Эректус бродит между нами. Покорение белой расы - Ричард Ферле

Другой подход к решению вопроса о реклассификации африканцев (и примитивных аборигенов Азии), это представить себе, что они вымерли, и единственным свидетельством их существования являются их кости и ДНК. Тогда на основании сравнения различий между ними и существующими ныне современными европеоидами будут ли они обоснованно классифицированы как различные виды?

Для эгалитаристов этот вопрос сам по себе будет возмутительно вызывающим, и они самоуверенно осудят любого за одну лишь постановку такого вопроса. Но задолго до того, как эгалитаризм стал доминировать в антропологии, этот вопрос уже рассматривался антропологами. Хотя общим мнением было, что африканцы не являются отдельным видом, некоторые были убеждены, что являются [310 - Среди последних, напр., американский врач и естествоиспытатель Сэмюель Джордж Мортон, д-р Сэмюель А. Картрайт, немецкий медицинский генетик Фриц Ленц, британский генетик Реджинальд Рагл Гейтс, а также Луи Агассис, основатель Американской ассоциации содействия развитию науки.].

До недавнего времени биологические виды классифицировали на основании их морфологии, то есть их формы и внешнего облика. Это не всегда было точным, так как не близкородственные популяции могут эволюционировать параллельно, то есть они могут не быть родственными даже на уровне типа, но выглядеть очень похожими, как, к примеру, птицы, летучие мыши и насекомые или акулы и дельфины. Были ли таксономисты вполне объективны и непредвзяты при классификации людей на основании морфологии и применяли ли они те же стандарты к человеку, которые они применяли при классификации других видов? Нет, не вполне. 

«Различия в морфологии (в строении черепа и чертах лица) между человеческими расами обычно приблизительно в десять раз превышают соответствующие различия у разных полов в пределах одной расы и даже больше аналогичных различий, используемых таксономистами для распознавания двух видов шимпанзе. Насколько нам известно, расовые различия у человека больше различий в пределах любого вида неодомашненных животных. Следует рассмотреть породы собак для определения сопоставимого размаха внутривидовых различий в морфологии» (Sarich, 2004, с. 9). 

У нас больше нет нужды опираться лишь на морфологию для распознавания разных биологических видов. Для определения генетических различий между популяциями мы можем использовать анализ ДНК как лучший способ классификации видов (Curnoe, 2003). Пока это не сделано должным образом, может быть принята менее субъективная система классификации, где, скажем, генетическое расстояние меньшее «X» соответствует подвиду (расе, разновидности, породе): расстояние, большее «X», но меньшее «Y», соответствует виду; расстояние, большее «Y», но меньшее «Z» – роду, и так далее.

Действуя отчасти как эгалитаристы, давайте начнем с предложения применять одинаковые стандарты для классификации всех живых существ. Так, к примеру, популяции птиц не следует делить на множество видов по причине небольших генетических расстояний между ними, в то время как популяции в пределах человеческого рода Homo классифицируют как один вид, даже если генетические расстояния между ними больше генетических расстояний между видами птиц.

Применим этот частичный межвидовой эгалитаризм к человеку и гориллам, и используем генетическое расстояние как стандарт классификации популяций. Поскольку генетическое расстояние между двумя видами горилл, Gorilla gorilla и Gorilla beringei, составляет 0,04 % [311 - Guillen, 2005: Gorilla Journal, Vol., 20, June, 200], что почти в шесть раз меньше генетического расстояния между африканцами из тропической Африки (банту) и обитателями Евразии (англичанами; см. таблицу 7–1), то либо африканцев и обитателей Евразии следует классифицировать как два разных вида, либо два вида горилл нужно классифицировать как единый вид. Генетическое расстояние между обычным шимпанзе и шимпанзе бонобо составляет 0,103 % (Curnoe, 2003, таблица 2), меньше половины генетического расстояния англичане – банту, равного 0,23 % и следовательно (по крайней мере, некоторые) негры из тропической Африки и англичане должны быть классифицированы как разные виды, либо обычный шимпанзе и бонобо (как и два вида орангутанов) следует отнести к одному виду. Представляется, что таксономисты несколько отклоняются от объективности.

Теперь давайте посмотрим, как таксономисты классифицируют неандертальцев. До 1960-х гг. неандертальцев классифицировали как Homo neanderthalensis, отличный от Homo sapiens биологический вид. Но генетическое расстояние между Homo sapiens и Homo neanderthalensis (< 0,08 %) меньше генетического расстояния между двумя видами шимпанзе (0,103 %). На сегодняшний день неандертальцев классифицируют как Homo sapiens neanderthalensis, подвид нашего вида, в то время как мы являемся другим подвидом, Homo sapiens sapiens. Генетическое расстояние между африканцами из тропической Африки и обитателями Евразии (0,2 %) более чем вдвое превышает генетическое расстояние между современными людьми и неандертальцами (0,08 %). Так что, по крайней мере, часть африканцев следует классифицировать как подвид Homo sapiens africanus, а обитателей Евразии как другой подвид, Homo sapiens eurasianeus.

И, наконец, генетическое расстояние между Homo sapiens и Homo erectus оценивается в 0,170 (Curnoe, 2003, таблица 3), что примерно равно генетическому расстоянию между африканцами банту и эскимосами, но генетическое расстояние между современными африканцами и обитателями Евразии составляет 0,23 (таблица 7–1). Таким образом, Homo sapiens теснее связан с Homo erectus, чем обитатели Евразии с африканцами тропической Африки. Либо эректусов следует классифицировать как Homo sapiens erectus, либо же африканцев из тропической Африки следует классифицировать как Homo africanus. 

Глава 29. Метисация 

«И всякая раса, беззаботно допустившая смешение своей крови, обречена на погибель».

Бенджамин Дизраэли

Метисация [312 - От лат. Mixticius. букв. смешение; в англоязычной литературе используется преимущественно термин миксгенация (miscegenation), имеющий то же значение. (Примеч. пер.)] – это расовое смешение, особенно негров и белых. Метисация была незаконной во многих штатах США до 1967 г., когда Верховный суд США отменил решение суда штата Вирджиния [313 - Дело «Лавинг против Вирджинии», 388, US 1, 1967. Согласно данным социолога Стенфордского университета Майкла Розенфельда, число межрасовых браков в США возросло с 2 % в 1970 г. до 7 % в 2005 г. Число детей, рожденных в США в браках негров с белыми, выросло с 3,3 на 1000 рождений в 1968 г. до 17,7 на 1000 рождений в 1996 г., т. е. почти в 5 раз (Getahun, 2005).] и признал неконституционность таких законов, как противоречащих Четырнадцатой поправке Конституции США [314 - Четырнадцатая поправка к Конституции США ввела предоставление гражданства любому лицу, родившемуся на территории США, и запрет на лишение прав иначе, как по приговору суда. (Примеч. пер.)]. Заметьте, что в не столь давние времена метисацию рассматривали как нечто близкое к зоофилии (см. Главу 28), но сегодня она поощряется в визуальных и печатных средствах массовой информации и даже рекламируется, а журналисты сокрушаются о ее недостаточной распространенности.

Эволюция «автоматически» работает против метисации. В каждой популяции существует изменчивость. Со временем в популяции возрастает число индивидов, имеющих наиболее благоприятные в определенной среде признаки, и они формируют субпопуляции. Если некоторые индивиды этих субпопуляций приобретают признаки, препятствующие их скрещиванию с остальными индивидами популяции, они получают преимущество перед другими членами своих субпопуляций, так как не будут больше растрачивать ресурсы на производство потомства, не обладающего благоприятными признаками для среды обитания субпопуляции. По этой причине в субпопуляциях развиваются признаки, затрудняющие или препятствующие интербридингу с другими субпопуляциями, и субпопуляции постепенно становятся разными видами.

У физика метисация вызывает в уме второе правило термодинамики, гласящее, что в замкнутой системе порядок сменяется беспорядком (то есть энтропия возрастает). Если не вдаваться в технические подробности, это означает, что если вы имеете по банке белой, черной и желтой краски, где «краска» является метафорой набора расовых признаков, и смешаете их вместе, то потребуется время, во много раз превышающее возраст Вселенной, чтобы пигментные частицы смеси вновь разделились на белую, черную и желтую краски. Уникальность этих цветов будет навсегда утеряна. Жизнь, подобно другим актам творения, является локальным снижением энтропии; метисация, подобно смерти, разрушению и хаосу, увеличивает энтропию.

Когда происходит метисация, аллели, обеспечивающие уникальность смешивающихся рас, не обязательно исчезают, но, подобно частицам пигментов, не могут более быть выделены в уникальные наборы, имеющиеся у исходных рас. Как ранее обсуждалось в этой книге, требуется не менее двух миллионов лет для формирования и отбора аллелей, делающих нас разными, но достаточно недолгой метисации, чтобы стереть различия. Естественный отбор некоторых из этих аллелей потребовал страданий и смерти сотен тысяч людей, их не имевших, так что формирование расовых различий далось немалой ценой. Уничтожение этого монументального творения Природы – нас, происходящее так бездумно и постоянно, сродни осквернению могил, разрушению древних статуй, взрыву храмов и сожжению Александрийской библиотеки. Что из наиболее ценного, чем обладают жизнеспособные человеческие популяции, они способны передать следующему поколению? Не богатства или даже знания. Это их геном, их способность воспроизводить себя как уникальные народы, какими они являются. Растрата этого посредством метисации является высшей степенью предательства своего наследия.