Открыть 31 декабря. Новогодние рассказы о чуде - Ая эН

предателе, Олеся, наконец, осознала свое положение. Ноги в черных штанах с начесом задраны, а на животе, словно вишенка под тортом, скомканная юбка Снегурочки в вате и мишуре. Господи! За что? У нее же есть очаровательное черное платье. И туфли на десятисантиметровом каблуке. Ну почему, когда в ее жизни появился принц, она выглядит, как дешевая Снегурочка из деревенского детсада?

– Из-за этого серого красавца вы в новогоднюю ночь по деревьям лазите? – засмеялся незнакомец, ставя ее на землю и доставая из-за пазухи непрошеного гостя. – Держите своего друга.

Мужчина протянул котенка девочке.

– Это не мой котенок, – улыбнулась та, покрепче прижимая к груди кошку. – Мы с Улей вышли погулять, а он на дереве плачет. Вот мы и позвали Снегурочку, чтобы она сделала чудо.

– А красавица-Снегурочка, значит, позвала чудовище, потому что сама не справилась, – захохотал незнакомец, рассматривая котенка в свете уличного фонаря. – Так ты, значит, ничейный. Ну что, серый, пойдешь жить ко мне? Красной икры на завтрак не обещаю, но кошачий корм гарантирую. Семья у нас маленькая, но дружная. Думаю, что с моей дочкой ты поладишь.

– Ой, как здорово, – захлопала в ладоши девочка. – Только не зовите его Серый. Давайте назовем его Лампочка. Меня так бабушка зовет.

– Ну что ж, Лампочка, значит Лампочка. – Мужчина снова засунул котенка за пазуху и улыбнулся. – С Новым годом вас, девчонки! Побыл бы с вами еще, но ждут меня дома… Вернее нас. Ждут. Бежать пора. Вас проводить, Снегурочка?

Олеся натянула куртку и гордо засунула руки в карманы. Вот еще! Она девушка порядочная и с женатыми мужчинами в новогоднюю ночь не провожается.

Махнув рукой, Принц исчез за поворотом. Олеся расстроенно вздохнула. А сказка была так близко. Всего пять минут – и все исчезло. И принц. И котенок. И снова она одна.

– Не грусти, Снегурочка, – донеслось откуда-то снизу. – Иди себе с Богом. Все будет хорошо.

Маленькая Лампочка смотрела на нее взрослыми, понимающими глазами. Махнув рукой, девочка исчезла в подъезде. А Олеся так и стояла с открытым ртом. «Иди себе с Богом!» Ни фига себе напутствие ребенка. Сколько же ей лет? Судя по виду, не больше шести-семи, а по глазам… Впрочем, наверное, малышку бабушка воспитывала.

Олеся медленно шла по тропинке, ведущей к дому. Прямо на тропинке мальчишки сделали скользанку. Олеся нерешительно остановилась. Прокатиться? Как в детстве. Хотя лучше не рисковать. Лимит на удачные падения она, пожалуй, сегодня уже использовала. Вряд ли в десять часов новогодней ночи придет еще один принц, чтобы подхватить ее в тяжелый момент. Осторожно обойдя опасное место, Олеся подняла глаза на свой дом. Все окна были освещены. Где-то светилась вся домашняя иллюминация и туда-сюда мелькали темные силуэты. Где-то загадочно сверкали лишь огоньки гирлянд. И только ее окна были пугающе темными. Никто ее не ждал. Даже елка.

– Петровна, – донесся сбоку жалобный мужской фальцет. – А говорила, что шальная императрица! Где пыл? Где жар? Ну-ка, соберись! Покажи всем, что ты горячая мексиканка, а не дешевый счетовод! Встала и пошла! От бедра!

Олеся остановилась и даже улыбнулась. Кажется, кому-то еще, кроме нее, в новогоднюю ночь тоже несладко. У подъезда метался худенький нескладный Дед Мороз, а на лавочке лежала… гора в синем кафтанчике.

– Петровна, – снова взвыл Дед Мороз, хлопая по щекам «внучку», – ну, давай вставай. Последний адрес. Ну это же нонсенс. Трезвый Дед Мороз – и Снегурочка в хлам. В лоскуты. Кто придумал последним ставить адрес главного инженера? Надо было Михалыча оставить напоследок. Вот и плясала бы у него фламенко хоть до утра. Петровна! Это же главный инженер. Мы почти у цели. Всего два этажа вверх. Пять минут позора – и домой. Петровна! Сволочь! Мы же без работы останемся.

Кажется, последний аргумент подействовал. Синяя горка покачнулась и, тяжело отдуваясь, приняла полувертикальное положение.

– Во-о-о, – радостно заулыбался Дед Мороз, помогая напарнице принять устойчивое положение сидя. – Пошла-пошла, родная. Еще одно усилие, Петровна! Ты можешь! Я в тебя верю!

– Я Снегур-р-рочка! – зарычала Петровна. – Я все могу!

К сожалению, на этом усилия Петровны по приведению собственного тела в адекватное состояние закончились, и она снова рухнула на скамейку.

Наверное, это была последняя капля, которая поддерживала в Деде Морозе надежду. Сев рядом со Снегурочкой, он стянул с головы шапку и долго вытирал вспотевший лоб. Из кармана красной шубы послышалась трель звонка. Дед Мороз вынул телефон, расстроенно посмотрел на номер, высветившийся на дисплее, и снова спрятал аппарат в карман.

– Помощь нужна? – спросила Олеся, подходя поближе.

Честно говоря, она и сама не поняла, что же заставило ее подойти. Пожалуй, только тот факт, что дома ее никто не ждал. А идти в темную пустую квартиру совсем расхотелось.

Кто бы мог подумать, что весь декабрь она мечтала именно так встретить Новый год: одна, без елки, без гостей, без всякой глупой атрибутики. А сейчас, за два часа до Нового года, Олесе вдруг до боли захотелось праздника. Подарков, мандаринок и приключений.

– Ага, – раздраженно буркнул Дед Мороз, не глядя на Олесю. – Нужно чудо, которое заменит… Вот это чудо, которое лежит тут, как… Куча…

– То есть нужна Снегурочка? – уточнила Олеся, снимая куртку. – Такая подойдет?

Дед Мороз наконец перевел взгляд на Олесю. Резко подскочив, парень вскинул руки к небу и заорал:

– Спасибо тебе, Господи! Проси все, что хочешь. Буду в этом году самым послушным мальчиком. – Затем, снова посмотрев на Олесю, вежливо представился: – Дед Мороз. В быту Егор. Вы правда поможете?

– Конечно, – кивнула Олеся. – Не тащить же к ребенку эту Снегурочку. Она же может спровоцировать психологическую травму на всю оставшуюся жизнь. Я в быту Олеся.

Поднимаясь по лестнице, Егор не закрывал рот. Олеся незаметно косилась на провожатого и старалась сдержать улыбку.

– Олеся, спасительница, – радостно шептал парень, семеня вслед за ней. – Вы даже не представляете, как вы меня выручили. Мы с Петровной поздравляем детей работников нашего завода. Вообще-то Вера Петровна очень хороший человек. Она прекрасная женщина. И бухгалтер высшей категории. Но излишне шальна оказалась императрица. Не выдержала новогодних возлияний. Моя вина. Не углядел. А у главного инженера дочка ждет. Олег Валерьевич мне уже три раза звонил, – ребенок не ложится спать. Хочет дождаться Деда Мороза и Снегурочку. Разве можно лишать человека праздника? Я бы, конечно, и один пошел, если бы там пацан был. Но ведь там девочка. Она Снегурочку ждет.

На двери квартиры главного инженера висел новогодний венок и красная ленточка с надписью: «Добро пожаловать, Дед Мороз и Снегурочка!». Егор поправил сползшую набок бороду, отряхнул шубу и вопросительно глянул на Олесю.

– Погоди, – прошептала она. – Отвернись. Снегурочка должна быть Снегурочкой, а не замерзшей воблой.

Стянув черные с начесом штаны, Олеся достала из пакета кремовые туфли на высоком