Грехи и грешницы - Сьюзан Одо

Элси окинула ее взглядом.

— Да, я тебя помню. — Она тотчас умолкла и стала вытирать слезящийся глаз огромным белым платком. — Пожалуй, с тех пор как я видела тебя в последний раз, ты немного пополнела, — добавила она с тем полным безразличием к условностям, которым отличаются очень молодые и очень старые люди.

— Не обращай внимания, Карен, — укоризненно посмотрев на мать, сказала Дорин. — Ты выглядишь прекрасно. Правда, Бэбс?

— Прекрасно! — пропыхтела Бэбс, с трудом усаживая своего отца рядом с его женой, и опустилась рядом.

— Дай-ка мне мою сумочку, Дорин! — потребовала Элси. — Я надену тапочки. Эта мозоль меня просто с ума сведет!

Дорин послушно достала из материнской сумки пару клетчатых, отороченных мехом домашних тапочек и, к заметному облегчению старой леди, надела ей на ноги.

— Теперь все в порядке? — выпрямилась Дорин.

— Я хочу выпить, — потребовал Альберт.

— Так стоит же херес. — Дорин кивком указала на нетронутый бокал на столе. — Это приличный херес. Стоил нашей Сюзи четыре фунта за бутылку — не то что какая-то дешевая дрянь.

— Меня не волнует, сколько он стоит, я не могу его пить. — Отец с отвращением сморщил нос. — Это же для женщин! Дайте нам хоть каплю эля!

Дорин, рассердившись, только покачала головой.

— Ладно, Дорин, — похлопала ее по руке Карен. — Я принесу из бара пива для вашего отца.

— Если уж ты встала, я бы выпила «снежный ком», — сказала Элси, отставив в сторону бокал с хересом, к которому она едва притронулась. Только без всяких вишен {«Херес» по-английски звучит как «шери», «вишня» «чери». Глуховатая Элси, очевидно, спутала одно с другим}. Мне их не съесть, объяснила она, улыбнувшись Карен беззубым ртом.

Стараясь удержаться от смеха, та кивнула. Бэбс, сняв с ног розовые туфли, надевала вместо них мягкие виниловые шлепанцы, которые только что достала из сумки.

— О, вот так гораздо лучше, — пошевелив пальцами, сказала она. — Чего терпеть не могу — так это неудобных туфель.

— Выпьете, Бэбс?

— Да, пожалуйста, милая Карен. Мне бы портеру. Если тебя не затруднит.

— Не беспокойтесь, я возьму поднос. А как вы, Дорин?

— Нет, я лучше покончу с этим, — отозвалась та, указывая на бокалы с хересом. — Не пропадать же добру.

— Вам придется нелегко, — засмеялась Карен и широким жестом обвела зал, демонстрируя нетронутые бокалы с хересом, стоящие на столах или тайком отставленные на пол. — Если вы попытаетесь все их допить, то окажетесь под столом!

Дорин принялась громко выражать свое неодобрение подобной расточительностью и явным нарушением этикета. А Карен направилась к бару, где толпа страждущих уже стояла в ожидании нормальной выпивки.

Прислонившись к двери банкетного зала, Карен сбросила туфли и с радостью ступила на холодный линолеум.

Гости вокруг оживленно болтали — слава Богу, формальности почти подошли к концу. Остались только речи, а потом можно будет совсем расслабиться.

На спинках стульев уже небрежно висели пиджаки, мужчины ослабили галстуки. Бобби Фуллер раздал всем желающим сигары, и к потолку потянулись клубы вонючего дыма.

Собравшись вокруг столов, женщины сплетничали и обсуждали нынешнюю вечеринку. Хотя в большинстве своем они были родственницами, их контакты в основном сводились к поздравительным открыткам на Рождество. Встречались же они только на свадьбах и на похоронах, причем последняя свадьба была четыре года назад, когда Чарли-Малыш выдавал замуж свою Максину, а последние похороны — когда в прошлом году хоронили мать Боба Фуллера, так что поговорить было о чем.

За одним из столов сидели дамы, в двоих из которых Карен узнала продавщиц магазина, где работала Сюзи, а других помнила еще по школе. Она тотчас вспомнила их, несмотря на прошедшие годы; этих девчонок они, пятеро подруг, никогда не пускали в свой замкнутый мирок, но тем не менее все это время Сюзи поддерживала с ними связь. Несмотря на новые прически и косметику, несмотря на их полноту, Карен, глядя на знакомые черты и улыбаясь, вспоминала, какими они были тогда — в этой красно-зеленой школьной форме, наивные и беззаботные.

Всем им, видимо, было что рассказать, и теперь Карен размышляла, какими могут быть эти рассказы.

Посмотрев на эти приятные улыбающиеся лица, видимо, довольных обществом друг друга людей, Карен вдруг подумала — и не в первый раз, — что привлекательные женщины встречаются гораздо чаще; чем привлекательные мужчины.

За угловым столом сидела Анна в обществе Джеймса, молодого официанта, с которым она познакомилась во время девичника. Положив локти на стол, почти соприкасаясь головами, они смеялись и о чем-то разговаривали. Удивительно, конечно, но, слава Богу, ее подруга теперь вновь будет наслаждаться жизнью. Карен вспомнила, как мучилась Анна после разрыва с Каллумом, а она ничем не могла ей помочь, разве что выслушивать по телефону ее рыдания. Ведь между ними лежал океан.

Тем не менее из всех них одна лишь Анна оставалась воплощением жизненного успеха — она была умна, красива, сделала карьеру, а теперь, кажется, решила, чего хочет от жизни. «Смогу ли я сама когда-нибудь решиться на это?» — подумала Карен.

Вестибюль вдруг наполнился холодным воздухом, Карен вздрогнула и прикрыла обнаженные плечи руками.

Обернувшись, она увидела стоящих в дверях Стива и Мэнди. Сунув ноги в свои красные туфли, Карен бросилась к ним навстречу.

— Я отлучусь на минуту — поищу Джен, — пожав руку Мэнди, сказал Стив.

— Спасибо, Стив, — поблагодарила она.

— Нет проблем! — подмигнул Стив и направился в прокуренный зал.

— Ты в порядке? — спросила Карен, подводя Мэнди к стоявшим за вешалкой стульям.

— Более-менее, — выдавила из себя улыбку Мэнди. — А как Сюзи?

— Более-менее!

Обе засмеялись.

— Что за пара! — шумно вздохнула Мэнди. — Как думаешь, она знает?

— Уже догадалась.

— Ox, черт! — запричитала Мэнди, снова готовая заплакать.

— Ну-ну, все в порядке, — принялась успокаивать Карен. — При сложившихся обстоятельствах Сюзи прекрасно справляется.

— А как Джонатан?

— Ты испортила ему туфли! — Карен легонько толкнула Мэнди в бок, заставив ее засмеяться. — А Сюзи подвесила ему «фонарь».

Мэнди широко раскрыла глаза и поднесла руку ко рту, не зная, плакать ей или смеяться.

— Ох, Кар, что я наделала!

— Ты ничего не наделала. Ты ведь не знала, что он парень Сюзи, правда?

Подруга только покачала головой.

— Ну, вот видишь. При чем тут ты? — Карен сжала ее руку, давая понять, что дальнейшие выяснения неуместны. — Короче, пора выпить. Тебе не помешает.