Избранное (СИ) - Измайлова Кира Алиевна

Обратиться к кому-то из коллег? Рауль? Можно представить, какое он сделает лицо! Нет, вслух он ничего не скажет, но по глазам можно будет с легкостью прочесть: «ведь я же предупреждал!». Эмиль? Тоже мне, ЧП планетарного масштаба! Вернер? Ну конечно! Если Кристиан хочет грандиозного скандала с обысками каждого закоулка в Танагуре, в том числе и зданий, принадлежащих дипломатическим миссиям, лучшего кандидата и не придумать! Вернер — отличная ищейка, но в данном случае его нюх бесполезен. В лучшем случае он отыщет пропажу, когда будет уже слишком поздно, а в худшем — донельзя осложнит отношения с господином аль-Мухаммади и всеми, кто немедленно ринется на его защиту. Безнадежно…

Внезапно Кристиан прекратил накручивать прядь волос на палец, обозвал себя идиотом и снова схватился за телефон. Если кто-то в сложившейся ситуации и был способен дать ценный совет, так это только Себастьян Крей!

На удачу, Себастьян оказался на месте, в своем эосском офисе. В другое время Кристиан бы еще задумался, что начтранс поделывает в этом скучном месте, но сегодня ему было не до того…

— Себастьян? — отрывисто спросил он. — Как удачно, что ты на месте! Поднимись ко мне, очень тебя прошу. Это срочно.

Когда Первый Консул разговаривает приказным тоном, медлить осмелится не всякий. А когда он не приказывает, а просит, причем в голосе его сквозят очень тревожные нотки, любой рванет на зов со всех ног. Неизвестно, поступил ли так Себастьян Крей, но в кабинете Первого Консула он оказался в рекордно короткие сроки. И это при том, что приказной вызов он мог и проигнорировать!

— Крис, что случилось? — спросил он с порога. — Ты на себя не похож!

— Элли пропал, — коротко сообщил Кристиан. Себастьяну он довериться мог, пусть с оглядкой, но все же… Тем более именно в этом деле.

Себастьян присвистнул, запер дверь кабинета и прошел к окну.

— Давно? — коротко спросил он.

— С утра его никто не видел, — ответил Кристиан. — Я отпустил его на целый день, но телефон не отвечает. И никто из его знакомых его не встречал. Как сквозь землю провалился!

— Чудесно… — произнес Себастьян таким тоном, что стало ясно — он опасается самого худшего. — Думаю, версии у тебя есть?

— Если исключить какой-нибудь несчастный случай, то версия только одна, — медленно произнес Кристиан.

— Аль-Мухаммади? — понимающе кивнул Себастьян. — Что ж, я о нем наслышан. Это вполне в его духе. Крис… ты понимаешь, чем это грозит?

— Еще бы не понимать! — Кристиан нервно побарабанил пальцами по оконному стеклу.

— И что ты намерен делать? — как бы между прочим поинтересовался Себастьян. В его серо-синих глазах промелькнуло нечто трудноуловимое, но Кристиан стоял спиной и ничего такого не заметил.

— Себастьян, ты прекрасно знаешь, что я должен сделать, — зло отозвался Кристиан. — Независимо ни от чего!

— Да, — кивнул Себастьян. — Ты Первый Консул, я знаю. Только вот что, Крис… Ты ничего не знаешь об исчезновении Элли.

— То есть? — нахмурился Кристиан.

— Ты ничего не знаешь, — с нажимом повторил Себастьян. — Я не исключаю, что господин аль-Мухаммади может…м-м-м… намекнуть в ходе вашей беседы на что-то, связанное с Элли. Но если ты ничего не знаешь о его исчезновении, это на тебя не подействует, понимаешь? Наоборот, ты должен сделать это своим козырем.

— Понимаю… — негромко произнес Кристиан. — На рассмотрение предлагается три варианта. Один из них для Амои совершенно неприемлем, аль-Мухаммади это знает и выкатил его только для проформы. Он знает, что я на него не соглашусь даже под дулом пистолета. Оба других в общем и целом хороши для Амои…

— Но один из них чем-то предпочтительнее для аль-Мухаммади, — закончил Себастьян. — Вот оно. Чем именно, мы знать не можем, но… Крис, если он начнет давить, если он намекнет…

— Значит, на этот вариант я не соглашусь точно, — сквозь зубы процедил Кристиан. Себастьян сдержал улыбку. Все верно, давить на Первого Консула было себе дороже. Увы, аль-Мухаммади этого не знал… — Себастьян, а… как ты думаешь…

— Думаю, Элли отпустят, когда в нем отпадет нужда, — подумав, ответил тот. — Аль-Мухаммади — мерзавец и пройдоха, но, насколько я знаю, он придерживается принципа, что даже в игре без правил должны быть свои правила. Не думаю, что он прикажет пришибить Элли только ради того, чтобы испортить тебе настроение.

— Спасибо, ты меня очень ободрил, — пробормотал Кристиан, в глубине души надеясь, что Себастьян прав. В конце концов, начтранс давно и тесно общается с людьми и успел изучить все самые подлые и мерзкие стороны человеческой натуры намного лучше, чем сам Кристиан.

— Крис, ты ничего об этом не знаешь, — напомнил Себастьян. — Не мне тебя учить, верно?

— Верно, — кивнул Кристиан, заставляя лицо принять безмятежное выражение и в который раз поправляя шелковый платок на шее. Хорошо еще, аль-Мухаммади прибыл как частное лицо, а значит, не нужно влезать в дурацкий форменный костюм! — Спасибо, Себастьян.

— Пока не за что, — довольно мрачно отозвался тот. — Иди и сделай из аль-Мухаммади котлету! А я пока попробую что-нибудь выяснить по своим каналам…

Выходя из кабинета, Кристиан, конечно же, повернулся к начтрансу спиной, а потому не мог видеть его странной короткой усмешки, впрочем, тут же исчезнувшей без следа…

…Беседа с господином аль-Мухаммади оказалась именно такой, как предполагал Кристиан. Бесконечные славословия, витиеватые обороты, сложносочиненные предложения, такие длинные, что было удивительно, как аль-Мухаммади сам в них не запутывается. Впрочем, у того, видимо, была грандиозная практика, да и оратором (как-то не поворачивался язык назвать его болтуном или говоруном) он был великолепным. Во всяком случае, даже на самую замысловатую фразу ему всегда хватало дыхания. Кристиан такой выучкой похвастаться не мог, а потому старался не залезать в дебри красноречия, выражаясь вежливо, но достаточно лаконично.

Шел третий час беседы, а аль-Мухаммади все ходил вокруг да около. Если бы Кристиан не был на таком взводе, он бы попросту уснул или, что более вероятно, извелся от желания придушить сладкоречивого господина диванной подушкой. Придушить его так и так хотелось, но волей-неволей приходилось сдерживаться — Кристиан слушал аль-Мухаммади очень внимательно, обращая внимание на любые мелочи и стараясь понять, а не было ли вот это длинное замысловатое заверение в лояльности завуалированным намеком?

В общем-то, аль-Мухаммади производил не столь уж отталкивающее впечатление. Уже немолодой, лет пятидесяти, смуглый, с резким орлиным профилем и гривой когда-то смоляных, а теперь седеющих волос, в безупречном дорогом костюме — он вовсе не выглядел опасным противником. Увы, слишком многие попадались на эту удочку, и, глядя в непроницаемые черные глаза собеседника, Кристиан ежеминутно напоминал себе, что не следует принимать на веру ничего из того, о чем соловьем разливается аль-Мухаммади. Ну, во всяком случае, кроме того, о чем Кристиану и самому достоверно известно.

Но вот, наконец, аль-Мухаммади соизволил перейти к делу. Конечно, начал он с того самого неприемлемого варианта, получил вежливый, но твердый отказ, огорченно поцокал языком и перебрался к следующему предложению. Если бы Кристиан не слышал этого своими ушами, он ни за что бы не поверил, что о проекте финансирования некоторых отраслей промышленности можно говорить настолько красиво и вычурно! Однако аль-Мухаммади справлялся, и справлялся недурно. Более всего Кристиана раздражала в его речи манера вдруг резко отклоняться от предмета обсуждения и выдавать несколько реплик на совершенно посторонние темы. Такой разговор и в самом деле требовал недюжинного внимания от собеседника господина аль-Мухаммади! Однако Кристиан был начеку и ни разу не позволил сбить себя с толку такими вот сменами темы. И все же…

— Позвольте поинтересоваться, как поживает ваш секретарь? — Аль-Мухаммади со сладчайшей улыбкой уставился в аквамариновые глаза собеседника. — Я слышал, вы весьма к нему привязаны, а он — очень достойный молодой человек.