Возвращение Варяга - Глеб Дойников

 Почему я обратился к данной теме не на философском факультете, а в военном учебном заведении? Потому, что контакт разных народов редко бывает мирным. И именно мы, военные, вынуждены воспринимать новые веяния, чтобы сохранить сердцевину бытия наших народов. Мы обязаны быстро, решительно, но вместе с тем осмысленно и ответственно воспринимать, перенимать и использовать всё новое, чтобы защитить традиции наших народов. Мир меняется быстро — и дальше он будет меняться ещё быстрее. И эра вечного мира, что бы не говорили прекраснодушные мечтатели, пока недостижима. Кто знает, чьи корабли будут через годы или десятилетия отражаться в русских или японских прицелах. Поэтому — учитесь. Учитесь сейчас, пока цена учёбы — всего лишь бессонные ночи. Учитесь на кораблях, учитесь в дальних походах. Многие из вас станут адмиралами и будут определять уже не курс корабля, но курс всей страны — пусть даже и в какой-то небольшой мере. Учитесь с холодной головой и горячей душой. И, буде случится война — сохраняйте голову холодной, а сердце — горячим и на войне. Спасибо за внимание, господа. «

 Из лекции адм. Руднева-Варяжского в военно-морском колледже Японии, июнь 1908 года

 «Тогда, даже будучи уже отнюдь не юнцом-энсином, я счёл завершение лекции великого адмирала приступом старческой сентиментальности. Впрочем, моё сердце согрела сама серьёзность разговора, а также подчёркнутое уважение Учителя Руднева к нам, недавним по историческим меркам врагам. Настолько недавним, что моя рука тогда еще требовала ежедневных гимнастических упражнений, без которых по утрам была просто онемелым и опухшим куском плоти. После относительно неудачной для Японии войны, отнюдь не с первоклассной морской державой, отношение к моей стране в Европе резко изменилось. После, как писала Таймс, «дарованного Японии с барского Российского плеча мира», мы были негласно вычеркнуты из списка цивилизованных народов и низведены в глазах даже бывших союзников-англичан в разряд этаких диковинок, своего рода учёных дикарей.

 Возможно, свою роль сыграли послевоенные экономические трудности Японии, вызвавшие перебои с возвратом взятых на войну кредитов. Возможно, не имеющие никакого понятия о подчас висящем на волоске исходе войны европейские советники, просто отметились дежурным рапортом, льстящим их собственному расовому самолюбию. Дескать, азиатские народы не способны вести регулярную войну против белой расы, даже против почти таких же полуазиатов, как и они сами — против русских. Поведение самих русских было в этом плане разительным контрастом — они относились к нам, как к равным, причём совершенно искренне.

 Может быть, дело в том, что и сами они рассматривались Западом как в какой-то мере «неполноценные европейцы» (кстати, тяжёлый для России ход боевых действий в войне Мейдзи и был ими списан на эту «неполноценность» русских). Но скорее — мы действительно вызвали у русских искреннее уважение как традиционными чертами японского характера — трудолюбием, самопожертвованием и мужеством — так и желанием и умением учиться, что и сделало нас достойным и благородным противником.

 Во всяком случае, эта «старческая сентиментальность» оставила тёплый след в моей душе, и когда, через пару десятков лет, уже прокладывая курс не корабля, а (пусть и всего лишь в качестве одного из многих достойных слуг Тенно) всего флота страны Ямато, я внезапно оказался в затруднительной ситуации, я достал старый номер журнала лишь для самоуспокоения. Однако по прочтении лекции я замер. Это было сатори — теперь я точно знал, что нужно делать».

 Адмирал И. Ямамото

 Восхождение на гору Ниитака

 Токио, издание 1948г.

 Авторское послесловие.

 Итак, книга уже практически прочитана.

 Надеюсь, что вам понравилось, тогда наверное будут интересны и таблицы приложений, добавленных про предложению моего оппонента г-на Валентинова. Там будут описаны два варианта судеб главных героев повествования, как кораблей, так и людей на них живших, и умиравших. А если не понравилось, то какого черта тогда было заставлять себя дочитывать до этого места? Бросили бы уже давно, если только вы не критик профессионал или мазохист любитель.

 История «Варяга-победителя» не окончена. Она продолжается здесь:

 http://zhurnal.lib.ru/d/dojnikow_g_b/

 Там-же любопытствующие могут найти и подробнейшее, до последнего попадания, описание боев. И даже анимационную версию маневрирования сторон, в эпической битве при Шантунге.

 Так что, как говорят у нас, жезячников-заклёпочников — заходите. Даже если сами вы не отличаете киля от клотика. Следите за рождением книги, кидайте в автора табуретками и тапками, получайте, если заслужите, в ответ самое страшное наше железячное проклятие — «иди учи матчасть»! И снова ругайтесь и спорьте сколько влезет, до хрипоты, до драки, но — вежливо! Солёные брызги летят в лицо, ветер сносит рвущийся из труб дым, орудия заряжены и наводчик уже ловит в прицел далекий силуэт на горизонте... К бою! Огонь!!!

 С уважением и ожиданием откликов и критики,

 Всегда искренне Ваш,

 Дойников Глеб Борисович.

 Конец.

 Второй книги?

[1] Получил осколочное ранение в лицо в бою у островов Кадзима.

Небольшое лирическое отступление. Когда я сам читаю продолжение понравившейся мне книги, меня жутко раздражают «краткие содержания предыдущих серий». Это когда автору, в угоду возжелавшим начать читать серию книг с середины, приходится вводить читателя в курс происходящего. На мой взгляд, этим автор скорее проявляет неуважение к читателям, прочитавшим предыдущую книгу. Так что если вы, уважаемый читатель, не понимаете, о чем идет речь, почему «Варяг» активно воюет в Русско-Японской войне, а не обрастает илом на дне бухты Чемульпо, например — будьте добры, прочитайте первую книгу.

[2] Два самых распространенных способа казни в море, еще с пиратских времен. Провинившегося матроса или пойманного пирата могли или повесить на рее, или заставить пройти по доске и потом нырнуть в море.

[3] По старой русской военной традиции, в последний бой надо идти в чистом.

[4] Миноносцы немецкой постройки с верфей Шихау, лучшие из бывших в составе Первой Тихоокеанской Эскадры.

[5] Эх, сколько копий было сломано по поводу того, сколько узлов мог максимально выдать «Варяг» а 1904 году... Варианты варьируют от 12 «без риска для машин», до «23 после переборки машин». Как данность, однако, стоит принять тот факт, что японцы подняв крейсер после года лежания того на дне моря добились полного хода в 22,5 узла. Во время ремонта в Сасебо (куда корабль пришел сам, своим ходом практически сразу после поднятия из воды! Это к вопросу об «убитой тупыми русскими машине») ни котлы, ни машины «Варяга», вернее тогда уже «Сои» не меняли. Только перебирали. Заменить пришлось только большинство подшипников, но... Но эти самые подшипники, из «твердой стали», были заказаны в Петербурге еще ДО войны! Их просто как обычно в России не успели изготовить и доставить на Дальний восток.

[6] Миноносцы русской постройки. Отличались от своих заморских прототипов плохой надежностью механизмов и меньшей скоростью. Увы, что может сотворить с неплохим иностранным проектом русская кувалда и пренебрежение к «маловажным техническим мелочам», можно посмотреть на примере «Фиата» и «Жигулей»...

[7] На самом деле в многочисленных отрывах стволов японских орудий калибра 8 дюймов и выше виновата порочная британская конструкция стволов. Но откуда это было знать Того?

[8] Силуэт и «Осляби» и «Богатыря». В принципе, при ближайшем рассмотрении на «Ослябе» выделяются более крупные (относительно длинны корпуса) башни и более высокий борт. Но если никогда не видел оба корабля стоящие рядом и очень хочешь найти именно «Богатыря», то «Ослябя» за него вполне сойдет.

[9] Сегментные снаряды применялись для отражения атак миноносцев. Снаряд разрывался в миле от выпустившего его корабля, и в миноносцы противника летел сноп стальных стержней. Эдакая противокорабельная шрапнель.

[10] «Адзума» имела не только уникальный силуэт, но и самый короткий бронепояс. Француженки вообще отличаются недлинными юбками, но то, что хорошо для девушек, обычно плохо для линкоров.

[11] Эта особенность русских дистанционных взрывателей для сегментных и шрапнельных снарядов выявилась только в ходе войны. Оказалось, что фактическое время горения порохового замедлителя почти в два раза меньше расчетного и потому снаряд взрывался раньше, чем должен. В конце войны была даже составлена таблица соответствия времени установки взрывателя и истинного времени взрыва. Почему такое несоответствие не проявилось на испытаниях взрывателя при принятии его на вооружение — загадка. Очевидно, порох в трубках замедлителей оказался подвержен саморазложению.