Спасти СССР (СИ) - Афанасьев Александр

Но что делать теперь? То поколение, которое советскую власть "нутром чуяло" – оно ушло. Стратилось как раньше говорили. Гражданская война, индустриализация тридцатых, страшная Великая отечественная война – эти люди сгорели почти без остатка. Это великая трагедия… трагедия не то что целого поколения – целой погибшей цивилизации. Они построили систему власти, основанную на собственном опыте – но у их детей опыт то совсем другой. Прервалась связь, внуки не понимают своих дедов, они как будто на разных языках говорят. И сейчас делать вид, что все так как надо, так как было – какой смысл то?

Перестройка в СССР – это не блажь, это насущный проект, но не все понимают ее подлинного смысла. Страну – и общество тоже – нужно перестроить из общества униженных и оскорбленных – в нормальное, как бы сказали китайцы – "общество средней зажиточности". Чем китайцы нас точно обошли – они никогда и не скрывали, что строят мещанский проект повседневного благополучия для возможно большего числа китайцев. И сейчас если в СССР и есть спрос на какой-то проект – то именно на такой.

И построить его могут – увы – не потомки униженных и оскорбленных, потому что унижение их дедов и прадедов сидит у них в генах, в исторической памяти. Прошло то – всего шесть десятков лет, по историческим меркам – ничто. Их унижает благополучие само по себе, они этого не понимают, но – чувствуют. Чувствуют гнев и стыд за поколения предков прозябавших в курных избах, работавших на барщине, закапывавших умерших от голода и болезней детей на огороде, забритых в солдаты – они чувствуют, но нам то ныне живущим в стране под названием СССР – что делать? Построить общество средней зажиточности могут только те, у кого нет этого унижения и гнева в генах. То есть такие как я. Михаил Сергеевич Горбачев…

И вот, прозвучал первый явно "смысловой вопрос".

– Товарищ Горбачев. Не могли бы вы охарактеризовать внешнюю политику Советского союза?

– На этот вопрос вам лучше ответит товарищ Громыко. Со своей стороны могу сказать, что СССР придерживается по-прежнему миролюбивой внешней политики и отрицает возможность решения конфликтов между странами военным путем.

Данилов бросился в атаку, но я показал, что еще не закончил

– … от себя я могу добавить вот что. Я видел войну. Пусть я не воевал, мал еще был. Воевал мой отец, мы думали, что он погиб на фронте…

…

– вам, американцам не понять нас, не понять того что мы пережили в те годы. Первый иностранец, которого я видел – это был гитлеровский солдат, фашист, пришедший на нашу советскую землю грабить и убивать. Я видел его так же, как сейчас вижу вас. Но это лишь укрепляет меня в той мысли, что происходившее тогда – повториться не должно. Дети всего мира не должны бояться бомб и снарядов. Дети всего мира не должны видеть захватчиков. Дети всего мира не должны гадать, вернется их отец с фронта или нет. Как гадал я. И я, и все мои товарищи по партии – твердо верим в то, что мир на Земле – высшая ценность, к которой должны стремиться все разумные и ответственные люди, в какой бы стране они не жили, и какой бы идеологии не придерживались. Наши дети ничем не отличаются от ваших детей. Не бывает капиталистических и социалистических детей – бывают просто дети. И мы должны им передать мир лучшим, чем тот который передали нам.

Данилов был явно ошарашен

– Да, но как же Афганистан?

– Наш ограниченный контингент находится в этой стране по просьбе правительства Афганистана…

– Которое признано далеко не всеми, и…

– Вы не хотите спросить, почему так называемые борцы за свободу убивают учителей. Они говорят, что дети не должны учиться, что это противно Аллаху. Как считают американские матери и отцы – дети должны учиться?

– Да, но…

– Ко мне совсем недавно пришли товарищи из комитета комсомола, как раз по Афганистану. Знаете, с какой просьбой?

…

– Они говорят, что молодые комсомольцы, отслужившие в армии – хотят вернуться в Афганистан в составе строительных бригад[70]. Они хотят помогать афганцам строить новую, современную страну. Они прибудут туда без оружия.

…

– Первая группа на строительство кабульского хлебокомбината отправляется на днях. Если хотите, можем организовать встречу с этими активистами

Данилоф нервно поправил галстук

– Полагаю, это было бы интересно.

…

– Но редакция должна одобрить тему

– А как же свобода слова?

Данилоф не нашелся что ответить.

– Цензура власть имущих и богатых намного превосходит даже царскую цензуру. Если ты говоришь что-то не то – тебя уволят с работы, университет не пожелает иметь дело с таким ученым, ФБР вызовет на допрос. Но это так, к слову. Продолжайте.

Данилоф потратил несколько секунд на то чтобы привести мысли в порядок

– Мистер Горбачев, по какому пути двинется Советский союз при генеральном секретаре Горбачеве?

– На этот вопрос ответить просто – по пути труда и развития. Я с гордостью могу сказать, что советский человек это очень трудолюбивый человек, для нас жизненный путь человека измеряется в том, что он оставит на Земле после себя. Кто-то посадит дерево. Кто-то построит большой, красивый дом – а кто-то и завод. Величие человека выражается в его делах, в труде, в способности созидать. И главным является не количество денег, как это принято у вас – люди помнят других людей не по количеству денег, которые они заработали. А по тому что они оставили другим людям.

– Каким вы видите мир в двухтысячном году?

Я едва сдержался, чтобы сказать – лучше бы ты спросил каким я вижу мир к концу две тысячи первого года. Или к концу две тысячи двадцатого. Я видел и тот и тот мир. Ни один из них мне не понравился.

– Каким я вижу мир в двухтысячном? Более сплоченным, я думаю. Советскому и американскому народу по сути нечего делить, мы никогда не воевали друг с другом, нет земли, на которую мы претендовали бы одновременно. Я не думаю, что американский рабочий родом откуда-то из Канзаса встает с постели с мыслью уничтожить Советский союз. Или со страхом перед Советским союзом. Мир един, мы должны научиться жить на одной планете, доверяя друг другу и не тая зла.

Я полагаю, этот мир будет более населенным, все виды коммуникаций между людьми даже разных стран предельно упростятся и американец и советский человек смогут, например, позвонить друг другу и поздравить с днем рождения. Почему бы и нет если они к примеру были вместе в Артеке или подружились по переписке или к примеру увлекаются шахматами.

Данилоф не выдержал

– Извините, мистер Горбачев. Вы и впрямь считаете это возможным?

– Да, считаю. Более того, я считаю это неизбежным.