Крестные матери - Камилл Обре

– Что?! – Она почти сразу нахмурилась от беспокойства. – Где она? С ней есть врач? Хорошо, я скоро буду. – Петрина повесила трубку. – Эми упала в обморок на улице. Она уже дома. Я иду к ней.

* * *

Эми лежала в постели, пытаясь понять, что же произошло. Она возвращалась домой из бара и чувствовала себя прекрасно, но на середине пути перед глазами вдруг закружились мелкие черные точки, от которых она пыталась отмахиваться, словно от мух. Но вскоре точек стало так много, что они заслонили ей зрение, как густая темная вуаль, и Эми почувствовала, как падает в черноту.

По счастью, ее бармен, как раз выйдя на улицу покурить, увидел, как она оседает на мостовую. Он крикнул помощника, и они позвонили Сэлу, чтобы тот отвез ее домой и вызвал врача.

Когда пришла Петрина, Эми уже спала. Доктор объяснил ситуацию, дал Петрине несколько указаний и ушел. Потом домой вернулась Люси, и Петрина поднялась к ней в квартиру, чтобы поведать новости.

– Люси, врач считает, что Эми беременна, – прямо сказала Петрина. – Он взял анализы и скажет точно, когда получит результаты, но он почти не сомневается в этом.

Люси механически сняла шляпу и пальто. Казалось, ей стоит больших усилий заговорить.

– За прошедшие недели я чувствовала, что что-то не так, – отрешенно сказала она. – Я просто пыталась выкинуть это из головы. Но беременные выглядят по-особенному с самого начала, еще до того, как станет видно животик.

Петрина молчала, боясь того, до чего могла дойти Люси в своих догадках.

– Получается, что это ребенок Фрэнки, правда? Должно быть так. Кто еще мог его сделать? – просто сказала Люси.

– Эми все время говорила, что Джонни лучше себя чувствует. Возможно, они с Джонни… – начала было Петрина, но беспомощно осеклась.

– Ни малейшего шанса, – безжалостно возразила Люси. – Я ездила навестить Джонни после того, как Фрэнки покинул город. Бедняга едва дышал, где уж там заниматься любовью…

Ее удивило, что у нее внезапно перехватило дыхание при воспоминании о том, каким истощенным выглядел Джонни – казалось, его халат стал больше, а сам он уменьшился. Но деверь был в прекрасном настроении, он так хотел выздороветь, что это еще больше угнетало ее.

«Я тебе кое-что скажу, Люси, – говорил он ей. – Я много читал о жизни и наконец понял, действительно понял. Нельзя позволить жерновам общества перемолоть вас в пыль. Как только я вырвусь из этого заточения, в нашей жизни грядут перемены. Я научу своих мальчиков читать и учиться, я избавлю их от общества гангстеров и мошенников». Но потом он снова откинулся на подушки, утомленный одним только желанием создать для детей лучшее будущее.

– Ради бога, я же не дура, – сказала Люси Петрине. – Я умею считать месяцы. Это должен быть ребенок Фрэнки. – Она быстро просчитала в уме сроки. – Должно быть, это случилось в горах, когда они вдвоем ночевали в гостинице из-за бури. Той ночью у меня возникло странное чувство, но я сказала себе, что зря беспокоюсь. Оказалось, не зря. – Глаза ее вспыхнули, будто она ждала, что Петрина будет возражать, и готовилась дать отпор.

Уже несколько месяцев Люси волновалась о Фрэнки, пока наконец Сэл не получил весточку, что тот в «безопасности», что бы это ни значило. Фрэнки не решился передать, где находится. Сэл считал, что у них есть надежда найти Криса. Люси мучило чувство вины от героического ухода Фрэнки. Теперь она все поняла.

– Неудивительно, что мой трусливый муженек сбежал в Ирландию, – сухо заметила она. – Интересно, кого ему было страшнее встретить – меня или полицию?

– Фрэнки мой брат, и пусть иногда он безрассуден, но все равно тебя любит, – твердо ответила Петрина. – Он всегда любил тебя, с первого дня, как ты появилась в его жизни. Если произошла какая-то глупость – ну, это уже случилось. Ничего не изменишь. А сейчас он рискует жизнью из любви к тебе и Крису. Так что забудь об Эми. Она оступилась. Ей было слишком одиноко без Джонни. Подумай о детях! Ты крестная ее близнецов, и они тебя обожают.

– Знают ли дети, что у нас в семье появится новый ребенок? – резко спросила Люси.

Петрина покачала головой.

– Мы сказали, что у Эми простуда, – сказала она. – Я отправила близнецов и Джемму на ужин в дом Филомены. Они проведут там еще некоторое время. Так что, если тебе хочется закричать и устроить скандал, займись этим прямо сейчас, чтобы сразу покончить с этим. Я не разговаривала с Эми, поэтому точно мы ничего сказать не можем. Но если ты права, попробуй всех простить, хорошо, Люси? Потому что, поверь мне, ненависть только разъедает изнутри, но не поможет даже на малую толику изменить то, что случилось.

Странно, но Люси стало легче оттого, что ей пытается помочь Петрина, шикарная, образованная Петрина, которая тем не менее тоже пострадала от измены мужа.

– Ой, заткнись, пожалуйста. Лучше налей мне виски, – с оттенком благодарности в голосе произнесла Люси.

Она наблюдала, как длинные тонкие пальцы золовки наполнили два бокала. Петрина была такой стройной и высокой, из-за чего Люси по сравнению с ней чувствовала себя немного… пухлой. Посмотрев на свои крепкие короткие пальцы, Люси сокрушенно подумала, что после постоянной возни с кровью и кишками в больнице не получится стать утонченной. Ей бы очень хотелось этими же руками прямо сейчас радостно задушить Фрэнки. Но она понимала, что Петрина права – Фрэнки и правда любит ее и Криса, даже рискует ради них жизнью. Люси отчаянно хотелось, чтобы они оба вернулись домой. Вот тогда она и свернет им шеи. Она даже поняла, что тайно надеется обнаружить, что ребенок Эми на самом деле не от Фрэнки. Возможно, у Эми была интрижка с одним из врачей в санатории? Такие женщины, как Эми, боготворили докторов как спасителей.

Петрина, испытывающая облегчение оттого, что с плохими новостями покончено, потрепала Люси по плечу и задумчиво проговорила:

– Не знаю, подходящее ли сейчас время для такого разговора. Но мы с Филоменой наняли частного детектива, чтобы он нашел ту странную монашку, которая шныряла неподалеку от кабинета Фрэнки в тот день, когда копы нашли там ворованное ожерелье.

Люси надеялась снять вину с Фрэнки.

– Вы что-нибудь обнаружили?

– Возможно, – ответила Петрина. – У меня встреча с детективом в пятницу. Вдобавок Глория, швея из того же здания, позвонила и сообщила, что закончила воротничок для Пиппы. Так что я собираюсь с ней еще раз поговорить. Идем со мной и посмотрим, что удастся выяснить.

– Хорошо, – кивнула Люси, внезапно ощутив утомление от противоречивых чувств.

Петрина поднялась, пошла к духовке и, заглянув внутрь, надела рукавички