Ярослав Мудрый - Наталья Павлищева

Гриди смотрели на своего князя чуть испуганно: как он не побоялся идти к умирающему колдуну? Но Мстислав помнил, что Тегдаг никогда не делал ничего плохого, тем более его отцу. Не все колдуны служат черным силам, есть те, которые с ними борются. Тегдаг был прежде всего предсказателем. Он не говорил открыто, что ждет человека, только объяснял, чем грозит тот или иной выбор. Мстислав подозревал, что иногда для этого колдуну вполне хватает и простого пытливого ума, и нет необходимости прибегать к тайным средствам. Скорее всего, чаще так и бывало.

Однажды, еще ребенком, Мстислав попросил Тегдага свершить что-то, за давность уж и забылось что именно. Тот отказался. Княжич рассерженно топнул ногой:

– Ты ведь можешь! У тебя есть колдовская сила!

Тегдаг сокрушенно помотал головой:

– Эта сила не на то дана, чтобы забавлять. Она людям помогать должна.

– В чем?

– Путь верный выбирать.

Мстислав знал, что он и отцу советовал не ходить в Киев. Сфенг пошел, но быстро вернулся, и хотя делал вид, что все в порядке, Мстислав без труда понял, что это не так. И хотя погиб Сфенг не в Киеве, внутри у сына утвердилась уверенность, что, не пойди он туда, был бы жив.

Теперь Тегдаг заклинал и самого Мстислава не ходить в далекий Киев. Но молодой князь туда и не собирался: с чего бы такие предупреждения? А слова запали в душу, остались в памяти.

Но также внутри росло сопротивление этим словам. Ну почему город деда и прадеда должен погубить? Неужто нельзя пересилить судьбу? И где-то глубоко в душе Мстислав уже понял, что вопреки предупреждению Тегдага пойдет на Днепр и попытается взять Киев под себя.

Но до этого он столкнулся с касогами. Непонятно, кто на кого напал, кто начал первым – князь ли, собираясь на север, не рискнул оставлять у себя в тылу сильные племена, или касоги поспешили подчинить себе Тмутаракань, – но только биться пришлось. Встретились на ничьей земле, далеко и от Тмутаракани, и от касожских земель.

Полки встали друг против дружки на широком поле. С одного взгляда было ясно, что немногие вернутся после битвы домой, противники сильны, и один другому не уступит.

Касоги красовались на лошадях, восседая прямо, почти надменно. Всем известно, сколь они храбрые воины, честь свою берегут, биться умеют. Но и русские не промах, тоже жизней не пожалеют за князя, за друзей-товарищей своих. У кого-то заныло сердце, предчувствуя жестокую сечу, у кого-то, напротив, руки зачесались поскорее мечи из ножен вынуть. Всяк свое думал, но каждый понял, что день будет трудным.

Вдруг от касожских рядов отделился всадник, он приближался, размахивая руками, показывая, что едет на переговоры. Ждали его с напряжением: чего могут хотеть касоги, ежели уже изготовились для битвы? Мстислав чуть повернул голову в сторону Лазаря, не сводя глаз с посла:

– Вели смотреть в оба, и по сторонам тоже. Они хитры, могут посланным отвлечь, а сами откуда сзади напасть.

– Знаю, князь, – кивнул воевода. – Уже сделал.

Всадник приблизился степенно, словно и впрямь был важной птицей. Прокричал, что послан князем Редедей к князю Мстиславу. По-русски говорил хорошо, видно, не впервой. За каждым его движением наблюдали сотни глаз, потому даже просто вытащить лук и стрелы или нож, чтобы сделать дурное князю, он не мог, да, видно, и не собирался. Напротив, также степенно, с сознанием важности порученного дела, остановил коня, молодцевато спрыгнул и поклонился Мстиславу:

– Велено передать слова касожского князя Редеди тмутараканскому князю Мстиславу.

Мстислав ожидал, что он протянет свернутую трубочкой грамоту, как делали греки, но тот произнес:

– Для чего мы будем губить дружину один другому? Сойдемся в поединке, и если ты меня одолеешь, то возьмешь и мое имущество, и мою жену, и мою землю. Если же я одолею, то возьму все твое.

Всего мгновение раздумывал тмутараканский князь, потом кивнул:

– Пусть будет так!

И верно, негоже людские жизни зря класть, если можно решить все поединком между князьями. Но воспротивился Лазарь:

– К чему вызов принимать? Найдем сильного воина, который сможет противостоять Редеде. Сказывают, он весьма силен и воинской науке обучен. Касоги все бьются хорошо, но князь у них особенно умел.

– Сам пойду, – усмехнулся Мстислав, облачаясь в кольчугу.

– Негоже, князь, самому-то. На то вои есть.

– Сам! – упрямо мотнул головой князь.

– Даже дед твой сам не ходил!

Большие темные глаза Мстислава насмешливо блеснули:

– Вот то-то и оно. А пошел бы сам, убил Цимисхия и был бы жив!

Воеводе хотелось возразить, что не от руки Цимисхия погиб князь Святослав, но он вдруг понял, что Мстислав прав. Наверняка печенегов подкупили греки, хотя и без Цимисхия у Царьграда было кому подкупать, но…

А Мстислав тем временем надел кольчугу, шелом, проверил подпруги у коня… В таком случае ничто не должно подвести, от него зависят судьбы многих и многих русских, стоявших сейчас в строю. Князь чуть скосил взглядом на свои полки, там в немом ожидании замерли сотни его дружинников. Посмотрел в сторону врага и увидел, что Редедя вовсе не готовится к поединку. Что он задумал? Лучше об этом не гадать!

Медленно двинулись навстречу друг дружке два всадника. Ряды воинов с обеих сторон затихли, только по бокам, чтобы было лучше видно, стали загибаться внутрь, сначала едва заметно, но с каждым мгновением все сильнее и сильнее.

Молодой русский князь хорош – издали лица не видно, но по стати сразу поймешь, что князь словно и родился в седле и с копьем в руке. И конь под стать – грива и хвост гнедого развевались на ветру, мышцы буграми играли под лоснящейся кожей. А еще видно, что князь совсем молод.

Редедя, напротив, телом велик, крепок, сидит на такой же лошади, точно дуб стоит на поляне, не сдвинешь, не подсечешь. У многих сразу возникла мысль: как Мстиславу такого с коня свалить?

Но не пришлось, все решилось иначе. Когда уже почти съехались, касог вдруг крикнул, коверкая русские слова:

– Коназ, лошадей мучить ни к чему! Давай один на один и без оружия?

Мстислав сначала вздрогнул: без оружия – значит биться врукопашную с этим огромным мужиком? Но Редедя уже слез с коня, отцепил свою саблю и, прикрепив ее к седлу, остался совсем беззащитным. Как против такого с мечом или копьем? Вот в чем хитрость касога… Потому он и выехал против русского князя без копья.

Что было делать Мстиславу? Сечь безоружного да еще и пешего конному нельзя, засмеют. А биться врукопашную молодому князю против крепкого Редеди смерти подобно.

Русская сторона ахнула, когда Мстислав тоже соскочил со своего коня, приладил копье и отстегнул ножны с мечом. Снял шелом, черные волосы кольцами спустились по шее почти до плеч. Хорош князь, совсем не похож на своего деда-русича, сказалась кровь бабки и матери, только нрав у него Святославов, никому не уступит. Редедя стоял, крепко упершись ногами в землю, с усмешкой наблюдал, как молодой князь готовится к поединку. Было даже жаль убивать такого молодого и ладного, лучше посватался бы к дочери, Редедя с удовольствием отдал бы любимицу за этого красавца. Но теперь отступать некуда, немного погодя один из них погибнет, определив судьбу и всех тех, кто, затаив дыхание, ждет исхода поединка. Редедя не сомневался, что одержит победу.