Мой Рагнарёк - Макс Фрай

— А кого? — Изумленно спросила Афина.

— Не знаю. — Вздохнул я. — Может быть, свою человеческую судьбу, которая обрекла их родиться «мертвыми духом»… У некоторых это уже получается, и еще как!

— Не о них речь. — Нетерпеливо перебил меня Один. — Нам с Палладой нет дела до этих людей. Нам вообще нет дела до людей, можешь мне поверить…

Послушай, я предлагаю тебе соглашение. Эти могущественные твари, которые убивали тебя — хорошие охотники, и теперь они не оставят тебя в покое. Тебе нужна защита, и я могу помочь.

Взамен мне требуется только твое обещание…

Я решительно покачал головой.

— Я не могу давать обещаний. Никаких. Не потому, что не хочу, просто мои обещания не имеют никакого смысла. Так, пустой звук. Ты еще не понял, Один?

Я ничего не решаю.

Я не отвечаю за свои поступки. Я их даже не совершаю. Все происходит само собой, а мне поневоле приходится принимать в этом участие. Единственное, что я действительно сделал по собственной воле — пришел к вам и продиктовал этот знаменитый список имен индейских богов, да и то, для меня все это случилось во сне…

— Ты бы хоть дослушал сперва, а потом спорил! — Ворчливо перебил меня Один. — Скажи лучше: ты знаком с пророчеством Вельвы?

— Еще бы! — Невольно улыбнулся я. Вот уж никогда не предполагал, что от моих экзотических литературных увлечений будет хоть какая-то практическая польза!

— Славно. Я хочу от тебя только одного: чтобы все совершалось не так, как она напророчила. Все что угодно, лишь бы это не было похоже на ее проклятое предсказание!

— Потому что оно сулит тебе смерть? — Понимающе спросил я.

— И поэтому тоже. — Спокойно подтвердил он. — Но даже моя смерть — пустяки по сравнению с моей ненавистью к неизбежному! Если меня убьет не Гарм, а кто-то другой — да хотя бы ты! — я умру победителем… Ты понимаешь, о чем я толкую?

— Я понимаю. — Кивнул я. — Знал бы ты, как я тебя понимаю! В этом мы ужасно похожи — кто бы мог подумать…

— Значит, ты согласен на сделку? — Обрадовалась Афина.

— На какую сделку? — Флегматично спросил я.

— Как это — «на какую»?! — Возмутилась она. — Что с твоей головой, бедняга? Все очень просто: одноглазый снабжает тебя амулетом, при виде которого эти могущественные поганцы жалобно визжат и убегают туда, откуда пришли, а ты…

— А с чего ты взяла, что мне действительно нужен какой-то амулет? — Я ее здорово огорошил: Афина растерянно заморгала — сейчас она была похожа на растерянную девчонку, «поплывшую» на выпускном экзамене. Честно говоря, в таком виде она нравилась мне еще больше!

— По-моему, это и так ясно. — Наконец сказала она. — Они снова прийдут за твоей головой — и что ты тогда будешь делать?

— Посмотрим. — Я равнодушно пожал плечами. — Думаю, в следующий раз я на них все-таки как следует рассержусь, а когда мне удается рассердиться, все становится так просто — описать не могу!

— Ничего не понимаю! — Сердито сказала она. — Если ты такой грозный, какого черта нам с Одином пришлось спасать твою шкуру? Если это шутка, то она дороговато тебе стоила!

— Просто я не смог рассердиться. — Терпеливо объяснил я. — Я — не хозяин своего настроения, к сожалению… Спроси своего приятеля Одина, он тебе расскажет о священном безумии берсеркеров. Чтобы как следует разозлиться эти ребята грызут щит, и все такое… Мне тоже не помешало бы завести такую привычку! Может, заодно и курить брошу… Эти красавчики очень хорошо рассчитали: я как раз расслабился, в кои-то веки позволил себе такую роскошь, за что и поплатился. А тут еще эта их песенка…

Но знаешь, больше они меня не застанут врасплох: я не из тех ребят, которые постоянно наступают на одну и ту же швабру!

— При чем тут какая-то швабра?! — Вот теперь она действительно созрела, чтобы залепить мне оплеуху, я это задницей чувствовал!

— Подожди, Паллада. — Мягко сказал Один. — Если ему не нужна наша помощь — что ж, нам меньше хлопот! Пусть выкручивается сам, как может. — Он внимательно уставился на меня своим единственным глазом. Эта «флюорография» продолжалась несколько долгих секунд, потом он вкрадчиво спросил:

— Тем не менее, тебе ведь тоже хочется устроить все по-своему? Не так, как было предсказано…

— Да. Все всегда должно быть так, как я хочу. — Твердо сказал я. — Все остальные варианты меня смертельно раздражают, с детства!.. — Я горько усмехнулся и добавил:

— Проблема в том, что по большому счету я уже ничего не хочу — разве что выйти из игры, оказаться подальше отсюда, и никогда не вспоминать об этой истории — а как раз такое великое чудо мне, пожалуй, не светит…

— Значит, мы договорились. — Удовлетворенно кивнул Один. Он даже не спрашивал, он утверждал, и эта его уверенность почему-то меня здорово разозлила. Я сам себя не узнавал: только что все было так хорошо, мы мило беседовали обо всем понемножку, и вдруг меня накрыла холодная волна такой сокрушительной ярости, что мне пришлось сделать над собой невероятное усилие, чтобы небо тут же не обрушилось на землю и не раздавило моих недавних спасителей — я с ужасом осознал, что оно уже вполне готово рухнуть — было бы желание! Мои новые приятели внезапно показались мне самыми отвратительными существами во Вселенной, даже очарование Афины на меня больше не действовало. Я быстро взял себя в руки — а что мне еще оставалось?

Устраивать демонстрации своей невесть откуда появившейся силы с обязательным метанием шаровых молний мне не хотелось: как-никак эти двое только что спасли меня от наихудшей разновидности смерти, к тому же маленький ехидный паренек, который обитает в одном из переулков моего сознания и обожает комментировать мои мысли и поступки, злорадно подсказал мне, что все следует делать вовремя, а с метанием молний я опоздал как минимум на полчаса… Злость прошла, словно ее и не было, осталась только бесконечная усталость и такая же бесконечная печаль, стирающая все остальные чувства, словно мокрая тряпка следы мела…

— Мы ни о чем не договорились! — Сухо сказал я, поднимаясь на ноги. — Было очень приятно поболтать с вами, ребята. Спасибо, что пришли на помощь… впрочем, как вы сами справедливо заметили, за вами был небольшой должок. Теперь мы в расчете. И не пытайтесь перетянуть меня на свою сторону: в этой истории я ни на чьей стороне, даже не на своей собственной, к сожалению…

— Как это «не договорились»?! — Опешила Афина.

— А вот так. — Равнодушно ответил я. — Время от времени я действительно думаю, что больше всего на свете хотел бы быть вашим союзником, ребята. А еще лучше — вашим добрым приятелем, который иногда заходит к вам в гости, чтобы поболтать и узнать последние новости… Но это ничего не меняет. Мы ни о чем не договорились, и не договоримся, потому что я — не тот, с кем договариваются, я — то, что происходит. И когда судьба возьмет меня в руки, как дубину, чтобы молотить ею по вашим головам, все наши «договоренности» можно будет спустить в унитаз. Так почему бы не сделать это с самого начала? Без напрасных надежд как-то проще живется… Прощайте, ребята.