Любовница (СИ) - "Кьяза"

— Благодарю.

Меня ненавязчиво отстранили от выбора прислуги. Я взяла тарелку и налила добавки Прачриту.

— Так вот, если госпожа Дюэль одобрит кандидатуры, то я готов уступить, — добавил альбинос.

— Азиэль? — вспомнил обо мне Эрг.

— Я полностью вам доверяю, — поспешно сказала, чем вызвала еще одну вспышку недовольства Эрга.

— Аззи, не начинай.

Я испуганно смотрела на него, а Прачрит следил за нами двумя, затем добавил:

— Жена Вучика раньше была учительницей, так что она вполне сможет при необходимости быть няней.

— Пока необходимости нет, — отрезал Эрг.

— Если появится. Я предлагаю сделать так. Старшие Вучики переедут сегодня вместе с дочерью. Сын останется у меня, пока я сам не найду замену. Заодно госпожа Дюэль сможет увидеть их в деле и определиться, устраивает ли ее такой персонал. — примирительно сказал Прачрит.

— Хорошо.

— Тогда больше не смею злоупотреблять вашим гостеприимством, — Дигуэль просто исчез из-за стола.

Я отодвинула тарелку, боясь встречаться с мужем глазами. Послышался вздох:

— Извини, забыл посоветоваться с тобой. Я знаю Вучика давно. Это действительно хорошие люди, но насколько верные — не могу сказать. Вот только….

Он резко смолк и отшвырнул салфетку, поднимаясь:

— Канст, не сейчас.

— Замени меня, Эрг, — голос императора был убийственно спокойный.

— Канст, дай мне объяснить. Подожди принимать решение.

— Эрг, время.

Я вскочила, забыв, как дышать. Император стоял буквально в двух шагах от меня и внимательно изучал. Эрг сделал движение вперед, но словно натолкнулся на преграду

— Канст…

— Эрг, замени меня.

— Нет.

Но Эрг тут же исчез. Мы остались вдвоем. С минуту император рассматривал меня, потом спросил:

— Почему я узнаю о твоей беременности от посторонних? Да еще и при свидетелях?

Я молчала.

— Хорошо, спрошу иначе. Почему о том, что я могу вновь стать отцом, я узнаю не первым? Или это не мой ребенок?

Я вздрогнула и опустилась на колени. Жест покаяния взбесил императора. Он стремительно подошел и вынудил встать.

— Почему ты пошла к Эргу?

— Ваше величество, я только сегодня узнала. Я не хотела, это не специально…

Сложно было не сорваться в истерику, тем более император крепко держал меня за запястья, не давая вырваться.

— Ты не хочешь ребенка?

— Он ни в чем не виноват, — прошептала в ответ

— Кто?

— Малыш.

— Ты понимаешь, кто он?

— Незаконнорожденнный, не от мужа. Бастард, угроза наследнику. Я понимаю, Ваше величество.

— Жуткое будущее, не находишь? Так ты не хочешь ребенка?

Мои руки завели за спину и перехватили в одну руку, второй император держал голову, заставляя смотреть прямо в глаза.

— Хочу.

— А знаешь, чем это грозит для тебя?

— Догадываюсь.

— Вряд ли, детка. Ты даже не можешь представить. Аззи, ну почему именно сейчас?

Он отпустил меня и отошел к окну.

— Как все не вовремя, Аззи. Твоя беременность путает планы, ребенок мешает.

Я молчала. Последние слова прозвучали приговором. Я боялась произнести слово, чтобы не сорваться в истерику.

— Эрг переживает за тебя, — заметил император.

Я продолжала молчать. Его величество подошел ближе.

— А так ли ты хочешь ребенка? Почему не отстаиваешь, не умоляешь, не сопротивляешься?

— А разве я могу? Мои просьбы для тебя пустой звук, мои желания не имеют значения, мои мольбы лишь раздражают. Знаешь, Канст, я сначала хотела согласиться на все, лишь бы малыш выжил. Но ты уже все решил, и мои унижения ничего не изменят, только потешат твое самолюбие. Я игрушка, развлечение, я это знаю.

Слезы текли по щекам, в голове было пусто. Меня интересовал лишь один момент, а догадывается ли император, что после того, как мне сделают аборт, я сама покончу с собой? Или может это такой изощренный способ избавиться от ненужной любовницы?

— Ты впервые откровенна со мной. Это радует. Аззи, Аззи, что же нам теперь делать?

Я не выдержала, вновь рухнула на пол и сложила руки на груди:

— Канст, оставь мне сына! Умоляю тебя, я все сделаю, оставь мне ребенка. Он не будет знать кто его отец, он никогда даже не догадается.

 — Аззи, детка, ты не понимаешь, — император тоже опустился вниз, — как только о твоей беременности станет известно, охота начнется с новыми силами и более активно. Мне нужен всего месяц, только до вечера закрытия сезона, чтобы всех обезвредить. Месяц, малышка, всего тридцать дней и ты будешь в безопасности. Если захочешь, потом будут дети, сколько угодно. При необходимости я их признаю, помогу если надо. Но через месяц. С последним покушением вскрылось много нового, неожиданного. Малышка, ну будь умницей.

— Канст, он уже есть.

— Он ничего не соображает, он даже не почувствует, вы пока не соединены пуповиной. Ты тоже не пострадаешь.

— Я буду знать, — я смотрела в серые глаза и понимала, что это конец.

— Довольно.

Он вскочил на ноги и заметался по гостиной. Я слышала лишь шаги, глаза застила пелена. В висках пульсировала кровь.

— Ляг.

Ну вот и все.

— Ляг, я сказал!

Я попыталась вскочить в жалкой попытке убежать, однако невидимые путы словно стянули меня. Я завизжала, хотя кто в пустом доме меня бы услышал?

— Аззи, не сопротивляйся, я не хочу сделать тебе больно.

— Тогда убей! — слова вырвались, но я о них не жалела.

Он промолчал, а мое тело мне уже не подчинялось. Невидимые путы заставили выпрямиться и лечь на на пол. Император подошел и вновь опустился на колени.

Прода от 26.08.2018, 10:28

— С этой минуты ты ешь только то, что дам я или Эрг. Любое действие, любая поездка согласуется со мной или Эргом. Никаких гостей, никаких публичных мероприятий. Ты прекращаешь встречать Эрга с работы. Дома большую часть проводишь в своем кабинете, хотя я бы охотней закрыл тебя в пустыне. Аззи, полное послушание и подчинение — тогда и ты и малыш выживете. И помни, глаза могут обманывать.

Я замерла, не веря ушам. Император вздохнул:

— Сейчас будет больно. Я сниму всю одежду с тебя, потом начну выводить яд из организма, чтобы он не отравил ребенка. Тебе важно остаться в сознании. Ты меня услышала?

Я могла только кивнуть.

— Детка, детка, что же ты творишь? Знаешь, лучше кричи, но не терпи боль.

Я кричала. Даже когда пропал голос, я продолжала кричать. Каждую клеточку тела жгло огнем, казалось, что сдирали кожу заживо и кровь лилась потоком. Я кричала, тело умирало, а душа не могла поверить.

— Все, Аззи, теперь точно все, — уже не невидимые путы, а руки императора прижимали меня к полу.

Холодные прикосновения изгоняли боль. Еще мгновения, и меня понесли куда-то. Скрип двери, шум воды и вот я оказалась в ванной.

— Что это было?

— Я выводил яд из организма. Если бы ты принимала пилюли более трех лет, тогда бы яд не навредил ребенку, но ты принимаешь их всего полтора года, такого срока недостаточно, чтобы твой организм привык к яду настолько, чтобы его не замечать. И при первой же возможности, он бы отправил его в малыша. Самый простой вариант аборта.

— Спасибо, — тихо прошептала я, а император встал.

— За что?

— Что не тронули малыша.

— Ты редко о чем просишь, — пожал он плечами.

С помощью императора я вымылась, оделась и добралась до кровати.

— Аззи, ты проспишь пару суток. Это нормально. Мне пора возвращаться. И знаешь, — он помедлил и добавил, — спасибо за сына.

Я попыталась подняться, но он щелкнул пальцами:

— Спать.

Я без сил откинулась на подушки и уснула.

Глава 26

Император ошибся. Я пролежала в постели неделю. Эрг стал меньше времени проводить в резиденции, предпочитая работать на дому. Каждый вечер в спальне появлялся император, которому Эрг отчитывался о моем состоянии. Между двумя мужчинами словно пробежала тень. Не было того дружеского общения, все чаще и чаще они говорили на безличном деловом языке с соблюдением правил этикета. Император уже не называл по имени Эрга, предпочитая сухое “господн Дюэль” или “господин премьер-министр”.