Исток - Анна Московкина

Земля посреди дороги разошлась уродливой раной, корни затянули в рану коня. Земля срослась, на месте разлома весело зазеленела молоденькая травка.

Пыль в глаза — демонстрация силы. Филипп оценил. Хорхе не обратил внимания, продолжая молчаливый диалог с магом.

— Тринадцать против двоих! — презрительно выплюнул воин.

— Хочешь честной схватки, отложи свои сабли, — отозвался маг.

— Я похож на дурака?

— Похож, умный бы не вернулся. — Маг провел здоровой рукой по лубкам. Повязки с искусно выточенными дощечками слетели.

— Грид! — крикнули в одном из окон. — Кость еще хрупкая!

— Бес с ней, — ответил Грид. — Давай, колдун! Один на один! Согласен?

— Отчего ж нет? — усмехнулся Хорхе.

— Игнеса, проследи, чтоб не вмешивались!

— Но, Грид…

— Я сказал, проследи. Давай, седоусый, покажи, что вы там в своей Инессе не только лясы точите…

Воин осклабился. С пальцев мага сорвались две шаровые молнии, понеслись к Хорхе, обогнули его и устремились на Филиппа.

— Надуть меня решил? — Неуловимый взмах саблями. Стальные отблески нагнали молнии, разрубив их пополам. Два маленьких взрыва грохнули в локте от молодого колдуна. Филипп, пытавшийся встать, снова повалился навзничь.

— Неплохо… для отвлекающего маневра.

Вокруг Хорхе серым туманом расползлась вязкая дымка, замедляющая движения втрое. Воин рубил ее саблями, но те будто в кашу попали.

— Это «болотный морок», — прошипел Филипп, поднимаясь.

Но Хорхе уже сам догадался и исчез, появившись в сажени от кокона заклятия.

Филипп остался в коконе. Молодой колдун выпрямился, из ноздрей черными дорожками бежала кровь. Морок задымился, сгорая в белом огне. Дорожки прошли через рот, достигли подбородка и закапали на ворот куртки.

Воин сделал шаг вперед и увяз по колено.

— Вижу, кто-то хорошо владеет магией Земли.

Грид согласно кивнул.

— Но не ты, — продолжил Хорхе, чувствуя, что увязает все глубже, — тебе больше нравится Воздух и Вода?

— Быстро думаешь. Но поздно.

— Не встречал еще цитадельца, который бы бился честно, — тяжело вздохнул воин, разочарованно водя кончиком сабли по земле.

— Вас двое — твой друг снова в строю. — Игнеса грустно улыбнулась. — Придется убить и его.

— Жаль мальчика, правда? — посочувствовал Хорхе.

— Жаль, — согласилась магичка.

— А зря. — Лицо воина перекосилось, сабля ушла в землю по рукоять, вторая кругом пронеслась над землей, отсекая воздух. Пыльный вихрь бросился в тринадцать лиц.

Хорхе кувыркнулся в воздухе, издав заливистый боевой клич хордримских сабельщиков. За вихрем рванулась волна полуденного жара пустыни и тут же зашипела, притушенная водой. Запахло рекой.

Мостовая шипела, в воздухе клубился мокрый туман, в этот раз вполне естественный.

Филипп выбросил вперед руку, снимая подвешенное заклинание.

Огонь жадно впился в дранку на крыше трактира. Дранка тут же посыпалась на головы магам. Хочешь не хочешь пришлось им разбежаться. Двое кинувшихся от стремительно осыпающейся крыши попали под серебристые росчерки сабель. Цитаделец вскинул перевязанную голову, прикрылся рукой, выпуская впереди себя силовую волну — единственное, на что хватало времени. Сабля притормозила. Маг нырнул вниз, спутывая воина воздушным потоком. Вторая сабля разрубила заклинание. Филипп ринулся в самую суматоху, чуть не столкнувшись лбом с Гридом. Тот ловко рубанул ладонью молодого колдуна по шее. Филипп попятился. Заклинание зависло на кончиках пальцев и…

— Раз ты так хорошо владеешь бараалле, может, расскажешь мне о книгах, которые взялась читать на сон грядущий, о последних разработках спайки, посредством улучшенной кайминовой соли??

— Первый раз слышу. А что такое «кайминовая соль»?

— Хорошая мина при плохой игре тебя не спасет, сударыня. Я же сказал, Айрин, стоит только спросить, и я отвечу на любые твои вопросы.

— Любые? — невинно уточнила я.

— Любые, — величественно согласился маг.

…все исчезло. Маги вертели головами, трясли руками, но ничего не происходило.

Опомнившийся Хорхе полоснул саблей противника, рассекая тому живот. Грид безжалостно саданул Филиппа кулаком в подреберье и ногой отбросил в сторону. Игнеса подбиралась к воину со спины с ножом.

— Я бы не стал этого делать. — Острие диковинного меча уперлось в незащищенный живот магички. — Он очень острый. Кишки мигом выпадут.

Два мага, готовых броситься на молодого чародея, подались назад. Перед Филиппом сидел черноволосый колдун с безумными белыми глазами. Его меч лежал в ножнах, и он, казалось, не торопился им воспользоваться, выставив вперед голые руки.

Магия вернулась так же внезапно как исчезла, резким толчком ворвавшись в тела.

Черноволосый бесцеремонно схватил спутника за шкирку, с разворота смел мощным силовым потоком все заклинания, нацеленные в него, и исчез… Объявившись в трех саженях от трактира, подцепил под узды сонную, будто опоенную кобылу, исчез снова.

Хорхе крутанулся на месте, легонько коснулся рукой эльфа и последовал за колдуном.

Кто-то успел поставить барьер, мешающий «мерцанию» и любому другому виду телепортации. Но этот сообразительный маг неожиданно завалился набок, взвыв диким котом. Из носа и рта обильно лилась кровь.

Трактирщик почти плакал, хотя крышу потушили вовремя, и трактир почти не пострадал. Он сел на стол и, раскачиваясь, заохал.

На стойке лежал пухлый мешочек.

Трактирщик перестал стонать, спрыгнул на пол и очень медленно пошел к стойке. У мешочка лежал пергамент. Некоторое время трактирщик тупо таращился на незнакомые предметы, а потом вышел вон из зала, где злющая, как кошка, Игнеса зло ругалась с Гридом и Вистером.

Маги перестали орать и оглянулись на трактирщика. Все четверо с опаской зашли в трактир. Изучающе осмотрели мешочек, но не нашли к чему придраться. Грид развернул послание.

— «Прошу простить за причиненный ущерб, также заранее извиняюсь и за неосмотрительность, принесшую нам всем столько неудобств. И дабы не дискредитировать в ваших глазах Инессу, приношу скромную материальную компенсацию», — зачитал Грид. — Ничего не понимаю. Ну-ка, развяжи этот бесов кулек!

Трактирщик распутал шнурок и, порядочно труся, заглянул внутрь. Увидев содержимое, а за этим и осмелев, высыпал монеты на стойку.

— Пятьдесят корон золотом, — сосчитала Игнеса. — Хорошо инессцы зарабатывают.

— Тут еще приписка.

— Читай!

— «Надеюсь, полученной суммы хватит, чтобы мы забыли об инциденте, благо ни Владычица Инессы, ни Верховный архимаг Цитадели не обрадуются, услышав о подобном происшествии». Каков нахал!