Повесть и житие Данилы Терентьевича Зайцева - Данила Зайцев

– Что нужно, приходи.

– Спаси Господи, Евгений Степанович.

– Руслан, давай помогай, желаю удачи вам.

– Евгений Степанович, благодарю за искренность, будем помогать и работать вместе.

– Хорошо, пока.

– Большоя спасибо, Евгений Степанович.

– До свидания, Данила Терентьевич, завтра в девять часов утром будь здесь с етим парням, надо оформить деньги.

– Спаси Господи, Евгений Степанович.

Мы вышли, я удивляюсь, что так получилось всё прекрасно, Руслана он принял, теперь мы можем спокойно работать. Руслан смеётся:

– Ну, молодес Савченко, долговидной человек, с таким губернатором можно работать. Ну что, Данила, как себя чувствуешь? Счастливым?

– Ишо бы, конечно, теперь мы можем достать свои семьи и начинать работать.

– Давай начинай. – Алёша нас ждал в машине. Руслан мне посоветовал: – Сделай план, чем будешь заниматься, приезжай в Москву, там подпишем контракт и будем начинать работать.

– Хорошо, всё ето я сделаю.

Время подошло, мы Руслана проводили на поезд, Алёша удивляется, что:

– Такой ловкий Руслан!

– Ето не то слово, ето филосо́ф и долговидный ехекути́в[306]. Ну что, Алёша, предлагаю работать вместе.

– А моя работа как?

– Подумай хороше́нь. С нами ты не рабочий, а партнёр, и мы тебя научим, как работать и руководить. Я должен создать свою силу, честную группу, чтобы обо всём заботились и для всех, и ето дело поручить кому попало нельзя. Так как ты рекомендованной храмом и тебя видать, какой ты есть, поетому предлагаю тебе с нами работать.

– Хорошо, я подумаю.

– Но завтра, Алёша, ты мне нужон, – и рассказал обо всём. Он удивился такому результату и согласился на его оформить.

– А как с банком?

– Не заботься, губернатор всё решит.

Мы утром в девять часов были в администрации у губернатора, Евгений Степанович спросил у Алёши, како́ образования и согласен ли вместе работать с нами. Он на всё ответил и дал согласия работать с нами. Евгений Степанович его проздравил. В присутствии были необходимы лицы и директор банка Попков Анатолий Тихонович, «Райффайзен-банк». Евгений Степанович сказал ему оформить на Алёшу, открыть счёт и положить деньги. До́говор следующий.

– Данила Терентьевич, как вы не согласились взять деньги в подарок, вот до́говор. Взаймы один милливон, три года без процентов и девять лет один процент годовалой. Данила Терентьевич, устраивает тебя?

– Евгений Степанович, спаси Господи за такоя благодетельность.

– Хорошо, работайте себе спокойно.

Директор банка сказал:

– Заходите ко мне в банок чичас же.

– Хорошо, зайдём.

Мы поблагодарили Евгения Степановича и пошли в банок, всё оформили на Алёшу, он удивляется, что так всё быстро сделали, без очереди. Он брал по программе один милливон на постройкю дома и месяцами ходил оформлял, а тут за каких-то два часа всё сделали.

– Алёша, везде так делается. Са́мо главно – суметь постукать в те двери и разгадать загадку. Стукать надо в самый верх. Ну вот, Алёша, думай хороше́нь, будем честно работать, всё будет получаться хорошо и быстро.

– Ну хорошо, я брошу работу, а чем жить?

– Да не заботься, надейся на Бога. Как мы будем жить, так и ты.

Я приехал домой, все мои удачи рассказал, тесть повеселел, стал необычно ласкаться и говорит:

– Ты должен вести контроль всех расходов.

– Об етим вы не заботьтесь, на ето будут бухгалтеры.

– Да, ето правильно.

– Теперь надо узнать, сколь надо деняг на билеты и груз и на кого послать.

– У Надьки[307] есть счёт в банке, на неё пошли, она надёжна.

Думаю, кака́ на вас надёжда после такой жизни с вами? Но я виду не показал. Куда девашься, придётся послать на неё счёт. Стал звонить Марфе, рассказал ей мои удачи и спросил, сколь посылать, она ответила: «Узнам». Танькя просит трубку и говорит:

– Тятя, бойся Василия, ето опасный человек, он уже говорит: ежлив ему всё поручат, то он поедет.

– Тань, ты не заботься, всё будет хорошо.

– Но я предупреждаю.

У Марфе спрашиваю:

– Сорок тысяч долларов хватит?

– Узнам – позвоним.

Через два дня звонют:

– Не хватит, билеты поднялись, и каждый контейнер восемь тысяч долларов.

– Марфа, вам одного контейнера хватит для всех, везите что необходимо, здесь всё есть. Я на днях поеду в Москву и оттуда пошлю деняг. А Андриян как?

– Скоро выпустют, не нашли за нём вины, но ему опасно, полиция страшшает. А его семья едет с нами, он выйдет и приедет за нами.

– Марфа, одень всех детей хороше́нь и купи крепких чумоданов в дорогу.

Мы с Софониям управились с огородом, насадили всего, приготовили земли для картошки, хоть уже и поздновато. Но старушки подсказали, что ишо вырастет, ишо не поздно.

У нас на улице против была лавка, каждый вечер старушки собирались, на ней сидели и рассказывали новости. Нам не надо было покупать газеты: хошь что узнать – сходи побеседовай со старушками. И мы через них нашли дома для переселенсов. Тесть тоже уже жил в своим дому, и оне втроём косили сено.

К нам каждый день приходил Володя, парень сорокалетний, всё любопытствовал. Мне ето не нравилось, но я терпел. Выяснилось, что он работал в безопасной службе, у Яковенко Павла Ивановича. Я со своим проектом не спал ночами, и приходилось иногда заснуть днём. Однажды он пришёл не постучавшись и громким голосом заговорил. Я вздрогнул, и мне стало худо, я ему не вытерпел и сказал:

– Ты зачем так делаешь? Я ночами не сплю, а ты так неаккуратно поступаешь?

Он обиделся и сказал:

– Больше не приду.

– Извини, я не хотел тебя обидеть, но мне худо. – Но он больше не пришёл, ну и слава Богу.

К нам приходил один старообрядец-поморец раза́ два с потребником в руках, тесть присутствовал обои раза́. Нача́л нам проповедовать и спрашивать, каки́ у нас порядки. Тесть ему на все вопросы отвечал, но я вижу, у них дело не клеи́тся, я вмешался:

– А ну-ка, дружок, по-моему, вы окро́мя потребника ничего не признаёте.

– А зачем?

– Как зачем? Правила святых отец – ето основания жизни, Кормча, Апостол, Евангелие, Иоанн Златоуст, Кирил Иеросалимский, Ефрем Сирин, Никон Черногорский, семь Вселенских Соборов, девять Поместных.

Он:

– Зачем ето всё? Вот потребник, можно окрестить, свенчать, похоронить – вот всё, что нужно.

– А уклад жизни, убедить, ублаготворить, приготовить человека, чтобы он сам старался доржаться и соблюдал всё?

– А зачем ето всё? Сходил, исправил, и живи как хошь.

– Стой-стой, у вас есть дети?

– Есть. А что ето значит?

– Много оне всё соблюдают?

– Нет, ничего не признают.

– Ну вот, нечего с тобой беседовать, иди пе́рво образуми своих детей, тогда ходи проповедовать. – Он ишо искал оправданья. – Хватит, полно, исправься.

Он ушёл, тесть:

– Здорово ты с нём расправился.

– А что валандаться? Вы с нём друг другу доказываете, а никакого толку. Совсем простоя дело, он сам сознался, что ничего не знат, но он всех старух хоронит и исправлят. А куда старухам податься, оне и сами ничего не знают. Что, не видите, всё развалено, толькя имя осталось староверов. Старухи помрут, и всё прекратится, молодёжи ето не нужно.

Тесть, Анатолий, Софоний посадили шестьдесят пять вёдров картошки. Я у старушак спросил: «Где можно купить картошки?» Оне сообчили: «В деревне», и моментально нам наташили картошки, нихто не захотел принять деньги, толькя благодарность.

Однажды сижу за столом пишу, смотрю в окно, и что я вижу: заходют четыре парня, головы обриты, на огороды с мешками, и везде оглядываются, быстрым ходом через всехны огороды – и исчезли. Что ето такоя? Вечером подхожу к старушкам, пошёл разговор, дале-боле. Я у них спрашиваю:

– А хто ето молодые ребяты прошли по всехным огородам, у них головы у всех бриты?

– А ето наркоманы. Оне весной ходют бросают семя мака в наши огороды и проверяют, где взошли, а потом собирают и делают наркотики.

– А что молчите, можно заявить.

– Ой, боже упаси, оне за всё отомстят, и даже могут сожечь дом.

– Вот оно как!

– Не здумайте вмешиваться в ето дело!

– Как так? А дети? Откудо оне заражаются наркотиками?

– Ну что поделаешь, но их трогать нельзя.

14

Я отправился в Москву к Руслану, приготовил проект для посевах и фруктов. Он у меня спросил:

– Сколь надо деняг?

Я ответил:

– Надо в Уругвай послать семьдесят пять тысяч долларов на билеты и груз.

– А есть куда посылать?

– Да.

– Хорошо, дай счёт банка, бухгалтер всё сделат.

Я пошёл к бухгалтеру, всё оформили, и Марфе позвонил, наказал:

– Деньги берегите, и, когда приедете, отдашь отчёт. Деньги посланы на Надькин счёт, но ето ты в ответе, я их не знаю, разговаривать буду с тобой.

Руслан пригласил на встречу в Москве с вице-губернатором Калуги, в представительстве Калужеском. Встреча была хоро́ша, вице-губернатор Потёмкин, очень порядошный. В присутствии был посёл с Еква́дора и начальник ФСБ. Обошлись все любезно и спросили, сколь старообрядсов в тех страна́х, я сказал: пятьдесят тысяч душ, мне подсказали: семьдесят две тысячи душ.