Любовница (СИ) - "Кьяза"

— Детка, я напугал тебя? — он подошел и облокотился на меня.

Мне не показалось, его действительно шатало, но алкоголь явно был не причем. Я придержала императора и отступила назад, чтобы помочь ему сесть на кровать. О том, что нас могут увидеть и услышать, старалась не думать. В конце концов это прерогатива мага — обеспечить безопасность свиданий. Император слегка вздохнул, провел рукой по моему животу и уткнулся в плечо:

— Аззи, малышка, как же я устал. Как мне все надоело. Утоли меня, помоги мне.

Я с подозрением спросила:

— Ваше величество, когда вы последний раз спали?

— Давно, Аззи, очень давно. Не сопротивляйся, детка, тебе понравится, — он бормотал, а руки нетерпеливо расстегивали пуговицы, стягивали ткань с плеч

— Канст, мы в постели. Я уступаю вам, вы уступаете мне, — я пыталась уклониться, чтобы договориться, но мужчина был сильней, а мое сопротивление лишь раззадорило его.

— Маленькая девочка ставит мне условия? — тон был игрив, но глаза полыхнули огнем.

— Я уступаю вам, Канст, как хотите, любой каприз, но потом вы спите.

— Детка, на много меня не хватит. Приласкай, как можешь только ты. Только осторожно, малышка, не перенапрягайся. Детка, зачем все так?

Речь император становилась сумбурной, он отпустил меня и рухнул на кровать.

— Иди сюда, Аззи, приласкай меня. Какой же у тебя ласковый ротик.

Я наклонилась к нему и игриво спросила:

— Так мы договорились?

Но ответа не было, император уснул.

Внизу хлопнула дверь, и я испугалась. Мои попытки затащить мужчину на постель полностью потерпели крах, обмякшее тело не поддавалось. Прикрыть покрывалом тоже не получалось, потому что я не успела его снять. Столкнуть его на пол и спрятать под кровать? Мысль показалась разумной, но испугала возможная реакция императора. Вдруг он обидится от такого обращения? Классическая анекдотическая ситуация, трагикомедия всех времен, муж вернулся домой, а у жены любовник.

В дверь спальни постучали, и я все же столкнула императора, молясь, чтобы он не обиделся и не вспылил. Стук повторился, император не пошевелился.

— Дорогая, ты спишь? — встревоженно спросила Эрг.

— Я? Да, секунду, Эрг.

Покрывало накрыло императора, я вскочила и бросилась к двери. За ней стоял удивленный муж. Первым моим порывом было не пустить его, но потом я все-таки собралась и поспешно затащила Эрга в комнату.

— Дорогая, ты в порядке? Что за спешка?

— Эрг, понимаешь, я лишь хотела чтобы, ну…

Он хлопнул дверью и внимательно посмотрела на запутавшуюся меня. Я сделала попытку еще раз объяснить, когда из-за кровати донеслось легкое ворчание. Я застыла. Как императору объяснить его расположение на полу? Как Эргу дать понять, что я ничего плохого царствующей особе не сделала?

— Кто там? — спросил Эрг.

Я не ответила. В ладони муж держал настоящий огонь. Пламя слегка подергивалось, но не обжигало ладонь мужчины. Поняв, что я не в состоянии ответить, Эрг крадучись обошел кровать и застыл. Огонь тут же потух.

— Дорогая, почему Канст лежит на полу?

— Он спит, а тут ты с работы вернулся…

— Он уснул на полу?

— Нет, на кровати, но я услышала что ты вернулся и я…

Я вдруг вспомнила, что император успел расстегнуть застежку и судорожно начала застегивать пуговицы.

— А покрывало? — не унимался Эрг.

 — Я накрыла.

— Чтобы не замерз?

Я наконец уловила иронию в словах мужа и обиженно надулась. Напряжение спало, ситуация и мне казалось комичной. Я прыснула, и тут же зажала рот рукой. Эргс укоризной покачал головой, поднял императора и уложил на кровать, затем посмотрел на меня:

— Я понимаю, что смешно, но Канст ускорил расследование, поэтому практически не спал последние месяцы. Что произошло?

Я быстро рассказала все, после чего Эрг переместил нас двоих в пустыню Вьетар. Он помог мне раздеть и уложить императора в постель, оставил мне воды и еды и исчез. Я покрутилась по дому, но император не просыпался, в итоге я устроилась рядом и уснула.

Прода от 26.08.2018, 12:28

Проснулась в одиночестве и уже дома. Эрг уехал в резиденцию, в моем кабинете был запас еды и воды. Водитель доложил, что машина будет готова к пяти вечера. Завтра будет последний, тридцатый день, который мне обещал император как опасный.

Я прибегла к помощи служанки, чтобы сделать прическу и она помогла одеться. Несмотря на кажущуюся простоту одежд Гарустажа, облачаться в них было сложно, особенно не запутаться в многослойном шифоне нижней сорочки. Уже в резиденции, когда вышла из машины, я столкнулась с повышенным внимание, от которого отвыкла за месяц заточения дома. Меня встречал секретарь мужа. Он рассыпался в извинения, что господин Дюэль хотел сам подойти, но не смог. Я сначала насторожилась, но Актюр последовал за мной. Сомневаться в верности шофера у меня еще не было причин, поэтому я спокойно поднималась вверх.

В коридорах сновали люди, многие затормаживали и поздравляли с хорошей новостью, желали здоровья, сил, но в большей мере почему-то просили передать их Эргу. С их слов выходило, что он самое главное действующее лицо, а я так, инкубатор. Я улыбалась, благодарила и не останавливаясь, продолжала путь, пока не столкнулась с госпожой Вросстоль и ее дочкой, моей бывшей подругой Патти.

— Госпожа Дюэль, прекрасно выглядите, будущее материнство вам к лицу, — нежно запела госпожа Вросстоль.

— Благодарю, — я слегка склонила голову и попыталась пройти, но словно невзначай дамы закрыли мне проход.

— Подумать только, как же вам повезло.

— Вы думаете? — я затормозила, и с интересом посмотрела на женщину.

Это провокация или она решила, что я осталась той забитой сироткой, которая приходила в их дом на ужин? Когда безмолвно стояла на суде морали? Хотя наверно, да, тогда я была напугана. Да и сейчас, мне не хотелось открытого конфликта, и первые недели после замужества мне всегда удавалось уходить от прямых контактов с льстецами и завистниками. Просто не хотелось уподобляться. Но увы, с гадюками надо тоже иметь свой яд.

— Несомненно. Господин Дюэль оказал вам честь, выбрав среди придворных девушек, где столько достойных и воспитанных красавиц из хороших семей.

— О несомненно, — подпела я ей в тон, чем вызвала их изумление, — я его понимаю. Ведь еще с детства помню, как сложно определиться в игрушечном магазине, какая кукла больше нравится. Все красивые, все в таких нарядных платьицах. В итоге решал за тебя или воспитатель или продавец. А ты всего лишь хотел пушистую кошку.

— Простите, — не сразу поняла аллегорию госпожа Вроссстоль, а Патти покраснела.

— Конечно, — лучезарно улыбнулась я.

— Осмелела? — прошипела госпожа Вросстоль.

— Я всегда такой была.

— Мягкая игрушка, пригодная лишь для сна, — процедила она сквозь зубы.

— Ошибаетесь, госпожа Вросстоль, — я жестом остановила водителя и секретаря, — вы плохо знаете детей. Малыши им доверяют свои мечты, преданней друзей нет. С вашего позволения.

Я, наконец, обошла женщин и в кромешней тишине ушла. Муж ждал в кабинете.

— Не вовремя ты показала зубки, — усмехнулся он.

— Выслушивать бред о том, что мне повезло? Избавьте. С удовольствием поменялась бы с Патти местами. Интересно, чтобы тогда ее мамаша запела?

— Госпожа Вросстоль была бы счастлива. По крайней мере, когда Патти представили ко двору, я вынужден был на публичных мероприятиях выслушивать дифирамбы дочери, где немало места отводилось тому, что дочь лишена старомодных предрассудков.

Я осела на диванчик, а муж протянул мне чай и сладкое.

— Я не думала, что ее ненависть простирается дальше, чем переживания за Гая и зависть, — я пыталась осознать откровения мужа.

— Ну почему же, зависть была, ведь ты заняла ее место. Вот поэтому она и усердствовала на суде морали, а узнав о помолвке, так вообще активизировалась, наивно полагая, что меня прельстит кукла. Кукла, точное замечание.