студенческие годы. Самый любимый писатель Михаил Афанасьевич Булгаков, поэт — Белла Ахмадулина. Самый близкий режиссер — Юрий Петрович Любимов. Любимый фильм — «Огни большого города» Чарли Чаплина. Скульптор — Огюст Роден и, конечно, его «Мыслитель». Из полотен «Лунный свет» русского художника Архипа Куинджи. Из композиторов — Фридерик Шопен. Самое радостное событие в жизни — премьера «Гамлета» и встреча с Мариной Влади. Мои увлечения: стихи и собирание зажигалок.

О чем вы мечтаете?

— Сыграть Федю Протасова в «Живом трупе» Л. Толстого, Короля Лира и Шейлока.

В Братске мы снимали документальный фильм о ГОЭЛРО. Магазины пустые, в столовых — ржавая селедка, пюре из мороженой картошки, капустные «биточки», вареная свекла, хлеб, соль, горчица и в любом количестве водка не самого лучшего качества. Прилично поесть можно только в ресторане «Интурист», куда «простым» людям вход запрещен.

В этот молодой город, воспетый Евтушенко, приехал на гастроли Владимир Высоцкий. Город атакует театр, билеты на два концерта распределяет высокая комиссия: заведующий идеологическим отделением горкома партии, заместитель председателя горисполкома, начальник отдела культуры. Около здания горкома образовалась многотысячная очередь. Командует «парадом» начальник управления милиции. Толпу сдержать невозможно. Увидев такой ажиотаж, Высоцкий предложил перенести концерты на стадион. «Отцы» города смутились, после зимней спячки стадион не мог принять такое количество людей.

— Хорошо, — сказал артист, — после концерта я буду бесплатно петь около Братской ГЭС.

Хозяева поморщились и… промолчали. После концерта Володю вынесли на руках из зала. Город ликовал, уже все знали, что бард согласился выступать на импровизированной эстраде.

За целую жизнь я не слыхал таких оваций. В тот памятный вечер Высоцкий не только пел, он читал свои лирические стихи, сказки, баллады и как ему за это были благодарны недоедавшие и недосыпавшие братчане. Кто-то принес термос с кофе, бутерброды. Володя был тронут людской добротой. Внимание братчан согрело его уставшую душу.

Как забыть выступление старого художника Федора Романовича Шуманского, который девятнадцать лет пробыл на Колыме.

— Дорогой Володя! — сказал он. — Спасибо тебе за песни, за поэзию твою светлую, спасибо тебе, народный артист, за то, что ты всегда с народом и за народ.

До рассвета не расходилась публика, до самого рассвета пел и говорил Высоцкий.

Мне кажется, что к труду он относился почти религиозно, с твердой верой в его внутреннюю силу, которая со временем свяжет всех людей в одно целое, в единую разумную энергию, — цель ее: претворить нашу неспокойную землю в райский сад.

Владимир Высоцкий пригласил меня поехать с ним в Дубну, в город физиков. В те дни Володя был особенно счастлив, в его жизнь вошла любимая женщина, французская актриса русского происхождения Марина Влади (Полякова). Он говорил о ней с необыкновенной нежностью.

— Я никого так не любил, как Марину, — произнес он застенчиво, она — мое божество. — Высоцкий с восторгом говорил о Париже, куда судьба занесла его впервые, о новых друзьях, о встречах. А как бережно относился Высоцкий к своей матери.

— Она у меня особая, настоящая и самая честная. Двух женщин я люблю — Маму и Марину. — Немного подумав, сказал, — с большим уважением отношусь к актрисе Людмиле Гурченко…

Поклонники Высоцкого узнали о предстоящем закрытом концерте в зале Академии наук и никакой сверхмудрый контроль не мог остановить прорвавшуюся лавину. Толпа, буквально, хлынула в переполненный зал.

Небольшого роста, щупленький, в черной рубашке и в черных обтянутых брюках с неизменной гитарой вышел Володя на сцену.

— Я думаю, что товарищи ученые, дорогие наши физики, — задорно проговорил артист, — не будут на меня в обиде за исполнение песни «Товарищи ученые…»[115].

После первого аккорда, Володя запел:

Товарищи ученые, доценты с кандидатами,

Замучились вы с иксами, запутались в нулях.

Сидите, разлагаете молекулы на атомы,

Забыв, что разлагается картофель на полях.

Из первого, «начальственного» ряда, поднялся дородный и сверхважный академик Александров, будущий президент Академии наук СССР. Он громко заявил: