Огни юга - Мэри Бакстер

– Слушай, старина, – снова заговорил Броди, – я оставлю тебя наедине с твоими страданиями. До завтра.

– Пока.

Янси посмотрел вслед Броди и снова погрузился в свою боль. Теперь он может сделать то, что давно хотел, – исчезнуть в ночи. Никто, кроме Виды Лу, не спохватится. А может, и она тоже. Возможно, она все-таки поняла, что он не собирается иметь с ней никаких дел.

Казалось бы, чего проще – взять и уйти. Но он то и дело оборачивался, слышал шум в гостиной. Дана еще там. Он должен увидеть ее в последний раз.

Чертыхаясь, он начал пробираться через толпу смеющихся гостей, желая отыскать ее, и тут услышал грохот и дикий крик. Он кинулся к лестнице.

– Нет!

Но он опоздал, все произошло слишком быстро. Прежде чем он успел сделать шаг, тело Даны лежало у его ног.

Их окружили гости. Не обращая внимания на крики и духоту, Янси склонился над Даной, которая лежала на полу, смертельно бледная.

– О Боже, только не это! – шептал он, щупая ее пульс. Слава Богу, она еще дышит!

– Звоните 911! – крикнул кто-то у него за спиной.

– Дана, ты меня слышишь? – Янси уловил панику в своем голосе, хотя, как врач, прекрасно понимал, что должен сохранять спокойствие.

– Вот черт! – Броди опустился рядом на колени. – Как это могло произойти?

– Она упала с этой чертовой лестницы, – объяснил Янси, умолчав о том, что за углом видел блестящие глаза Виды Лу.

– Господи Иисусе! – пробормотал Броди.

– Дана! – Янси коснулся ее щеки. – Ты меня слышишь?

Ее веки затрепетали.

Увидев это, Янси едва удержался от слез. Он ощупал ее тело, определяя, нет ли переломов. А потом увидел кровь. Лужа крови у нее между ногами.

Да где эта чертова «скорая помощь»? Стараясь вести себя как полагается профессионалу, Янси прошептал:

– Цепляйся за меня.

Дана открыла глаза и вцепилась в его рубашку.

Он нагнулся ниже.

– Ш-ш-ш… не пытайся говорить.

– Я… – Ее веки дрогнули, и она затихла.

Янси подумал, что сейчас его сердце разорвется пополам. Если она умрет…

– Пожалуйста… – Дана потянула его за рубашку.

– Что, любовь моя? – Он положил ее руку себе на грудь.

Она облизнула пересохшие губы и прошептала:

– Спаси нашего ребенка.

Янси обомлел. Она носит его ребенка? Эта мысль ошеломила его.

Снова реальность мстит ему. Он думал, что только ее жизнь лежит на чаше весов, а оказалось, что их две. Если она выживет, а ребенок погибнет…

Сейчас не надо об этом думать. И о своей вине тоже. Но он не мог избавиться от мыслей. Если бы он не спал с Видой Лу, толкнула бы она Дану?

– «Скорая» приехала, Янси! – сообщил Броди. – Расступитесь! Дайте пройти!

– С тобой и с ребенком все будет в порядке, – прошептал Янси Дане на ухо. – Я обещаю.

Он молился только об одном – как бы выполнить свое обещание.

Глава 46

Дане никогда не забыть его лица. Ей было больно от удара, но в памяти возникало лицо Янси, склоненное над ней. Он звал ее по имени, в голосе звучал страх, а в его глазах она читала любовь. Этого она никогда не забудет.

Тогда-то она и поняла, что все еще любит его и будет любить всегда. Она знала – он сделает все, что в его силах, ради спасения их ребенка.

Склонившись к ней после того, как ее выкатили из операционной, он прошептал:

– Пока все идет хорошо. Ты не потеряла ребенка.

Она слабо улыбнулась и положила его руку себе на живот.

Это было два дня назад. Янси появлялся в палате ежечасно в сопровождении других докторов. Его ласковый взгляд говорил ей больше, чем слова.

Он не разрешал никому навещать ее, но она настояла на приходе Эйприл, своей лучшей подруги, и коротко поговорила с детективом Фэрчайлдом, сообщив ему все, что сказала мать.

Эти беседы дались ей с трудом. У нее обнаружилось легкое сотрясение мозга и многочисленные ушибы. Однако, к счастью, и она, и ребенок не слишком серьезно пострадали.

Сердце Даны болезненно сжималось при мысли о том, что она могла потерять ребенка. Сколько она ни пыталась, она не могла забыть жуткое пресс-папье, признание Виды Лу, ощущение того, как рука матери толкает ее в спину.

Если бы Вида Лу оказалась сильнее…

Дана в ужасе открыла глаза и увидела больничную палату. Повсюду цветы, пахнет, как в цветочном магазине. Большую часть принес Янси, хотя Эйприл и больничный персонал тоже поставили свои букеты.

Стук в дверь отвлек Дану от мрачных мыслей. Она слишком долго оставалась наедине с собой.

– Входи! – крикнула она, думая, что это Янси.

Это действительно оказался он, но не один. Его сопровождал детектив Бойд Фэрчайлд.

– Я колебался, пускать ли его снова, – заявил Янси прямо с порога.

– Но после того как услышал новости, – перебил детектив, – строгий доктор решил, что вам лучше увидеть меня.

Дана вздрогнула.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – с беспокойством спросил Янси.

– Прекрасно. – Их глаза встретились. Как бы им хотелось остаться в палате вдвоем!

Детектив деликатно кашлянул.

– Это относительно моей ма… Виды Лу, не так ли? – спросила Дана, оборачиваясь к нему.

Фэрчайлд кивнул, потом сел на стул возле ее кровати.

– Я подумал, вам будет интересно узнать, что мы обнаружили орудие убийства: оно лежало именно там, где вы сказали. Даже при этом миссис Динвидди изображала в суде святую невинность.

– Невинность, черт бы ее побрал! – пробормотал Янси, прислоняясь к стене.

Дана задохнулась.

– Но как она может это отрицать, когда сама мне призналась?

– Чтобы перечить вашим словам.

– Вы думаете, она нормальная?

– Сейчас ее обследуют, но думаю, она вполне нормальна и способна предстать перед судом. Конечно, она наняла самого лучшего, самого дорогого адвоката.

– Если она сумеет оправдаться… – Дана задрожала всем телом.

– Я намерен сделать все, что смогу, чтобы этому помешать, – суровым тоном заявил детектив и встал.

Дана протянула ему руку.

– Спасибо.

– Удачи вам, – сказал Фэрчайлд, осторожно пожимая ее пальцы. – Я знаю, вы ждете ребенка – Он покраснел. – Надеюсь, все будет хорошо.

В глазах Даны появилась нежность.

– Еще раз большое спасибо.

– Я свяжусь с вами.

Когда он ушел, Янси стукнул себя по колену.

– Проклятие, я совсем забыл! Руни ждет. Ты хочешь увидеться с ним?

– Конечно, хочу.

– Он уже собирался войти сюда, но я… – Янси замолчал и сжал губы.

– На твоем месте я бы не волновалась насчет Руни.

– Почему?

Дана секунду колебалась, потом выпалила:

– Он ведь мой единокровный брат. Шелби Тримейн был моим отцом.

– Господи, Дана!

– Подумать только, она толкала его на то, чтобы он женился на мне! – Подбородок Даны задрожал. – Я почти убеждена, что она больная.