Любовница (СИ) - "Кьяза"

— Да, ученический договор закончен. Его величество больше не нуждается в наставнике. А я подаю в отставку.

За столом стихли. Прачрит спокойно спросил:

— Когда?

— Уже.

— Уедешь в Гарустаж?

— На днях. Там солнце и фрукты, жене будет лучше.

Эрг перехватил мой испуганный взгляд и извиняюще улыбнулся:

— Там нам будет лучше. Я больше здесь не нужен.

Ужин закончился, предстояло легкое празднество с танцами. Я дотронулась до руки мужа:

— Может уйдем?

— Нельзя. Ждем.

Так втроем мы и перешли в танцевальный зал. Несколько пар кружились уже на паркете. Агрид вел Даялэль, императорская чета тоже танцевала. Они мило улыбались друг другу и ничто на их лицах не напоминало о прошлой ночи. Вот танцоры поменялись. Брюнетка в руках императора улыбалась. Ее не смущало, что за ними следят сотни глаз, она не пряталась и даже бросала вызов старым устоям. Простым флиртом уже сложно было объяснить происходящее. Император смотрел на нее так, как никогда не смотрел на меня. Восхищение, любование, поклонение. И это не игра моего воображение. Это видели все. Вот пара провальсировала мимо нас. Император бросил на меня холодный взгляд и вновь вернулся к своей партнерше.

— А вот теперь беги, Аззи. У тебя два часа, это максимум что я смогу сделать. Мы все с тобой обсуждали, беги. — Эрг на мгновение повернулся ко мне, затем отвернулся, переключив внимание на хрупкую фигурку в руках императора, — Диг, проводи до вокзала.

Я тоже проследила за Его величеством. Он кружил девушку в вальсе, что-то вещая. Девушка открыто смеялась.

Премьер-министр уже с кем-то разговаривал, прикрывая меня спиной. Я неслышно вышла из залы и бросилась к выходу. Прачрит последовал за мной. Он дернул меня в одну из ниш. Мимо нас прошла смеющая компания. Я хотела вырваться, но альбинос держал, затем кивнул в сторону зала. Там стоял Эрг со мной, муж беседовал с незнакомым мне мужчиной, а я скромно стояла рядом, потупив взор.

— Он сможет продержать иллюзию не более двух часов, за это время вы должны покинуть город. Не кричите. Я по дороге объясню

Мгновение и мы уже оказались в нашем доме. Дигуэль осел кулем на кресло, по вискам текли ручейки пота, но он лишь поторопил меня:

— Вучика позовите и быстрее. Больше рисковать и оставлять магические следы нельзя.

Я выполнила указание, и через десять минут уже выскочила в коридор в длинном пальто. На улице шел дождь, так что палантин защищал от непогоды и прикрывал лицо. Восстановившийся Дигуэль перехватил чемоданчик и повел в сад. Вучик уже завел старую машину, на которой возил инвентарь и хозяйственные закупки.

— Садись, Аззи, — перешел на ты Прачрит, — автовокзал.

— Почему?

— Там для билетов не требуют паспорт. Аэропорт и поезд исключены. Куда Эрг сказал исчезнуть?

— В Гарустаж.

— Я попытаюсь связать с шейхом, — Дигуэль замолк.

Я сжала руки в замок. Происходящее казалось страшным сном. Сколько раз я мечтала о побеге, мысленно ускользала в неизвестном направлении от императора и премьер-министра. И вот оно свершилось. Вот она свобода. А я боюсь, я не трусливо не хочу улетать из своей золотой клетке. Я привыкла к этим мужчинам в моей судьбе. В чем-то жесткие, в чем-то считающие меня ниже, но я им была нужна, они хотя бы были искренни в своих чувствах, не скрывали отношения ко мне и при всем этом они как могли опекали и пытались сгладить неудобства.

— На границе тебя встретят люди шейха. Я посажу тебя в автобус и вернусь. Они одни не справятся, — прервал поток мыслей голос Дигуэля.

— Может сразу? — я испугалась за мужа и императора.

— И что я им скажу? Что бросил тебя на полдороги? Я обязан замести следы. Если с тобой случится что в черте Триола, меня четвертуют. Да и вообще…

Он замолчал, затем тихо добавил:

— Как бы они не поступали, ты была для них важна.

Я промолчала. Слова Дигуэля словно удар поддых. Особенно сейчас, когда я сама мечусь. Нельзя, нельзя, нельзя. Я уговаривала себя, я мысленно грозила самой себе, чтобы не поддаваться паники. Бежать, исчезнуть скрыться. Выжить любой ценой, потому что ребенок не виноват.

Автомобиль остановился в темном переулке. Дигуэль схватил меня за руку и повел. Идти приходилось чуть ли не бегом. Фонари не светили, и мне приходилось прикладывать огромные усилия, чтобы не упасть.

Дигуэль завернул в небольшое здание, расположенное на темной площади с битым асфальтом. Внутри несколько рядов металлических скамеек, на которых вразнобой расположились пассажиры, ждущие своих маршрутов. Дигуэль потащил меня к табло и выругался. Ближайшее отправление в сторону Тагдымаша было утром.

— Тьма побери. Нельзя ждать.

— Дигуэль, тут есть автобус до Парвиля. Он через полчаса отправляется.

Прачрит посмотрел на расписание и задумался, затем сказал:

— В Парвиле либо пересядешь на поезд до Гарустажа, либо если опять также не повезет, найдешь дом старика Авроника. Он должен Эргу. Назовешь имя мужа и скажешь что нужно. Он отправит тебя к моим родственникам в Ирдарх. Там ты будешь под защитой.

Я кивнула. Дигуэль протянул билет.

Через полчаса я прощалась с Триолом. Город детства, столица Валакании растаял в ночной тьме. Соседнее сидение было свободно, там стоял мой чемоданчик. Я смотрела во мглу за окном. На душе скребли кошки. Дигуэль посадил меня и тут же исчез. Впрочем, маг никого не заинтересовал, почти весь салон уже спал. Мужчины с золотыми зубами, пахнущие потом и табаком. Женщины неопределенного возраста с бесцветными от забот глазами укладывали детей, а те хныкали и просили то воды, то есть. Маршрут был самый простой, старый автобус пах бензином и поскрипывал. А я пристально вглядывалась в ночную мглу, словно это могло меня спасти от нападения. Сейчас мной овладел ужас, я вздрагивала от каждого шороха, потому что понимала, что тот, кто охотился за мной, не смутится от пары десятков обычных людей. Оставалась одна надежда, что ему не до меня, им занимаются Эрг и Канст. Я не религиозна, но сейчас молилась, чтобы император выжил, чтобы Эрг не пострадал. Но главное, чтобы император выжил. Еще одну войну империя не перенесет, еще одна смута уничтожит всех нас. И вновь я возвращалась мыслями к таинственному магу. Ведь у него были сообщники. Может они уже среди пассажиров? Но шло время, ничего не происходило, автобус покачивался и меня сморило.

Проснулась я от того, что мы стояли. Я открыла глаза и огляделась. Мои спутники гомонили на дороге. Я осторожно достала пистолет и спрятала его в карман, затем вышла.

— Что случилось? — спросила я женщину рядом

— Да дорогу перекрыли, — хриплым голосом ответила она, — говорят, какая-то важная шишка разбилась.

— Ой, ну сколько говорить можно, кортеж там императорский под обвал попал, — вмешалась в разговор другая пассажирка.

Я затаила дыхание.

— Да ладно, одна только машина пострадала. А ведь ехать осталось всего час.

Я огляделась по сторонам. Мы находились на узкой горной дороге в две полосы. Справа горы, слева они же, фонарей не было. Идеальное место для покушения.

— В автобус, я поеду через перевал, — скомандовал водитель и сплюнул.

— Да там же дорога разбита, — возмутился один из мужчин.

— Ты чем слышал? Там наследников раздавило! Ща тут будет уйма полицейских и безопасников, у тебя все документы в порядке?

Аргумент подействовал. Мы быстро расселись по местам. Водитель сдал назад и начал разворачивать.

Я сидела ни жива ни мертва. Мне хотелось, чтобы слухи не подтвердились, что это только досужие сплетни. Что дети Канста и Рендины живы. Но странный червячок грыз изнутри. Не получилось со мной, решили с детьми? Но если их сама императрица отослала из Валакании, а сейчас вернула, то что это значит? И потом дети должны были быть в Тиркании, а это совершенно в другой стороне от Парвиля. Что она сама своих же детей??? Нет, нет, кричал мой разум, не бывает так. Родители любят детей!!! А память гадливо напоминала — а твои? Где твои родители?