Эти заманчивые сокровища дракона - Михаил Исхизов

 Керк уже изготовил меч, когда увидел, что брошенная им дубина, сама собой начала подниматься с земли.

 "Такого не может быть", - не поверил он.

 "Ай да Фестоний! - обрадовался Мичигран, который тоже увидел плывущую в воздухе дубину. - С таким святым не пропадешь. Не был бы я магом, пошел бы в монахи".

 Дубина медленно поднималась... Косоглазый Керк, как зачарованный, смотрел на нее и не верил своим глазам.

 "Она у меня волшебная, а я об этом не знал, - сообразил он. - С волшебной дубиной я стану вождем Орды и мне будут отдавать десятую часть всей добычи. У меня будет много рабов и много жен. Все станут меня любить и бояться!"

 Дубина поднималась, поднималась...

 "Куда это она? Может улететь", - забеспокоился Керк.

 - Эй, дубина, остановись! - приказал он.

 Дубина послушно остановилась.

 ... Мичиган почувствовал, что к нему, наконец, начинают возвращаться силы.

 "Волшебная и она меня слушается! - радовался Керк. - Путь только попробует не послушаться! Я ее хозяин! Что велю, то и сделает!"

 - А теперь - ко мне! - приказал он.

 Дубина почему-то не спешила выполнить приказ. Она по-прежнему висела в воздухе, плавно покачиваясь.

 ... Мичиган поискал глазами посох. Тот лежал недалеко, всего в двух-трех шагах.

 - Кому сказано! - грозно прикрикнул на дубину Керк. - Я твой хозяин! Ко мне!

 "Ну, чего ты тянешь? Стукни его как следует!" - попросил Мичиган.

 Дубина сделала в воздухе полукруг и стремительно опустилась на голову варвару. Керк уже не услышал, как кто-то рассмеялся.

 - Ну, спасибо, святой драконоборец. Теперь помоги мне добраться до посоха, - попросил Мичигран Святого Фестония. - А дальше я управлюсь сам.

Глава девятнадцатая.

 Катык, получив, наконец, желанные штаны, млел от восторга. Он прижал их к сердцу, закрыл глаза и стал представлять себе, каким он будет красивым в красных штанах. На своего раба он, сейчас, не обращал никакого внимания. А напрасно.

 Настало время Альдариона.

 Эльф вынул из потайного кармана жилетки щепотку мелко размолотых корней подводного многолистника, бросил ее в траву, на которой стояли босые ноги варвара, и прошептал заклинание.

 Трава сразу ожила, стала быстро-быстро расти, и оплетать ноги гоблина. Она плотным слоем обволокла ступни, затем поднялась до щиколоток и, наконец, достигла колен. Катык, по-прежнему, стоял с закрытыми глазами и думал о том, как он будет выглядеть в новых красивых штанах. Он не увидел и не почувствовал, как его ноги оплетает трава.

 Когда гоблин открыл глаза и захотел поднять ногу, чтобы натянуть штанину, он не смог этого сделать. Ногу его крепко держала трава. Катык попытался поднять вторую ногу, но и ее удерживала трава.

 - Гы-ы... Что такое? - растерялся раб.

 - Ничего особенного, Длинные Уши, - эльф подошел к гоблину, с удовольствием дернул его за грязную бороду и вырвал из рук свои красные штаны. - Будешь теперь так стоять, пока солнце не высушит эту траву. А потом наденешь свое рванье, - он бросил лохмотья под ноги рабу.

 Катык дернул ногой, потом другой - трава не отпускала. Он попытался рвать ее руками, но плотно переплетенные стебли не поддавались.

 - Ничтожный раб! - гоблин так и не сообразил, что произошло. - Быстро возьми мой меч и срежь эту траву!

 - Сам ты раб, тупой и грязный раб, а я свободный эльф, - Альдарион презрительно сплюнул под ноги гоблину.

 - Я отрублю тебе голову! - пригрозил Катык!

 - Ничего ты мне не отрубишь, - ухмыльнулся эльф. - А вот я могу сейчас отрубить тебе голову. Так что прикуси язык и не вздумай кричать... - он подобрал кинжал. - Стой и не шевелись. Шевельнешься - заколю.

 Гоблин замолчал. Он посмотрел по сторонам, не увидел ли кто-нибудь, что с ним сотворил коварный эльф и не придет ли на помощь. Но варвары были заняты, им сейчас было не до раба.

 - Богиня Шазурр, Великая и Ужасная, свидетельница, что ты мой раб! - попытался восстановить справедливость Катык.

 Альдарион, вновь овладевший своими штанами, неспешно натянул их, затем повесил на пояс кинжал.

 - Ты дикий и вонючий раб недостойный целовать следы, оставленные моими ногами. Ты должен преклоняться перед благородными могущественными эльфами, - сказал он гоблину и многозначительно положил руку на эфес кинжала. - Эльфы всегда будут господами, а ты всегда будешь жалким рабом. И грабить тоже нельзя, - он указал на монеты, что раб вынул из кармана.

 - Гы-ы... Как жить, если не грабить?! - окрысился Катык, понявший, что убивать его не станут. - Ты что, сам не грабишь? А откуда тогда у тебя такие красивые штаны?

 - Я работаю! - гордо заявил Альдарион. - А на заработанные монеты покупаю все, что мне нужно. И ты должен работать. Каждую монету надо зарабатывать честным трудом.

 Он аккуратно собрал лежащие на траве монеты, все, до единой, и ссыпал их в карман.

 - Оставь хоть две, - попросил гоблин. - Мне тоже монеты нужны.

 - Нельзя, - отказал Альдарион. - Я вместе с рыцарем Калантом, монахом и магом сейчас восстанавливаю справедливость везде, куда ступают копыта наших коней. Мы это делаем по указанию самого святого драконоборца Фестония и вечно молодой, прекрасной царицы Эльсениор. Монеты, которые ты приобрел нечестным путем, я забираю.

 Альдарион оглядел поле битвы. Варвары были близки к победе. Калант и Фамогуст с трудом отражали попытки стащить рыцаря с седла. Мичигран куда-то полз. Буркст без устали работал дубиной, отбиваясь от наседавших на него варваров.

 Победа над Катыком вдохновила эльфа. Ему захотелось сделать еще что-нибудь такое, чтобы все почувствовали его могущество. Показать этому жалкому магу, Мичиграну, на что способен эльф... И монаху тоже. Монах относится к нему без должного уважения. Это неправильно. И люди, и гоблины, и гномы - все должны не только уважать эльфов, но и подчиняться им.

 "Как варвары вообще осмелились напасть на отряд! - возмутился Альдарион. - Они же видели, меня, понимали, что я эльф. Да и напали, ко всему еще, в Веселом лесу! В лесу, который многие годы был нашим заповедным местом, в который никто другой, под страхом смерти, не мог войти... Диких и непочтительных варваров надо наказать".

 Альдарион вынул из кармана небольшое плоское семечко, сложил ладони лодочкой, прошептал заклинание, и выбросил руки вперед, туда, где монах дрался с варварами.

 Семечко легко взлетело, застыло над сражающимися и тут начались чудеса: за считанные секунды из маленького семечка выросла громадная тыква. Тыква вначале замерла в воздухе, затем стала покачиваться, выбирая цель... А выбрав, рухнула на голову одного из теснивших Буркста варваров. Тот, оглушенный сильным ударом, выронил дубину и упал к ногам монаха.