Возвращение Остапа Крымова - Василий Катунин

Начиная с понедельника, весь концерн пришел в неописуемое движение. Выносилась и увозилась куда-то мебель, пылали костры из бухгалтерских документов, на складах таяли горы коробок с книгами, ежеминутно забираемые подходящими машинами. Концерн «РИО» стремительно сокращался. Бизнес по телефонной справке, приносящий колоссальный доход, подтвержденный бухгалтерскими документами «Телекома», был за один день продан с импровизированного аукциона. После небольших торгов все предприятие, приносящее сто тысяч дохода в месяц, было продано вместе с аппаратурой и девушками-телефонистками за сто двадцать тысяч долларов. Бизнес был куплен хозяином сети казино, который очень уважал предприятия, приносящие сверхдоходы. Остап утаил от нового хозяина самую важную деталь — необходимость наличия канадской дистрибьюторской фирмы, что, естественно, должно было привести в самом недалеком будущем к банкротству предприятия. Передача прав была намечена на середину пятницы, так, чтобы в понедельник уже некому было принимать претензии от нового владельца. Фонд «Солидарность-18» был неожиданно приобретен Петром Молохом, который ожидал поступления новой гуманитарной помощи в виде консервированной датской ветчины. Бывший казначей оказался на редкость сговорчивым и отвалил за Фонд целых десять тысяч баксов.

Дистрибьюторский бизнес был стремительно продан Жорой за два дня всего за двести долларов. Неутомимые «канадцы» были собраны, одарены благодарностью за честный труд и награждены большими премиями. Жора лично благодарил каждого юношу, тряс руку и желал не сбавлять производственного рвения. Остап прочитал небольшую речь, в которой отметил, что ребята прошли замечательную школу бизнеса под руководством своего начальника — Георгия Петровича Четвергова, образчика чести и долга. Вечером был устроен банкет на триста человек. Студенты расслабились, распустили галстуки и набили посуды на тысячу гривен. Остап благословил эти расходы и, загружая последнего дистрибьютора, упившегося и невменяемого, в специально нанятый автобус, слегка пустил слезу. В понедельник весь «канадский» департамент переходил под руководство нового хозяина, собирающегося переориентировать его на продажу аудиокассет.

За три дня были проданы вся техника, мебель и три автомобиля, остался только личный компьютер старика Костомарова, пишущая машинка Сашеньки, три стола и личный отрывной календарь Крымова. К четвергу штат концерна «РИО», состоящий неделю назад из тысячи служащих, сократился до своего минимального боевого состава — восемь человек во главе с Крымовым. В верстке находилось еще около пятидесяти тысяч экземпляров книг, столько же было еще не реализовано. Горы изданий, громоздящиеся до самого потолка склада, навеяли на Остапа тему очередного «крымика».

Мы — читающих наций потомки.

Взяв томов полновесных по дюжине,

Наш читает от корки до корки,

Англичанин — от ленча до ужина.

Крымов предупредил Костомарова о том, что руководство концерна уезжает в длительную командировку: Нильский с Жорой — для налаживания бизнеса в Бурятии, Остап с Викой — в далекий Владивосток развивать связи с Японией. Крымов набросал план основных мероприятий в свое отсутствие. Механизм книгоиздания, запущенный четыре месяца назад, не требовал уже постоянного контроля. Реализация и расчеты производились уже автоматически по налаженной схеме. Сашенька была назначена старшей по доводке последних романов «Золотого Пегаса» до издания, — задерживали изрядно выдохшиеся в конвейерной работе студенты, редакторы и корректоры. Для принятия рекламаций по всем проведенным операциям «Великого суконного пути» был создан специальный комитет, состоящий из невозмутимого сказочника Быкадорова и мускулистого боевика Макса. Костомаров должен был из приходящих платежей организовать резервный фонд для выплаты налогов и удовлетворения претензий, Быкадоров должен был рассказывать терпеливым клиентам сказки, а Макс — выпроваживать взашей особенно рьяных.

Во вторник утром, как и было запланировано, Остап заявился в кабинет Пеленгасова. Заговорщицки улыбнувшись длинноногой секретарше как старой хорошей знакомой и получив в ответ более чем теплую улыбку, Крымов без стука вошел в кабинет председателя.

Здравствуй, дорогой, рад тебя видеть, — почти обрадовался Пеленгасов, поднося свое брюшко вплотную к Остапу. — Как дела? Я слышал, ты преуспеваешь. Молодец! Я ни минуты не сомневался, что ты поднимешься в считанные месяцы. Честно говоря, поначалу меня волновала твоя близость. Сейчас, я вижу, дела у тебя идут хорошо. Это неплохая предпосылка для нашего мирного сосуществования. Богатый друг — лучше бедных двух.

Сейчас говорят: старый друг лучше двух подруг, — подхватил Остап и упал в кресло.

Пеленгасов тоже сел на свое место.

Я еще раз прошу тебя не помнить былого. Кто старое помянет, тому глаз вон. Давай лучше подумаем, как я могу помочь тебе наверстать упущенное.

Остап провел ладонью по подбородку.

Ты ведь знаешь, Боря, я человек незлопамятный. Это мой пожизненный стиль. Чувство обиды убивает человека быстрее туберкулеза и СПИДа. Если человек не умеет прощать, значит, он не умеет беречь, прежде всего, самого себя. И потом, ты же знаешь, я человек деловой. Мне просто невыгодно сейчас конфликтовать. Мои позиции в городе еще слабы, права — птичьи, обязанности — лошадиные. Стратегическое сотрудничество с тобой сейчас мне на руку, да и ты не в накладе. Через полгода, когда я окончательно окрепну, у нас пойдут совместные доходы и ты сможешь безболезненно начать расплачиваться со мной.

Бывшие компаньоны с милым выражением лиц смотрели друг на друга. Пеленгасов, ощупывая лицо Остапа своими желтоватыми глазами, прикидывал, насколько он способен опередить своего соперника. Он ни минуты не сомневался, что предстоит решающая схватка и Остапу не удастся усыпить его дружелюбными масками. Но игра шла по своим правилам. С тех пор, как он стал уважаемым в городе бизнесменом, у него были только одни правила — официальные и законные. Он не мог уже опуститься до былых пошлых доморощенных методов устранения соперников. Этого не позволял его статус крупного банкира и владельца маленькой финансовой империи местного масштаба. Путь наверх был бесконечен, и Пеленгасов собирался карабкаться дальше изо всех сил. Он смотрел на Остапа и со злорадством думал, что этот не забывший обиду мошенник, собирающийся нанести ему ответный удар, уже давно изжил себя. Он понимал, что Крымов подбирается вплотную к нему, и вместо того, чтобы подставиться под его удар, Пеленгасов собирался стать ему на плечи и подняться еще выше.

Остап потянулся к дипломату и достал оттуда бумаги.

Вот, у меня появился интересный проект. В Индонезии на островах строится нефтеналивной терминал. Проект века. Сам понимаешь, это бизнес не нашего уровня, но мне удалось влезть туда через генподрядчика с маленькими поставками металла с «Азовстали». Схема сложная, и без тебя я ее не потяну. Нужен банк для работы с офшорными компаниями и «откатами». Я хочу начать с одного миллиона. Первая поставка продукции — за мой счет. Если все будет хорошо, то со второго раза фирма-покупатель дает стопроцентную предоплату, а что такое предоплата, ты сам понимаешь. Мне нужен будет зеленый свет по платежам и, вероятно, овердрафные кредиты. Твой банк пока еще не осуществляет внешнеторговые валютные операции, да и суммы для тебя великоваты. Поэтому я хочу кредитоваться в «Востоке». Твоя гарантия там действует?

Да, конечно, — ответил Пеленгасов, чувствуя, как знакомое волнение предстоящей схватки рождается у него в районе нижней части спины.

Схема такова, — продолжал Крымов. — Я кладу к тебе на депозит один миллион долларов в эквиваленте. Это стоимость контракта. Под твою гарантию в залог моей суммы я кредитуюсь в «Востоке» на валюту.

По-моему, сложновато. Почему ты не хочешь положить деньги на депозит прямо у них, тебе было бы тогда проще. К тому же ты бы не потерял проценты на гарантии, это все дополнительные расходы, — для видимости объективного участия спросил Пеленгасов.

Остап ждал этого вопроса.

А вот тут-то и будет вторая часть моего предложения к тебе. Под твою гарантию я буду получать предоплату от той же фирмы-покупателя, но на твой счет. В «Востоке» этого не должны знать. Естественно, ты сможешь контролировать деньги. Таким образом, под одну гарантию я смогу и проплатить первый этап, и получить предоплату по второму. За это маленькое одолжение я буду давать тебе четверть прибыли. Думаю, это обоюдовыгодное предложение. Я торгую металлом, ты торгуешь именем своего банка, при этом ты абсолютно ничем не рискуешь. Заодно за пару лет спишем наш отрицательный баланс.

Пеленгасов поскреб подбородок. Внешне все выглядело прилично. В любом случае, сейчас, когда на первом этапе Крымов предлагал свои деньги в банк, надо соглашаться. А там можно будет посмотреть. Когда сумма будет лежать в банке, Инициатива перейдет к нему, а как устранить Крымова — это уже дело техники. Пеленгасов чувствовал себя вправе забрать у Крымова все, потому что тот сам пришел к нему с войной, не забыл обиды, не угомонился.