Эректус бродит между нами. Покорение белой расы - Ричард Ферле

Когда происходит метисация, аллели, обеспечивающие уникальность смешивающихся рас, не обязательно исчезают, но, подобно частицам пигментов, не могут более быть выделены в уникальные наборы, имеющиеся у исходных рас. Как ранее обсуждалось в этой книге, требуется не менее двух миллионов лет для формирования и отбора аллелей, делающих нас разными, но достаточно недолгой метисации, чтобы стереть различия. Естественный отбор некоторых из этих аллелей потребовал страданий и смерти сотен тысяч людей, их не имевших, так что формирование расовых различий далось немалой ценой. Уничтожение этого монументального творения Природы – нас, происходящее так бездумно и постоянно, сродни осквернению могил, разрушению древних статуй, взрыву храмов и сожжению Александрийской библиотеки. Что из наиболее ценного, чем обладают жизнеспособные человеческие популяции, они способны передать следующему поколению? Не богатства или даже знания. Это их геном, их способность воспроизводить себя как уникальные народы, какими они являются. Растрата этого посредством метисации является высшей степенью предательства своего наследия.

У биолога утрата отличных друг от друга человеческих рас может вызвать в уме воспоминание о сравнительно недавно исчезнувших биологических видах, таких, как птица дронт, каролинский попугай и странствующий голубь, а также многих видах птиц Гавайских островов, наряду со многими видами лягушек, млекопитающих и даже о вымерших 65 млн дет назад динозаврах. Ничто так не печалит любителей природы, как исчезновение уникальных форм жизни, и ничто так их не радует, как обнаружение живых представителей видов, считавшихся вымершими (например, белоклювого дятла; Fitzpatrik, 2005).

Большинство ученых ценят разнообразие как самоцель, и какой унылой стала бы их жизнь, если бы они могли изучать только один тип звезд, горных пород, бактерий, облаков и так далее. Ни один из любителей собак не захочет скрестить всех собак между собой так, чтобы все они стали дворнягами. Ни один конезаводчик, разводящий скаковых лошадей, не захочет, чтобы его чистопородные скакуны скрещивались с обычными ездовыми лошадьми. Ни один садовод не пожелает, чтобы все его цветы приобрели один-единственный цвет или форму, а его помидоры или яблоки оказались одного сорта. И ни одному любителю вина не захочется, чтобы у него имелся выбор лишь между одним красным и одним белым вином. Только одержимые безумной и дезадаптивной идеологией эгалитаризма приветствуют потерю разнообразия, которое будет преимущественным результатом выполнения их требований [315 - Когда первые мореплаватели достигли Галапагосских островов, они ловили там гигантских черепах и брали их с собой для пропитания. Иногда они отпускали лишних черепах на других островах этого архипелага. Сейчас ученые используют анализ ДНК для различения черепах и возвращения их на родные острова с целью сохранения уникальных рас. Это ли не ирония, что прилагаются такие усилия для сохранения рас черепах, в то время как некоторые люди сознательно пытаются смешать и уничтожить человеческие расы. (Nicholls, H., «Galapagos tortoises: untangling the evolutionary threads», New Scientist, June 6, 2007, с. 40–41).]. Позаимствовав отчасти тактику антирасистов, можно потребовать положить конец метисации, «жизни без радуги».

Эгалитаристы любят разнообразие настолько, что настаивают, чтобы все – наши корпорации, рестораны, отели, жилые кварталы, телевизионные каналы, кинофильмы и учебники [316 - Издатели учебных пособий требуют теперь, чтобы школьные учебники были «разнообразными» в соответствии с государственными законами о разнообразии. К примеру, в рекомендации издательства McGraw Hill’s по написанию руководств для начальной и средней школы точно оговаривается, что «40 % людей на иллюстрациях должны быть белыми, 30 % латиноамериканцами, 20 % афроамериканцами, 7 % монголоидами и 3 % индейцами» (Liberty Magazine, Nov., 2006, с. 6). См. так же Lefkowitz, 1997; Ravitch. 2003).] были разнообразными – все, исключая, конечно же, людей, обязанных метисироваться для того, чтобы стать одинаковыми и следовательно равными. Эгалитаристы ликовали в 2003 г., когда Верховный суд США постановил, что «разнообразие» (то есть, расовые квоты) настолько важно, что колледжи на законных основаниях могут нарушать Четырнадцатую поправку к Конституции США, но только в течение 25 лет, проводя дискриминацию в отношении европеоидных студентов в порядке достижения разнообразия в студенческих организациях. Но их любовь к разнообразию отличается от любви к ней всех остальных. Эгалитаристы любят разнообразие не как цель, но как средство. Они не желают сохранения разнообразия людей на нашей планете, они желают его уничтожения. Обеспечение контакта всех людей означает для них попросту средство разрушения человеческого разнообразия. Смешайте все расы физически, и они смешаются биологически сами по себе. Это разнообразие для уничтожения разнообразия. Утрату биологического многообразия, которой большинство из нас не желает для живых существ, которых мы любим и ценим, эгалитаристы хотели бы видеть у человека.

Некоторые эгалитаристы открыто поощряют метисацию, другие осуждают даже отказ от метисации как «расизм», в то время как третьи доказывают, что каждый волен практиковать метисацию, так как все уже представляют собой некоторую смесь. В том смысле, что у всех рас большинство аллелей общие (так же, как у человека и шимпанзе), каждый представляет собой смесь, но, как нам предстоит убедиться в следующей главе, имеются огромные различия между (1) людьми в пределах одной воспроизводящейся популяции и (2) людьми из разных воспроизводящихся популяций.

Нет необходимости вовлекать правительство в интимные дискуссии людей с целью уменьшения метисации и сохранения уникальности людей на планете Земля. Люди сами могут сделать это, используя имеющуюся у них свободу. Они способны разделиться сами, как это предлагается в Главе 31. Они могут бойкотировать кинофильмы, телепередачи и книги, где изображается или пропагандируется метисация. Они в состоянии подвергать остракизму тех, кто практикует, поощряет или оправдывает ее. Родители могут осуждать межрасовые романтические отношения своих детей и лишать их своих благодеяний, таких, как устройство свадьбы, подарки, наследство и социальная поддержка, если они игнорируют их пожелания и отвергают людей своей расы в качестве супругов. Они могут распространять данные статистики, демонстрирующие, во сколько раз вероятнее получить передающееся половым путем заболевание от чернокожего в сравнении с белым (см. Главу 12), а что касается женщин, то во сколько раз чаще они могут быть избиты, изнасилованы или убиты [317 - За десятилетний период с 1975 по 1985 гг. убийства одного супруга другим случались в 7,7 раза чаще в межрасовых браках в сравнении с монорасовыми (Mercy, 1989).]. Много чего может быть сделано, но пока люди не придут к убеждению о желательности и моральности сохранения своего генетического наследия, ничего сделано не будет.

Поборники смешения рас любят указывать на то, что белые мужчины боятся, что чернокожие мужчины овладеют «их» женщинами. Безусловно, они боятся этого [318 - И не без оснований. Согласно переписи населения США 1990 г., насчитывается в 2,5 раза больше браков, где муж чернокожий, а жена белая, чем наоборот, т. е. в 72 % расово-смешанных браков чернокожий муж и белая жена.]; для белого мужчины это существенная утрата приспособленности. Биологической целью самца любого вида является передача своих аллелей следующему поколению, и основным способом ее достижения является оплодотворение самки. Но мужчина получает большой выигрыш, если оплодотворяет женщину, уже имеющую большинство его аллелей вследствие принадлежности к той же расе. Но его приспособленность снижается, если он позволит какому-либо представителю другой расы оплодотворить «его» женщину (примерно то же относится к женщинам). Эта биологическая цель, безусловно, предполагает не только соперничество с другими мужчинами, особенно с мужчинами другой расы, но и необходимость победить в этом соперничестве. Если он не будет даже пытаться победить, он на деле облегчит свое собственное поражение, и таким образом уникальный набор его аллелей, включая аллели, делающие его биологическим неудачником, окажутся вне игры.

Распространенность метисации сильно увеличивается с ростом благосостояния. Как мы обсуждали в Главах 5 и 12, женщины евразийского происхождения в норме выбирают «отцов», а не «подлецов», поскольку до сравнительно недавнего времени женщина и ее дети не могли выжить без поддержки мужчины. При поддержке со стороны государства они, однако, могут выбирать «подлецов» и все же выживать и следовательно с большей вероятностью сделают такой выбор. Чернокожие чаще оказываются «подлецами», и поэтому отсутствие социальных пособий должно понуждать происходящих из Евразии женщин выбирать «отцов», что существенно снизит метисацию. В других исследованиях было показано, что у генетически сходных между собой супругов обычно более счастливые браки (Russell, 1991), а без социальных пособий значимость счастливого брака повышается.