Стальные гробы рейха - Михаил Курушин

Потопление U-514, которой командовал капитан-лейтенант Ханс-Юрген Ауфферман, можно считать знаменательным. Дело в том, что потопивший ее «либерейтор» оказался одним из первых, использовавший ракеты, глубинные бомбы и акустические торпеды нового типа.

12 июля англичане успешно нанесли два прицельных удара, уничтожив U-506 и U-409, а на следующий день — U-607. Все эти лодки были потеряны в Бискайском заливе, в непосредственной близости от маршрута U-230.

Выйдя из залива, оказавшись вне досягаемости бомбардировщиков наземного базирования, U-230 погружалась только два или три раза в день, проводя многие часы на поверхности. Лодку очистили от грязи, отскребли палубный настил и отходы выбросили за борт — рутинная работа, которую не удалось сделать в заливе. Теперь на вахте можно было насладиться ясными деньками, и сверкающее солнце постаралось сделать кожу моряков темно-коричневой.

В среднем U-230 ежедневно приближалась к Чесапикскому заливу примерно на 160 миль, в зависимости от опасности, угрожавшей сверху. Поток сигналов от попавших в беду лодок не прекращался. Примерно в это время U-509 сообщила, что она сильно повреждена самолетом и немедленно нуждается в запчастях, но больше о ней никто и никогда не слышал. Позже стало известно, что эта лодка, которой командовал Карл-Хайнц Вольф, была потоплена 15 июля американским бомбардировщиком.

Радист U-230 не только расшифровывал выбивающие из колеи сигналы, он также печатал коммюнике вооруженных сил, которые получал ежедневно. Экипаж был в шоке от быстрого вторжения союзников на Сицилию и от продолжающегося отступлении на русском фронте. Мир пылал, и огонь ужасной войны оказался гораздо сильнее, чем этого ожидали в Третьем рейхе, — он охватил Германию. Люфтваффе, брошенное Герингом на произвол судьбы и истребляемое союзниками, не могло сдержать воздушные союзнические армады. Подводники все еще на что-то надеялись, но их субмарины продолжали гибнуть. 20 июля радиограмма сообщила, что затонула U-558 Гюнтера Креха. А утром следующего дня, как снег на голову, свалилась вражеская «каталина», двухмоторная летающая лодка. U-230 быстро нырнула и оставалась под водой около двух часов, вынуждая противника прекратить преследование. Когда во второй половине дня лодка всплыла, небо оказалось затянуто тяжелыми темными тучами — предвестниками сильной грозы. Зигман воспользовался попутным ветром, и субмарина на высокой скорости рванула вперед.

Весь следующий день бушевал шторм и бесновалась гроза. Когда буря наконец поутихла, загорелся новый день. Он был чище, светлее и ярче. В то утро немцы достигли континентального шельфа Северной Америки. Ожидая сильного налета авиации США, в 9.45 Зигман отдал приказ на погружение и положил лодку на курс на глубине сто десять метров. Во время этого длительного погружения была разработана тактика действий. Лишь теперь команду проинформировали о целях похода.

С наступлением ночи U-230 всплыла. Около двух часов по правому борту показалась тень, выросшая в торговое судно. Видимо, на мостике рядом с его капитаном стоял ангел-хранитель — задачей немцев было избежать обнаружения, а не топить судно.

В итоге ночь прошла спокойно, за исключением одной ложной тревоги. Ночной воздух и океан напоминали пустыню. Ни самолеты, ни корабли береговой охраны не помешали тайному приближению немецкой субмарины, которая продолжала идти на скорости восемнадцать узлов прямо по направлению к Кейп-Чарльз.

Той же ночью экипаж получил вызвавшие недоумение новости. По коротковолновому радио сообщили, что в Италии произошел переворот, Муссолини арестован и маршал Бадольо назначен главой правительства. Что это? «Утка» англичан? Так или иначе, с восходом солнца для сохранения секретности лодка погрузилась снова. Медленно следуя на запад на глубине сорок метров, U-230 прошла около тридцати миль к Кейп-Чарльз. Поскольку о системе обороны американцев ничего не было известно, установили боевые посты и на случай неожиданной атаки изготовили к стрельбе кормовой торпедный аппарат. Вскоре после полудня акустик доложил о приближающемся шуме винтов. Лодка поднялась на перископную глубину, чтобы капитан мог осмотреться. К удивлению Зигмана, его субмарина оказалась прямо по курсу небольшого конвоя — намного ближе, чем показывал прибор. Четыре эсминца сопровождали семь грузовых судов. И вдруг случилось непоправимое: лодка почему-то начала всплывать. Ценные секунды были упущены, и U-230 поднялась, как рыба на крючке, на виду у всего эскорта. Затем медленно, безумно медленно погрузилась обратно в плотную воду, которая словно не желала принимать субмарину в свои объятья. Как только корма U-230 вошла в особенно тяжелый слой, в непосредственной близости прогрохотали шесть глубинных бомб. Взрывы швырнули лодку ниже термоклина, и винты, вращаясь на максимальных оборотах, повлекли ее дальше, до песчаного дна. Звуковые волны гидролокаторов американских эсминцев сильно искажались мелким, но плотным слоем тяжелой воды и затрудняли обнаружение. Почти два часа охотники нервно прощупывали океан, тщетно разыскивая добычу. Потом они ушли, больше не истратив ни одной глубинной бомбы.

С наступлением ночи U-230 всплыла, быстро и неуклонно устремляясь вперед. Прошли три часа ожидания и нараставшего возбуждения. Затем впереди в мерцании огней, разлившемся по всему горизонту, показался порт — Норфолк.

Итак, Америка прямо по носу. Цель была достигнута. Время: 23.25. Дата: 27 июля 1943 года.

Над водой показалась тонкая линия берега — лодка приближалась к Фишермен-Айленд. Вокруг ни души. Кто-то из матросов издал боевой клич, и воодушевленные немцы вообразили себя раскрашенными индейцами, несущимися в атаку в каноэ, прямо как у Карла Мая. U-230 следовала на высокой скорости, оставляя Фишермен-Айленд по правому борту. Эхолот прощупывал воду. Присутствие немцев по-прежнему не было обнаружено.

На полпути между Кейп-Чарльз на севере и Кейп-Генри на юге Зигман повернул лодку в мелкие воды Чесапикского залива. Удивительно, но, когда огни Норфолка стали ясно видны по левому борту, не появился ни один американский корабль, чтобы остановить врага. Должно быть, в ту ночь американские моряки гуляли на большой вечеринке, в море их определенно не было. Когда U-230 прошла военно-морскую базу, на фоне темного неба резко вырос силуэт освещенного города. По мере углубления в залив берега становились все выше.

Через два часа после полуночи появилось несколько транспортов, идущих в открытое море. Их неожиданное присутствие разрушило план постановки мин в ту же ночь. Времени для погружения не было, оставалось только отступить в темноту. U-230 совершила полный разворот и устремилась впереди судов из залива. Было видно, как одно из них повернуло на север, а три — на юг, прежде чем все они растворились в ночи.