Крестные дети - Николас Колридж

— К сожалению, нет, — ответил тот. — Мы с Диком отправимся дальше, в Одессу. Я должен подписать там кое-какие соглашения. Вы знаете этих русских, ничто не может считаться официальным без банкета и водки. В этом смысле они ничуть не лучше китайцев, именно поэтому Флора поедет вместе со мной и проконтролирует, чтобы все шло строго по протоколу.

Чарли, Миранда и Джеми одновременно уставились на Сэффрон, чтобы увидеть, как она воспримет эти новости. Она же упрямо смотрела в свою чашку кофе и молчала. Когда до всех дошел смысл только что сказанного, Абигейль и Мэри повернулись в сторону Флоры. Чарли с многозначительным видом кивнул жене («Я же говорил…»). Стюарт пытался придумать, как утешить Сэффрон, чьи длинные коричневые ноги находились совсем близко к его бледным волосатым лодыжкам, но не смог придумать ровным счетом ничего.

Повисла долгая пауза. Первым прервал молчание Джеми:

— Маркус, расскажите, как вам нравится заниматься бизнесом с русскими? Вы нс беспокоитесь, что они могут вас надуть? Подошлют какую-нибудь убийственную блондинку Светлану — или как там ее? — она вас подцепит, а пока вы будете работать с ней в тесном контакте, КГБ заснимет вас через полупрозрачное зеркало и потом будет шантажировать.

Чувствуя, что Сэффрон этот разговор неприятен, Стюарт сказал:

— Больше такого там не бывает. После начала перестройки КГБ оказался практически не у дел. За иностранными бизнесменами больше не шпионят, они готовы отдать все что угодно для привлечения инвестиций.

— Ты совершенно прав. КГБ утратил значительную часть своей прежней власти. Но я не стал бы полностью списывать его со счетов. — С этими словами Маркус передал Алану свой бокал, чтобы тот наполнил его снова. — Мои информаторы в КГБ в последнее время стали невероятно богаты, они участвуют в различных промышленно-преступных предприятиях, и во многих аспектах их власть теперь стала более сильной, чем когда-либо раньше. Для себя я решил, что мне определенно стоит делать для них больше, а не меньше, потому что заниматься бизнесом в России без их участия невозможно.

— И вы действительно верите, что в бывшем Советском Союзе можно делать деньги? — скептически спросил Чарли. — Нам в «Крукшанке» предлагали несколько проектов, но мы решили, что они недостаточно прибыльны. Все они хотят расплачиваться с нами своей валютой или огурцами.

— Я еще никогда не был ни в чем так уверен, — заявил Маркус. — Спросите меня, какова моя стратегия на ближайшие пять лет, и я отвечу вам тремя словами: Россия, Россия, Россия.

Если правильно подойти к делу, то за пять лет там можно сколотить не одно состояние. Разумеется, не нужно рассчитывать на скорую прибыль. Сейчас в России та самая ситуация, когда пришедший туда первым получит колоссальное преимущество в дальнейшем.

— Спасибо за наводку, — сказал Чарли. — Один мой приятель из Сити начинает дело в России, он будет импортировать черную икру. Думаю, мне надо стать его спонсором.

— Я расскажу вам замечательную историю про икру, — сказал Маркус, — и прелесть ее в том, что она совершенно правдивая. Последний раз я был в Москве пять или шесть лет назад, и меня пригласили на дачу к Михаилу и Раисе Горбачевым. Вы легко можете себе представить, что русские моментально превратили мою поездку в событие национального масштаба с черным лимузином, мотоциклистами спереди и сзади, вооруженной охраной и еще бог знает чем. В конце концов, мы добрались до его дачи посреди леса. Там было довольно мило, но только если вам нравится такого рода обстановка — тяжелая мебель, салфетки, половина вооруженных сил Советского Союза в бункере у вас под ногами и подобные прелести. Первый человек, которого я встречаю, — Михаил со своим знаменитым клубничным родимым пятном, разгуливающий вокруг дома в джинсах «Левис», и он предлагает мне крекер с солидной горкой черной икры. Я отпускаю пару любезных замечаний, что у него, как у генерального секретаря коммунистической партии, должно быть, имеются неограниченные запасы черной икры, и знаете, что он мне отвечает? «Когда мы с Раисой были в вашей стране, нам больше всего понравилась паста «Мармайт»[25]». Наверное, кто-то дал им попробовать эту гадость в Лондоне, а в Москве ее не продают даже в «Березках». Оказавшись дома, я первым делом поручил Барбаре отправить две большие коробки в Кремль. Раиса, как мне потом сказали, была очень довольна. Они ели ее, намазывая на ломоть черного хлеба, с маленьким кусочком огурца. Лично я на дух не переношу эту дрянь, но они там предпочитают ее икре.

Из всех крестных детей Маркуса только Мэри и Стюарт предпочли прогулку по городу праздному времяпрепровождению на палубе яхты. Едва сойдя на берег, Мэри сказала:

— Я не хотела обсуждать это при водителе, но что здесь происходит?

— Между Маркусом и Сэффрон?

— Да между всеми нами! Еще никогда мне не приходилось бывать в такой напряженной обстановке. Чарли на взводе, и Миранда отвечает ему тем же. Джеми и Абигейль ничуть не лучше. Я сочувствую

Абигейль, могу представить, как ей сейчас нелегко. А что касается Сэффрон, то я за нее беспокоюсь, она выглядит очень несчастной.

— Я пробовал подбодрить ее за обедом, но у меня ничего не получилось. Скорее всего, дело в Маркусе. Я никогда не понимал их отношений. Что заставило их быть вместе так долго? Но теперь Сэффрон обязательно найдет себе кого-нибудь.

Мэри коротко взглянула на Стюарта, чтобы понять, не имеет ли он в виду себя, но его лицо оставалось непроницаемым. Когда ему это было нужно, он умел скрывать свои чувства.

Они купили билеты для посещения дворца Топкапи и неторопливо прогуливались по лабиринтам внутренних двориков и гаремов, осматривали сокровищницы и спальные комнаты для евнухов и младших жен. Стюарт чувствовал, что его момент настал, и если он не получит Сэффрон прямо сейчас, она никогда уже она не будет принадлежать ему. Он представлял, как чудесно могли бы они жить в Арднейсаге, в сотнях миль от искушения наркотиками и от Маркуса. Они могли бы начать новую жизнь. Сейчас им было по тридцать пять, но Сэффрон выглядела гораздо лучше Стюарта. Иногда в конце напряженной недели Стюарт чувствовал, что уже далеко не молод. Ему удавалось держать вес на одном уровне, но это стоило жесткого режима спортивных занятий — бега, плавания и тренажеров, — это была постоянная борьба. Сэффрон же теперь выглядела даже лучше, чем когда они познакомились. Он и не думал соперничать с Маркусом в материальной части, но он будет заботиться о ней и спасет ее от теперешней жизни.

— Ты разговаривал