Стальные гробы рейха - Михаил Курушин

После германского наступления в Ливии, когда англичане оказались отброшенными к египетской границе, Африканский корпус немецкого генерала Роммеля стал испытывать серьезные перебои в снабжении. Авиация, подводные лодки и надводные силы Англии, базировавшиеся на Мальте, постоянно нападали на итальянские конвои, следовавшие в Африку. Несмотря на многие усилия, военное руководство Италии было не в состоянии обеспечить эффективную защиту конвоев на пути их следования.

Из общего числа кораблей и судов, участвовавших в снабжении войск, действовавших в Северной Африке, итальянцы ежемесячно начиная с июля 1941 года теряли больше половины потопленными и поврежденными. Английские подводные лодки, принадлежавшие 1-й, 8-й и 10-й флотилиям, действовавшие здесь несмотря на потери гораздо активнее, чем в Атлантике, в течение 1941 года уничтожили 52 судна (около 150 000 брт). Положение итало-германской армии Роммеля становилось критическим, и Гитлер приказал главнокомандующему Кригсмарине направить на Средиземное море подводные лодки. Возражения и протесты Деница, считавшего, что это сильно ослабит немецкие позиции в Атлантике, натолкнулись на непробиваемую стену, выстроенную нацистской верхушкой.

В конце сентября 1941 года из Атлантики через Гибралтар прошли первые шесть немецких субмарин, в дальнейшем базировавшихся в Специи и большую часть времени находившихся на позициях в районе Гибралтара. В начале ноября за ними последовали еще четыре. Результаты сказались почти сразу.

13 ноября в 90 милях к востоку от Гибралтара U-81 капитан-лейтенанта Фридриха Гугенбергера тяжело повредила единственный британский авианосец Гибралтарского отряда «Арк Ройял», который спустя 14 часов при буксировке в Гибралтар перевернулся и затонул в 25 милях от берега.

УДАЧА ТИЗЕНХАУЗЕНА

25 ноября 1941 года U-331 под командованием обер-лейтенанта Ханса-Дитриха Фрейхера фон Тизенхаузена обнаружила линкоры «Куин Элизабет», «Бархэм» и «Вэлиант» из состава Александрийской эскадры, шедшие зигзагом в охранении девяти эсминцев. Произошло это у ливийского побережья в районе Тобрука в самый разгар осенних боев 1941 года.

До этого несколько недель Тизенхаузен безрезультатно ждал появления какого-нибудь транспорта или буксира. Днем приходилось оставаться под водой и лишь ночью всплывать, чтобы провентилировать внутренние помещения и зарядить аккумуляторы. Но и в это время в воздух то и дело взмывали осветительные ракеты, заливающие все вокруг призрачным оранжево-желтоватым светом.

От непрерывных вспышек пламени, вырывающегося при выстреле из артиллерийских орудий, горизонт над сушей в направлении Тобрука словно вздрагивал. Днем часто появлялись самолеты, и тогда каждый раз приходилось срочно уходить под воду. Палящие лучи солнца нагревали воду до такой степени, что она едва не кипела. Внутри лодки было невыносимо жарко. Во время движения жара еще усиливалась за счет тепла, выделяемого электромоторами.

Только 25 ноября в 14.30 впереди по правому борту субмарины вахта обнаружила не то дым, не то сгущение облаков. Тизенхаузен приказал идти прежним курсом и через десять минут в бинокль смог различить мачты эсминца. Одновременно на горизонте проявились контуры группы судов, двигавшихся на юг. Это было соединение военных кораблей.

Противник часто менял курс, затрудняя подлодке возможность выйти в атаку. В конце концов корабли снова изменили курс и пошли прямо на подводную лодку, не подозревая о ее присутствии.

Дальнейшие события разворачивались очень быстро. Корабли уклонились к западу, и Тизенхаузен дал соответствующую команду рулевым. Два военных корабля были видны теперь полностью. Понимая, что пора уходить под воду, Тизенхаузен скомандовал: «Срочное погружение! По боевым постам!»

Около 16 часов погода стала благоприятствовать атаке: по всей поверхности моря тянулись легкие, пенящиеся гребни волн. Противник, конечно, не видел перископа, который выскальзывал из воды лишь на короткое время. При таком волнении едва ли заметен след небольшого буруна от перископа.

Соединение линейных кораблей быстро приближалось: три линкора в кильватерной колонне в охранении четырех эсминцев. Тизенхаузену даже не верилось, что такое крупное соединение, ничего не подозревая, продолжало следовать по направлению к субмарине. Он видел, как поднимали сигнальные флаги, ползущие к реям и пестреющие там, наверху. Вероятно, они означали приказание изменить ордер. И действительно, два эсминца, находящиеся ближе к головному линкору, вышли вперед. Как раз между ними — расстояние около 500 метров — и должна будет пройти U-331.

Тизенхаузен попеременно наблюдал за обоими кораблями. Наконец, когда они оказались достаточно близко, раздалась команда: «Опустить перископ!» Теперь за дело взялся акустик. Его задачей было особенно тщательно следить за шумом винтов двух эсминцев и непрерывно докладывать пеленг.

Вскоре эсминцы прошли мимо, так и не заметив лодки. Перископ снова подняли. Теперь была очередь за линейными кораблями.

Торпедные аппараты уже давно заряжены, приборы торпед установлены в соответствии с условиями атаки. В лодке наступила гробовая тишина.

Когда линейный корабль оказался рядом, у Тизенхаузена появилась возможность оценить его размеры. Огромный корабль полностью закрывал собой все поле зрения перископа! Тизенхаузен попытался подойти еще ближе, но это не удалось.

Уничтожить линкор в эту войну удалось пока только Гюнтеру Прину в Скапа-Флоу. Удастся ли Тизенхаузену, молодому и неизвестному командиру, повторить успех «Быка Скапа-Флоу»?

Тем временем три линкора следовали один за другим с небольшим уступом. Тизенхаузен начал разворачивать лодку, чтобы успеть занять позицию для атаки. Время летело со сказочной быстротой. Один из линкоров вот-вот должен был попасть на перекрестие нитей перископа.

Из носового отсека по переговорной трубе поступило донесение о готовности торпедных аппаратов к залпу, но открывать огонь пока нельзя. U-331 находилась почти точно на траверзе линкора.

После повторного доклада о готовности к залпу, Тизенхаузен тотчас скомандовал: «Огонь!»

Из аппаратов одна за другой вылетели четыре торпеды. Командир, быстро повернув перископ в другую сторону, успел заметить, что третий линкор всей своей серой громадой надвигался прямо на лодку.

Выход оставался только один — быстрое погружение, выполнить которое было совсем не просто. И все же немцы успели: лодка погрузилась… Однако потом вдруг стала всплывать.

Вот уже над водой показалась верхняя кромка рубки. Чем это грозит, ясно представлял себе, пожалуй, только командир: будет таранный удар. Линкор все ближе подходил к субмарине, но никто из команды пока не подозревал о нависшей опасности.