Три дороги во Тьму. Изменение - Иар Эльтеррус

Вздохнув, первосвященник покачал головой — прав его величество, полностью прав. В такой ситуации ссориться с империей будет последней глупостью, на это никто не пойдет. Сейчас главное — остановить Ушедшего, не дать ему уничтожить все и вся. Да и в остальном сотрудничество с Надом оказалось на удивление выгодным для Церкви и всего Фалнора. Сильна все–таки инерция мышления, раз даже ему приходят в голову подобные мысли. Хорошо в молодости вбили в голову, что империя Над — враг, и только враг. До сих пор не может от этого избавиться.

Долго ждать не пришлось, минут через десять над окруженной паладинами безлюдной главной площадью Фалинграда, с которой заранее удалили гуляющих горожан, сгустилась серая дымка, откуда вылетели два дракона — зеленый с ярко–желтыми в неровную синюю крапинку животом и грудью, и полностью черный. Правда, черный был совсем невелик, явно еще подросток. На спине зеленого сидели два человека, в которых первосвященник сразу узнал императора с архимагом. Прибыли, слава Спасителю! Одно осталось неясным — что это за черный драконыш, и почему его взяли с собой в Фалнор. Ведь это, судя по всему, приемный сын Вихря, Стиг Тангерд. Ему здесь делать совершенно нечего! Однако он здесь. А директор Конторы никогда и ничего не делает просто так. Что–что, а это первосвященник знал твердо. Значит, присутствие Стига для чего–то нужно.

— Ваше величество! — Матфей шагнул навстречу спрыгнувшему с приземлившегося дракона императору. — Рад снова вас видеть!

— Добрый день, ваше святейшейство! — наклонил голову тот. — Мне тоже приятно вас видеть. Однако хочу заранее попросить, чтобы на совете присутствовали только те, кому вы полностью доверяете. Нам удалось выяснить несколько чрезвычайно важных вещей, которые, кроме нас с вами, не должен знать никто.

— Мне говорили, — наклонил голову первосвященник. — Итан с Навром тоже прибыли не с пустыми руками. Извините, что спешу, но одну из тех, о ком пойдет речь, часом не Еленой зовут?

— Именно так, — насторожился император. — Ее нашли?..

— Увы, — вздохнул Матфей. — Только следы. Но давайте не здесь и по порядку. Прошу.

Он показал рукой на бронзовые ворота, еще час назад украшавшие собой вход на подворье одного из фалинградских богачей. Слуги тут же распахнули их. Император не спеша направился внутрь в сопровождении остальных. Паладины из оцепления ошалело смотрели на драконов, шествующих к резиденции первосвященника, но молчали, не решаясь нарушить приказ его святейшества. Никогда еще не случалось, чтобы адские твари, как многие продолжали называть про себя крылатых ящеров, чувствовали себя в безопасности в главном оплоте воинствующей Церкви Второго Спасителя.

В небольшом овальном зале успели подготовить места для драконов и поставить большой круглый стол со стульями для людей, эльфа и сатира. На втором столе справа расставили напитки и угощение. Гости и хозяева не спеша расселись и уставились друг на друга. Со стороны Фалнора присутствовали Матфей, Итан, Меальнор и Марк. Со стороны Нада — Стирген, Вихрь, Армланий, Навр и Стиг. На последнего, правда, фалнорцы то и дело бросали недоуменные взгляды, не понимая, что здесь делает подросток.

— Предлагаю поставить над залом полог молчания, — заговорил архимаг, отпив глоток акты. — Речь, повторяю, пойдет о таких делах, посвящать в которые посторонних ни в коем случае нельзя.

— Что ж, ставьте, — согласился первосвященник. — Лишним не будет.

Армланий произнес странновато звучащее для человеческого уха заклинание, и по ушам присутствующих ударила мертвая тишина. Некоторое время царило молчание, а затем встал Матфей.

— Давайте не будем тратить время на церемонии, — предложил он. — Приступим. Значит, одну из Трех действительно зовут Еленой?

— Да, — подтвердил Вихрь. — Однако нам неизвестно, где ее искать. Знаем только, что в пустыне на караван, в котором она ехала, напали ваши паладины и убили ее родителей. Под влиянием горя и гнева девушка инициировалась и магией уничтожила большинство убийц. Потом ушла в пустыню. Но где находится эта пустыня? Увы мне, не знаю.

— Эту историю можем дополнить мы с Навром, — со вздохом сказал Итан. — Как раз ее мы и расследовали в последние дни. И почти уверились, что Елена — одна из Трех. Вы только что подтвердили наши подозрения.

— Не могли бы вы рассказать подробнее? — попросил директор Конторы.

— Хорошо, — кивнул архиепископ. — Пять дней назад нас с Навром нашел гонец…

Он коротко поведал о ходе расследования. Слушали рассказ внимательно, то и дело задавая уточняющие вопросы, на которые Итан порой не знал, что ответить.

— А откуда о Елене и случившемся с ней узнали вы? — поинтересовался он, закончив.

— От него, — Вихрь показал на унылого Стига, усиленно делающего вид, что нашел на полу что–то очень интересное.

— От него?.. — изумился архиепископ. — А ему–то откуда это известно?!

— Что ж, позвольте представить вам Стига Тангерда, моего приемного сына, — как–то очень уж ехидно осклабился директор Конторы. — Кроме всего прочего, одного из Трех.

Его последние слова произвели на фалнорцев и Навра шоковое впечатление. Последний стоил отдельного описания — его челюсть упала на грудь, бородка встопорщилась, глаза стали квадратными и съехались к переносице, шерсть на морде встала дыбом, уши растопырились в стороны.

— Ше–е–еф… — жалобно проблеял сатир. — Это у тебя шутки такие, да?..

— Нет, — шумно вздохнул Вихрь. — Увы, нет. Мне и самому стыдно, если честно. Прошляпил! Столько лет искали, столько средств и усилий потратили, а он все это время жил в моем доме… После инициации мальчик пришел ко мне и во всем признался, так я ему еще и не поверил. Благо, Армланий сумел определить место инициации последнего из Трех и приказал окружить его. Это оказалось мое поместье. Дальше, думаю, все ясно.

— Простите, такие утверждения требуют доказательств… — хрипло выдохнул первосвященник, выглядящий не намного лучше Навра.

— Малыш, сними вуаль Света, — попросил архимаг, повернувшись к ученику. — Господа бер Саан и Меальнор — Ищущие в прошлом. Они сами все поймут.

Стиг едва слышно прошипел какое–то заклинание, и Итан тут же задохнулся. Перед ним находился даже не черный маг, а сама Тьма, по какому–то недоразумению принявшая форму дракона–подростка. Живое воплощение одной из первородных сил. Да, это один из Трех, больше никем этот дракон быть просто не может. Получается, и остальные двое такие же? А что произойдет, если они объединятся? Даже представить страшно…

— Похоже, он! — хрипло выдохнул архиепископ. Эльф подтвердил его слова ошарашенным кивком, его миндалевидные глаза распахнулись на пол–лица.