Грани матрицы - Евгений Гаркушев

– Что ты хочешь? – продолжал искушать меня Большой Брат. – Власти? Славы? Популярности? Сейчас все это можно купить. Общество выродилось окончательно, и за несколько ярких бумажек тебя будут носить на руках, показывать по телевизору, будут лизать перед тобой пол и целовать край твоего халата!

Эка загнул – край халата! Буду ли я этот халат носить? В султаны еще не записался, предпочитаю брюки.

– Заманчиво, заманчиво. Только что-то не прельщает. Предложи еще ума и здоровья…

– Могу, – легко согласился главарь террористов. – И здоровья могу, и ума… Препараты выпускают сейчас чудодейственные…

– Вот и принимай их регулярно. На пользу пойдет. Скажи лучше, что ты хочешь, чтобы я сделал?

– Обязательно нужно взорвать станцию. Пути отхода мы тебе обеспечим. Только согласись.

– Вы уже один раз обеспечили мне путь отхода. Прямо на небо, – усмехнулся я. – Хорошо, шашки вовремя обнаружил.

– Раскаиваемся в совершенном поступке и заверяем, что впредь такого не повторится, – униженным тоном проговорил Большой Брат.

– Ну, еще бы! Как же вы мне опять шашки подсунете? И каетесь правильно – план-то не сработал. Что ж вам, радоваться?

– Любые условия выполним, – канючил террорист. – Людей из зоны ГигаТЭЦ выведем – ты ведь у нас человеколюбец, хоть жизнями этих людей и играешь. Только не отказывай.

– Подумаю, – коротко бросил я и отключил связь.

Пусть у Большого Брата теплится надежда. Может быть, его ребята будут лезть на станцию не так настойчиво.

Мы сидели на командном пункте охраны уже часов шесть. Ситуация, прямо скажем, складывалась патовая. Выдвигать громкие требования мы не хотели. Взрывать станцию не собирались. А угроза штурма продолжала стоять на повестке дня.

Профессор Романов и Дима время от времени ходили на пульт управления, корректировали работу коллайдеров. Захваченные охранники улеглись спать прямо на полу – они работали в ночную смену, устали.

По всем каналам связи и по телевидению передавали слухи о захвате станции. Никакой достоверной информации, никаких резких заявлений. Предприятия, получавшие энергию от ГигаТЭЦ, спешно искали резервные источники снабжения. Но где ж их найти, когда больше половины энергии производит именно ГигаТЭЦ? Отнять у одних, чтобы отдать другим?

Транспорт на магнитной подушке перевели на работу в особом режиме. Поезда не разгонялись на поворотах и в любой момент были готовы «лечь на землю». Если электроэнергию внезапно отключат, серьезной катастрофы не произойдет.

За лестницей, ведущей на нижние этажи станции, мы наблюдали через открытую дверь. Глупо доверять мониторам. Если угроза и существует, она придет из глубин ГигаТЭЦ. Вряд ли десант будут высаживать сверху. Купол, под которыми скрывались пулеметы, прозрачный, радар работает. Кроме вертолетов, высадивших около станции несколько рот спецназа, других целей в небе мы не заметили. Наверное, войска подтягивали по земле. С другой стороны, зачем здесь нужно много войск?

В очередной раз выйдя разведать обстановку, я заметил на лестнице небольшую фигурку в бронекостюме. Парламентер? Ликвидатор? Выживший террорист?

– Стой! – приказал я. – Кто такой?

– Надежда Полякова, – ответила девушка в бронекостюме. – Я к гражданину Вороненко. Он меня знает.

– К тебе гости, – крикнул я напарнику. Девушку, впрочем, продолжал держать на прицеле сеткоулавливателя. Хотя для бронекостюма сеть – помеха на две секунды. Если не сломались приводы искусственного увеличения мышечной силы.

– Не стреляй в нее! – Мой напарник вдруг изменился в лице.

Не иначе, дело не обошлось без романтической истории. Я и не собирался стрелять в женщину, даже если она вооружена.

Выяснилось, что Надя решила пробраться к нам по собственной инициативе. Свое задание по службе она полностью провалила. А за подопечного опасалась. С той стороны ее не ждало ничего хорошего, с этой… В общем-то, тоже ничего хорошего, но она решила примкнуть к нам. Попытаться убедить сдаться. Надеялась, что нам сохранят жизнь.

Эх, не для того я решил захватить станцию, чтобы так тривиально сдаться властям… Сдаться можно было и раньше. Теперь уже поздно.

Я не слишком-то доверял Наде. Хорошенькая девчонка наверняка была приманкой для моего двойника. Сама она пришла, или ее прислали – это еще вопрос. Может быть, только и ждет момента, чтобы нас усыпить. Чтобы и сердце билось, и мозг работал, и бронекостюм остался цел, а димлетид на пульте управления не взрывался. Но тогда ей стоило принести нам бутерброды и термос с отравленным кофе. А о питании она не подумала.

Подозрительно долго молчала Лиза. Могла бы сообщить о себе. Впрочем, в Америке сейчас ночь – может быть, спит?

– Влипли мы, – бормотал Вороненко. – С нами никто и разговаривать не хочет. Штурм готовят. Что мы будем делать в случае штурма? Станцию взорвем?

– Не взорвем. Но они ведь этого не знают… Остерегутся…

– Я бы на их месте не остерегался.

– Так то ты… Ты – человек дикий. Из варварского прошлого.

– Ну, тогда хоть вещи иногда своими именами называли. И не шпионили друг за другом.

– Кое-где шпионили…

В разгар нашей бурной дискуссии монитор связи с кризисным центром ожил. На нем появился плотный темноволосый мужчина с полковничьими погонами.

– Мизерный! – обрадовался мой напарник.

– Не понял. Что мизерный? – спросил я.

– Полковник Мизерный из службы безопасности, – кивнул на экран Вороненко. – Он меня нанимал.

Мы включили звук.

– Действительно, гражданин Вороненко, вы подписывали контракт. И злостным образом нарушили его, – заявил полковник.

Впрочем, наблюдая Мизерного только визуально, я бы не сказал, что он сердит на моего двойника. Хорошая выучка? Или мы действовали согласно его плану?

– Ваши предложения, полковник? – спросил я. – Вы ведь хотите нам что-то предложить?

– Безоговорочная капитуляция, – ответил он. – И вас даже не будут судить.

– Просто расстреляют, – усмехнулся я. – Придумайте что-то получше.

– Нет, в самом деле. Владельцы станции предлагают каждому из вас по пятьсот тысяч отступных, чистые идентификаторы и возможность выезда в любую страну, по выбору. Можете остаться в России, если хотите. Это, естественно, конфиденциальное предложение – консорциум «Sun Ladder» не ведет переговоров с террористами. Решение вы можете принять в течение часа – пока сюда не подтянулись журналисты.

– Очень заманчиво, но слабо верится, – вздохнул я. – Мы лучше подождем журналистов.

– Готов выслушать ваши предложения, – спокойно проговорил полковник, словно бы мы ему и не отказывали. – Хочу сообщить вам, между прочим, что ваши сообщники арестованы. Они дали показания, согласно которым вы входили в отвлекающую группу, и, следовательно, были дезориентированы главарями террористов. Мы действительно склоняемся к тому, чтобы вас отпустить. Вы – люди из прошлого… Общественность взбунтуется, если наказать вас серьезно. С другой стороны, вопрос в том, как повернуть дело… У кого будет лучше пиарщик – у вас или у ваших противников. Одно знаю твердо – через час ни от вас, ни от меня не будет ничего зависеть. И двадцать ведущих телекомпаний мира будут стоять у нас в очереди, чтобы взять у вас интервью. Не думайте, что это хорошо.