Проклятие Низвергнутого бога - Дэн Черненко

Ланиус поспешил в спальню и у дверей увидел двух служанок.

– Вы же знаете, что туда нельзя входить, ваше величество, – сказала одна из них. – Это не принято.

Раньше у нее не было возможности сказать королю Аворниса, что он может делать, а что нет. Почему бы теперь не воспользоваться ею?

– Да, я знаю, – кивнул Ланиус. С начала беременности жены люди постоянно говорили ему, что принято, а что не принято. – Сосия, с тобой все в порядке? – крикнул он.

– Пока все не так уж плохо, – ответила Сосия. – Воды уже отошли, так, кажется, это называется, и меня перенесли сюда, чтобы... – Она замолчала, а через полминуты добавила: – Это была схватка. Не слишком приятно, но терпеть можно.

– Вы послали за повитухой? – спросил Ланиус у служанок.

Обе кивнули.

– Конечно, ваше величество, – несколько смущенно ответила служанка, не пустившая его в комнату. – А еще мы послали гонца к архипастырю, чтобы он помолился за ее величество.

Будут ли иметь влияние на волю богов молитвы незаконнорожденного сына Граса? Возможно, в конце концов, Ансер будет молиться за свою единокровную сестру. Тем не менее, это не совсем соответствовало обычаям.

– А вот и повитуха, – сказала вторая служанка. – Ее зовут Нетта, ваше величество. Она – лучшая повитуха в Аворнисе.

– Надеюсь, – сказал Ланиус, ему и в голову не пришло, что королева Аворниса в любом случае должна была получать самое лучшее.

Нетта была женщиной средних лет с энергичным лицом, по которому ей можно было дать и тридцать пять и шестьдесят лет. Было ясно, что у нее не было ни малейшего желания, а тем более времени отвлекаться на пустяки.

– Здравствуйте, ваше величество, – поздоровалась она с Ланиусом как с равным, чем сильно удивила молодого короля. – Очень скоро у вас будет маленький мальчик или маленькая девочка. Полагаю, все будет в порядке.

– Отлично, – сказал Ланиус. – А почему ты так полагаешь?

– Потому что обычно так бывает. Иначе у нас не хватало бы людей, верно? Я готова к любым неприятностям, но в этом случае, как мне кажется, их не будет. Вы понимаете, о чем я говорю? Вам совершенно не о чем волноваться.

«Она явно имеет в виду, чтобы я не путался под ногами», – подумал Ланиус и спросил:

– Я могу чем-нибудь помочь?

Вопрос удивил Нетту, но не сильно. Она покачала головой, и огромные золотые серьги в виде колец тоже закачались.

– Вам остается только стоять здесь и ждать, пока не закричит ребенок. – Она направилась в спальню, но остановилась. – Кстати, вот еще что: пусть вас не беспокоят звуки, раздающиеся до рождения ребенка. Женщины не молчат во время родов, можете мне поверить. Хорошо?

– Хорошо, – машинально ответил Ланиус.

Она явно хотела отделаться от него. А он чувствовал себя совершенно бесполезным.

Нетта пристально смотрела на него, словно хотела понять, сдержит ли он свое слово. Наконец она кивнула и скрылась в спальне, плотно закрыв за собой дверь. «В этом не было необходимости. Я не собирался подглядывать. По крайней мере, мне так кажется».

За дверью она оставила не только его, но и служанок.

– Принести вам стул, ваше величество? – спросила одна из них.

– Да, конечно, – ответил Ланиус.

Он сам не додумался бы до того, что можно не стоять, а сидеть, потому что намеревался ходить взад и вперед по коридору, пока Сосия не родит, сколько бы времени на это ни потребовалось. Кстати, а сколько? Это были первые роды, которые затрагивали его лично. Он только знал, что некоторые роды протекали быстро, а некоторые – нет.

Служанка притащила стул, и он присел на краешек. Потом встал и заходил по коридору. Потом снова сел, через некоторое время встал. Он ожидал услышать странные звуки, но некоторое время не слышал ничего, кроме приглушенных голосов повитухи и жены.

Весть о родах Сосии разнеслась по дворцу. Пришла Эстрилда, и служанки пропустили ее внутрь. Ланиус почувствовал легкое раздражение. Нетта не выгнала ее, и раздражение усилилось. «Какой дурацкий обычай. Неужели я ни на что не гожусь только потому, что я мужчина?»

Многие аворнийские обычаи запрещали женщинам выполнять работу, с которой они могли прекрасно справиться. Очень многие обычаи предполагали, что они ни на что не годились или были просто невежественными. Ланиус часто задумывался об этом. Но почему? Ведь его интересов они не ущемляли.

Примерно через полчаса из комнаты вышла мать Сосии. Она кивнула Ланиусу.

– Кажется, все идет нормально, насколько это возможно. Схватки происходят все чаще, как и должно быть. Нетта хорошо знает свое дело.

– Я рад, – сказал Ланиус, вставая со стула. – Присаживайтесь. – Он повернулся к служанке. – Принеси еще один стул.

– А еще еды и вина, – добавила Эстрилда. – Нам предстоит долго здесь сидеть.

– Слушаюсь, ваше величество.

Женщина сделала реверанс и поспешила выполнять поручение.

Она вернулась со слугой, который тащил стул для Ланиуса. Служанка несла поднос с хлебом, горшком с медом, кувшином вина и двумя чашками. Ланиус налил вина себе и Эстрилде. Почему бы королю не налить вина королеве, которая к тому же была его тещей?

– Спасибо, ваше величество. – Эстрилда всегда с уважением относилась к Ланиусу. – Позвольте отломить вам хлеба. Хотите меда?

– Да, пожалуйста. Большое спасибо. – Ланиус взял ломоть хлеба, съел половину, потом сказал: – Вы уверены, что все в порядке?

– Да, мне так кажется. – Она опустила взгляд на чашку и едва слышно добавила: – Я помню.

«Если бы ты не помнила, у меня не было бы жены. И мне не пришлось бы беспокоиться об Орталисе. Выгодная сделка или нет?» Эстрилду спрашивать об этом не стоило. Вместо этого он решил задать более безопасный вопрос:

– Сколько нам ждать? Она пожала плечами.

– Угадать невозможно. Может быть, несколько часов, может быть, часть дня или весь день. Зависит от женщины и, кстати, от ребенка.

– Хорошо. – Ланиус не знал, что еще сказать. Он всегда хотел получать определенные ответы на свои вопросы, но на этот вопрос такого ответа, очевидно, не существовало. А жаль.

Они выпили еще вина и доели хлеб. Служанка принесла еще хлеба и сыра. В итоге Ланиус плотно поужинал, хотя такая еда приличествовала скорее простому крестьянину или солдату, нежели королю. Эстрилда же воспринимала ее как должное, словно не раз участвовала в походах с Грасом. Прежде чем Ланиус успел задать вопрос, Эстрилда сказала:

– Такая пища заставляет меня вспоминать то время, когда мы редко ели досыта. Вы знаете, отец Граса был простым стражником, он родился в крестьянской семье.

– Да, я знаю, – ответил Ланиус, двенадцатый король в династии. Он не думал, что ему придется взять в жены правнучку простого крестьянина. Даже у принцессы Ромилды Фервингской была лучшая родословная, чем у королевы Сосии. Но властью в Аворнисе обладал Грас, несмотря на знатное происхождение Ланиуса, и изменить ситуацию было не в силах юного короля.