Огни юга - Мэри Бакстер

– Стало быть, ты намерена жить в округе Колумбия?

Их взгляды встретились.

– Это зависит…

– От чего?

– Захочет ли один доктор сделать меня честной женщиной.

Глаза Янси загорелись, он снова наклонился и поцеловал ее.

– О, Дана, больше всего на свете я хочу на тебе жениться, но я боялся, что ты никогда не простишь меня.

– Я простила тебя давным-давно, только не могла признаться в этом. Я влюбилась в тебя в первый вечер в ресторане, когда ты поцеловал меня.

– А я – в тебя. – Глаза Янси внезапно потемнели от боли. – Но сможешь ли ты когда-нибудь забыть…

– Ты о моей матери? Да. Когда ты со мной, я не вспоминаю о ней.

– Слава Богу! Я бы не вынес, если бы она встала между нами.

– Так что мы теперь будем делать? – спросила Дана.

Он улыбнулся.

– Ну, если мы не можем пойти к священнику, значит, приведем его сюда.

– Когда?

– Завтра.

У Даны перехватило дыхание.

– Ты правда этого хочешь?

– Всем сердцем.

– О, Янси, я люблю тебя!

– А я – тебя. – Он положил руку ей на живот. – И нашего малыша.

Она вдруг нахмурилась.

– Как ты думаешь, я смогу его выносить?

– Как врач, я сделал все возможное. И ты сделаешь то, что должна. А дальше будем полагаться на судьбу.

– Поддержи меня, Янси, – прошептала Дана прерывающимся голосом.

– Конечно, не волнуйся. Я рядом с тобой. Я никогда тебя не отпущу.

Эпилог

– Я тоже хочу.

Дана перевела взгляд с двухмесячного сына, сосавшего грудь, на мужа. Они были женаты уже почти год, но каждый день она щипала себя, чтобы удостовериться: это не сон. Никогда в жизни она не испытывала такого счастья и удовлетворения и знала, что Янси чувствует то же самое.

– Так давай, – поддразнила она. – Вон, вторая свободна.

Сверкнув глазами, Янси устроился рядом с ней на кровати, подперев голову рукой.

– Ты меня соблазняешь, – прошептал он. – Но я не хочу перемазаться молоком.

Она засмеялась:

– Трусишка!

– Что ты сказала? Трусишка? – Он наклонился и припал к свободной груди.

– Я вся покрылась гусиной кожей.

– А я возбудился… Я готов.

Она щелкнула его по носу.

– Придется подождать.

– Ну сколько еще эта козявка собирается есть? – Янси провел пальцем по крошечной щечке.

– Пока не наестся. Так ведь, Адам, любовь моя?

Янси захохотал.

– Черт, он похож на своего старика. Тоже любит титьки.

– Ты извращенец, – сказала Дана, округлив глаза.

– А ты любимая.

Замерев, Дана посмотрела на мужа с нежностью. Она читала в его глазах ту же любовь, которую испытывала сама.

– Я уже говорил, миссис Грейнджер, что люблю вас?

– Сегодня – целых четыре раз, а сейчас только полдень.

– Проклятие! Мне лучше заняться программой.

Дана засмеялась.

– Кстати, почему ты дома? Я думала, ты отправишься на строительную площадку и устроишь очередной разгон подрядчикам.

– Я поеду туда, но прежде мне надо кое-что сказать тебе.

– Что?

– Вида Лу подала первую апелляцию. – Если и есть темная сторона в их жизни, то она связана с судебным процессом. Даже после того как Тайсон Питерс признался в лжесвидетельстве в пользу Виды Лу, она продолжала заявлять о своей невиновности. В конце концов районный прокурор довел дело до конца.

– Как я подозреваю, первая апелляция – это начало долгого пути, – заметила Дана.

– Да. Но она все равно получит по заслугам.

– Я все еще с трудом верю, что она в камере смертников.

– Она сама себя довела до этого. Не жалей ее.

– Я не жалею.

Малыш зашевелился, требуя внимания. Успокоив его, Дана улыбнулась Янси.

– У меня тоже есть новости.

– Да?

– Сегодня снова звонил Вэйд Лэнгли.

– Он хочет, чтобы ты вернулась на работу?

– Да, и я собираюсь.

– Кошмар! Ты же не можешь оставить Адама!

– Я думала, ты скажешь, что понимаешь меня.

– Ты ведь знаешь, я просто тебя дразню. Не важно, как ты поступишь, знай одно: я поддерживаю тебя на сто процентов.

– Поверь, ни работа, ни что-то еще не оттеснят вас с Адамом на второй план.

– Я знаю и сам пробую соответствовать такому принципу.

– У тебя прекрасно получается. – Она помолчала. – Я все еще расстроена, что ты не получил Нобелевскую премию.

– Да, не получил. Но пойми меня правильно – эта премия была бы чем-то вроде излишка соуса для мяса с картошкой, как ты однажды выразилась. Черт побери, я получил гораздо больше, чем заслуживает любой мужчина! – Он наклонил и поцеловал Дану в нос.

– Я знаю, но…

– Никаких «но», миссис Грейнджер. – Янси усмехнулся. – Я не получил премию, но моя работа продолжается. Например, конгрессмен и его жена забеременели.

Дана улыбнулась тому, как он построил последнюю фразу.

– Я рада. Чудеса все же случаются.

– Это я сделал их счастливыми.

Дана опустила глаза.

– Эй, наш сын перестал сосать. Он спит. – Она отняла ребенка от груди и уложила в колыбель, а когда обернулась, Янси протянул к ней руки.

– Теперь я на очереди, любовь моя.

Примечания

1

Кровать и завтрак. – Здесь и далее примеч. пер.