Любовница (СИ) - "Кьяза"

— Если бы не Тиркания, империя бы сгинула.

— Ошибаешься, дорогуша. Заслуга миролюбивости твоей родины лишь в том, что два разрушенных государства не поработило третье. Речь об Ирдархе. Он как-то нежно к тебе настроен. Не в том ли дело, что первоначально Уриниэль планировал брак с тобой?

— Если бы не эта шлюха Ариниэль, я бы правила Ирдархом, — прошипела Рендина.

— Да-да, честь семьи для родов Азитаров и Аксиров важнее династических браков. Чувствуя себя виноватым в расторжении договора, Уриниэль обещал помощь Тиркании. Кстати, милая, при таком честолюбии, чем тебя не устроил титул императрицы? Молчишь?

— Канст, чего ты хочешь?

— Я хочу, чтобы ты успокоилась. Отстала от Эрга. Вернула детей в резиденцию. Перестала уничтожать девушек, которых толпа называет моими фаворитками. Иногда с твоей легкой руки.

— Я не при чем!!

— Да неужели? — император отодвинул стул и указал на него рукой, — садись, Ренди, разговор будет долгий. Вспомним поименно? Трогать Амису не будем, найти доказательств, что это убийство, не удалось. Тарисса была отравлена после разговора с тобой. Близняшки Такки и Ринта попались на шпионаже в пользу Керитана, переехали туда на постоянное место жительства, где через пару лет их зарезали, сразу на следующий день, когда они попросились обратно на родину. Лаиру застукали с представителем Ирдарха в одной постели почему-то в моих покоях. Жалла обвинена в измене и казнена после одного из балов, потому что у тебя болела голова, а я с ней танцевал. Асту нашли мертвой в моей спальне. Помнишь? Это наверно самая удачная попытка была. Мне продолжать?

— Даже смешно, Кансти, — хмыкнула императрица, — это твои игрушки были.

— Мои, — согласился император, — мои подданные. Ты не стала для них императрицей по собственному желанию и предпочитаешь другие роли — несчастной заложницы обстоятельств, жертву, которую была вынуждена принести Тиркания в обмен на жизнь. Вот только ошибочка вышла, Ренди. Времена идут, все меняется. Раньше я был заинтересован в тебе. Сейчас уже нет.

— Да знаешь что будет, если ты выставишь меня из Валакании?

— Ничего, красавица, абсолютно. Сейчас твоя родина полностью зависит от меня. Разрыв отношений приведет к оттоку денежных потоков, отзыву ценных кадров и запрету на использовании имущества империи. Поверь, за эти несколько лет я постарался, чтобы там было что терять. Ты застряла во временах мирного соглашения.

— Ты не посмеешь! Там твой брат!

— Еще как посмею. И знаешь, что сделают твои любимые старейшины? Они сам тебя принесут мне, разденут, да еще и подержат, чтобы удобней было. И брата не тронут.

Императрица вскочила и заметалась по библиотеке. Император продолжал сидеть на столе, наблюдая за супругой.

— Ренди, верни детей. Я не хочу лишних сплетен и разговоров, не хочу травмировать их психику. Малыши не виноваты, что их мать заигралась.

— Это все ты! Ты виноват, что я стала такой!

— Да что ты говоришь?

Она вспылили, подлетела к нему и даже подняла руку, намереваясь дать пощечину. Император ждал с улыбкой на губах.

— Ну же, Рендина, давай.

Она поникла, затем покорно сказал:

— Чтобы ты обвинил меня в покушении на свою особу? А что же тогда будет с Тирканией? Канст, если бы ты был более чуткий…

— А я пытался, Ренди, да вот не повезло. И ведь красивая и умная женщина, твое тело возбуждало, но ты предпочла лелеять детские обиды.

— Но мы можем же попробовать еще раз? Ведь ты же все равно приходишь по ночам, иногда.

Канст поднял руку и подтянул императрицу к себе поближе. Он взял ее за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза:

— Что попробовать, Ренди?

— Мы может по-настоящему заключить брак, Кансти. Со всем ритуалом, твой премьер-министр поможет. Никто же не узнает. Я не сообщала старейшинам, что брак фиктивный. Можно все начать сначала

Я забыла как дышать. Рука Эрга чуть сильнее сжала рот, словно боясь, что закричу. Я постаралась расслабиться, потому что только так можно было дать понять, что я помню и контролирую себя.

— А оно мне нужно? Теперь мне выгодно держать тебя в подвешенном состоянии. Без официального брака ты не можешь быть регентом. Кстати, почитай.

Он широким жестом фокусника достал из воздуха лист и протянул императрице. Та начала читать, но потом с негодование отшвырнула:

— Ты нарушаешь договоренности! Моя дочь должна была стать правительницей Тиркании.

— Наша дочь — да. Но есть проблема. В империи, куда теперь входит и Тиркания, как один из регионов, власть принадлежит императору, то есть мне. В субъектах есть главы, и наша дочь при желании может им стать. Но только если она сама захочет. Заметь, я дал ей выбор. Документ будет подписан в канун нового года. И это не обсуждается.

— Ты жесток.

— Я и не скрывал это. Отправь весточку, чтобы дети вернулись.

— Не раньше чем брак будет заключен окончательно.

Император встал и вежливо осведомился:

— Ты решила меня шантажировать? Играешь детьми?

— Они не вернутся, пока ты не проведешь ритуал.

— А зачем заморачиваться? Может сразу перейдем к самому приятному — к консумации?

Императрица не успела ответить, когда Канст резко дернул ее на себя и впился поцелуем. Он удерживал ее одной рукой, вторая срывала одежду. Сначала императрица еще сопротивлялась но через секунду она уже сама изгибалась дикой кошкой на столе, пока император умело доводил ее до оргазма, но не давая разрядки, вбиваясь мощными движениями. “Глаза закрой” — пришел приказ от Эрга. Послушалась, однако картинка стояла перед глазами. Стоны, методичный стук стола, тяжелое дыхание лишь усиливали шоковое состояние.

— О да! — голос императрицы резанул по ушам.

Еще пара ударов, и потом довольный рык удовлетворенного мужчины и разочарованный — женщины.

— А я?

— Не заслужила. Пока не вернутся дети. Там на стуле халат. И советую ночевать у себя, а не у любовников.

— А ты пойдешь к ней?! — истерично взвизгнула императрица.

— Значит, я прав.

Я стояла оглушенная. В библиотеке слышались шорохи, кто-то бормотал проклятья под нос. Наконец, все стихло. Еще пара минут, и Эрг тихо сказал, убирая ладонь со рта:

— Можно шевелиться.

Только сейчас я почувствовала, что все тело онемело. Я неуклюже сделала шаг и покачнулась. Старалась не смотреть на разорванное платье на полу, на следы у стола.

— Азиэль, — тихо позвал Эрг, в его глазах я уловила тревогу.

Но в ответ лишь покачала головой. Новости оглушили, сбивали с с ног. Я не знала, что думать, но больше я боялась, что за эту тайну меня прямо сейчас сотрут в порошок. Дошла до стула, упала на него и тут же вскочила.

— Нам надо уходить.

— Да, — согласилась я и не шелохнулась.

Эргу пришлось тащить меня по коридорам словно на аркане. Он насильно усадил меня в машину и обнял за плечи. Дом встретил тишиной. Я сбросила туфли и поднялась в спальню. Эрг следовал позади. Он помог лечь в постель и сказал:

— Я же просил же не влюбляться.

— Я не знала, что он может быть так жесток. Это правда? Я боюсь его. Эрг меня убьют?

— Мы поговорим завтра после вечера, если будет возможность. Канст форсировал события.

— Но Ее величество говорила правду. Он знал, что мы там?

— Нет, не знал. И он меньше всего хотел бы, чтобы ты была в курсе всего.

— Почему?

— Аззи, надо поспать. Я буду рядом, только позови.

За время в статусе любовницы я усвоила одно — чтобы выжить, нельзя пропускать все через себя. Если сойдешь с ума — то это верная смерть. Есть цель, к ней надо идти, оставив гордость, брезгливость, честь. Ради малыша я готова на все. Абстрагироваться от происходящего сложно, но иначе никак. Я даже не понимала, что ударило больнее — то, что император поимел Ее величество прямо на столе, а удовлетворив свою похоть, бросил или то, что они не супруги? И если последнее, то кто же был в ратуши? Кто стал моим мужем?

— Эрг, — я приподнялась на локтях.