Эти заманчивые сокровища дракона - Михаил Исхизов

 Буркст в удивлении от такой неожиданной помощи застыл, разглядывая большую, но еще зеленую, не созревшую тыкву. Он даже наклонился, пощупал ее и убедился, что она тверда, как камень. Монаху и в голову не пришло, что это работа эльфа.

 - Благодарю тебя, святой драконоборец дважды рожденный...

 Произнести полностью свою благодарность святому Фестонию Буркст не успел. Другой варвар воспользовался тем, что монах отвлекся, и ударил дубиной по его рыжей шевелюре. Не выпуская из рук свое грозное оружие, монах сделал несколько нетвердых шагов, потерял сознание и упал.

 Но и варвар недолго торжествовал победу. Альдарион вошел во вкус и вторая тыква, еще крупней первой, желтая, полностью созревшая, обрушилась на него.

 Третьим противником монаха был старый закаленный в битвах ветеран по кличке Каменный Лоб. Он был одним из лучших воинов в орде Бахаррака, немало лет носился по степям с оравой варваров, участвовал в десятках сражений. Он не боялся никого и ничего. Но две упавшие с неба тыквы, повергшие на землю его товарищей по оружию, привели Каменный Лоб в ужас. Быть убитым тыквой!? Более позорной смерти варвар не мог себе представить.

 Он застыл, разинув рот и выпучив глаза, не смея шелохнуться. Потом осторожно поднял голову и глянул на небо. Небо было чистым, безоблачным, ничего плохого не предвещавшим.

 - Пощади нас, богиня Шазурр, недостойных рабов твоих... - жалобно попросил Каменный Лоб.

 И наверно, очень вовремя попросил. Третья, свалившаяся с чистого безоблачного неба, тыква миновала его голову и с громким стуком упала рядом.

 Этого оказалось вполне достаточно. Каменный Лоб понял, что могущественная Шазурр, ужасная в гневе своем, недовольна им. Пригнувшись и втянув голову в плечи, он устремился к лесу, под защиту деревьев. Прижав к груди топор, Каменный Лоб мчался со всей возможной скоростью, которую позволяли его короткие ноги.

 Альдарион оглядел поле битвы, выискивая следующую жертву.

 Дремучая чаща для монаха пространство чужое. Кора на деревьях, серая, тусклая, с прожилками мха. Толстые сучья вывернуты, покрыты странными наростами и буграми, будто какая-то сила долго крутила их и мяла, да так и не сумела сломать. Толстые узловатые корни стелятся по земле, словно мускулистые тела чудовищных змей, готовых броситься, опутать, сжать и проглотить. А подгон густ, непроходим и прячет в мрачной темноте ненасытную нечисть. Но чуждое пространство не должно пугать монаха. Главное - чтобы помыслы его были чисты.

 Отряд шел тайно, осторожно... Мало ли опасностей на безлюдных дорогах. В эти места нередко приходят за добычей Орды варваров, сюда, в равнины, спускаются пограбить поселян немирные горцы, да и от самих поселян можно ожидать любой пакости.

 Отряд шел тихо. Разговоры в пути запрещены. Каждый монах должен внимательно смотреть по сторонам, прислушиваться. Настороженность и осторожность - залог успеха. Это понимает каждый.

 Кресск взял с собой лучших, самых крепких духом и плотью. Растянувшись плотной цепочкой, они неслышно идут за отцом комендантом, тенями скользят по лесным тропам, не нарушая тишины царящей в лесу, и почти не оставляя за собой следов.

 Впереди - разведчики, брат Снуррс и брат Ховверг. Они следуют за отрядом рыцаря и через каждый час кто-то из них докладывает преподобному Кресску, обо всем, что разведчики увидели и услышали.

 Пока все шло нормально. А еще, Кресск надеялся, что приказ его выполнен, а значит, варвары остались без коней, Пешие они менее опасны.

 "Мрачное место, этот Веселый Лес, - размышлял отец Кресск, разглядывая растянувшиеся вдоль дороги густые заросли подгона. - И очень подходящее для засады. Грабителям только и дел, что найти хорошую поляну, где можно развернуться и ждать там путников... Будем надеяться, что об отряде Каланта здесь не знают и никакой засады не окажется..."

 Но предчувствие подсказывало, что разбойники, облюбовавшие здесь место для грабежа, могут оказаться на одной из ближайших полян, и не зная об отряде Каланта. Просто, обычные разбойники станут поджидать неосторожных путников. И неизвестно кто это будет: варвары, немирные горцы или местные поселяне, решившие подработать.

 "Надо приблизиться вплотную к отряду рыцаря", - решил Кресск.

 - За мной, бегом! - приказал он. И не оглядываясь, побежал по дороге.

 Бежал отец Кресск не быстро, чтобы сохранить дыхание. Кто знает, возможно, засада близка и тут же придется вступать в бой... Отец Кресск верил своему чутью, и в том, что засада ожидает отряд рыцаря, он уже не сомневался.

 Не успел отряд пробежать и сто метров, как из-за поворота дороги, навстречу ему выбежал Снуррс.

 - Кто напал? - не останавливаясь, спросил разведчика Кресск.

 - Варвары, - пристраиваясь рядом с бегущим отцом комендантом, сообщил Снуррс. - Идет бой. Отец Буркст лежит возле экипажа. Возможно, убит. Рыцарь и маг сражаются. Пока держаться. Но их двое, а варваров много.

 - Конные или пешие?

 - Пешие. Все варвары пешие. Ни одного коня.

 - Ясно. - Кресск остановился и повернулся к следующим за ним монахам. - Готовьтесь к бою, братья! - приказал он. - Надо побить нечестивых варваров. Да поможет нам в этом святой драконоборец дважды рожденный Фестоний, - и побежал быстрей. Отряд последовал за ним.

 - Стойте, безмозглые бараны! - заглушая общий ор, кричал Кипс Кривозубый, которого все называли Кипс Зануда. Потому что он превосходил своей занудностью всех, даже Худрага Леворукого, Хранителя Традиций. И как всякий зануда, он все время давал советы. - Стойте! Вы не знаете, как обращаться с лошадьми. Надо навалиться всем скопом... И пусть каждый ухватит коня за что-нибудь... За ногу, за хвост, за уши: все равно за что. Но крепко держит и не отпускает! И бейте мерина по морде, не жалея. Бейте так, чтобы ему было больно. На счет три бросаемся все вместе. Приготовились! Начинаю считать! Раз! Два! Три!

 И бросились. Всем скопом они вполне сумели бы одолеть и коня и всадника. Но только в том случае, если бы Фамогуст спокойно стоял на месте, а рыцарь сидел, сложа руки. Но Фамогуст не стоял. Он сделал несколько прыжков, подминая и сбивая копытами не сумевших уклониться варваров. А Калант, которому все это уже порядком надоело, бил тупым концом копья каждого, до кого мог достать.

 Дотянувшись до посоха, Мичигран почувствовал, как к нему возвращаются и силы и уверенность: теперь он мог показать варварам, что такое маг. Он оглядел поле битвы. Монах лежал возле экипажа. Рядом с ним валялись трое или четверо варваров. Еще трое варваров толклись возле экипажа, выпрягая лошадей.

 "Неужели они убили Буркста?! Не может такого быть!.. Такого опытного и отчаянного бойца, как Буркст, убить невозможно. Монах ранен, и не больше, - решил Мичигран. - У нас есть Мультифрит, и мы его мигом вылечим. А Сокрушителю Троллей тоже нелегко приходится. Варваров слишком много. Как они его облепили... Но, меч Калант так и не вынул. Дурацкий у них, у рыцарей, Кодекс, и дурацкие правила. Если варвары стащат Каланта с коня, тогда все. Ну и дела... Наверно Святой Фестоний выручил меня, как раз для того, чтобы я выручил Буркста и помог нашему славному рыцарю избавиться от варваров. Что-ж, долги надо отдавать".