Обречённые - Наталия Яковенко

Мы побрели вдоль обрыва скалы. Наслаждаясь прогулкой, я понимал, что Джейн здесь нравится. Ей было хорошо и спокойно, как и мне.

Впоследствии мы разговорились о наших родителях. Признавшись ей в деспотичности отца по отношению ко мне и матери при жизни, я получил откровение, которое не ожидал услышать. Джейн рассказала, что вот уже три года следит за своим биологическим отцом. Приезжая в его родной город на выходных, она часами стоит у его дома, пытаясь набраться смелости познакомиться с ним. Но так и не нашла сил одолеть свой страх и подойти к нему.

— Почему до сих пор не сделала этого? — спросил я.

— Мне страшно, — произнесла она. Вполне нормальное человеческое чувство. Я понимал её, ведь сам всегда всего боялся. Сколько времени проводил у её окон, чтобы быть ближе. Чтобы ощутить причастность к её реальной жизни. Строя иллюзия по каждому поводу, я принимал факт своей беспомощности буквально ко всему. Даже не смел, признать, что уже далеко не человек. Мы замолчали. Долгая пауза, затянувшаяся между нами, казалась не прекратиться.

— Но жизнь лишь одна, — я наконец-то нарушил тишину. Джейн взглянула на меня.

— Я не нужна ему, — сказала она. Затем опустила голову.

— Почему ты так решила, если даже не разговаривала с ним?

— Если бы ему была не безразлична моя судьба, то он не бросил бы меня. — Она вздохнула, вбирая свежий воздух в свои лёгкие. Стук волн о скалы. Плеск воды о каменистый берег озера. Слегка влажные от слёз глаза Джейн. Всё это заставило ощутить тоску. Невыносимое чувство бесполезности настигла меня в те секунды. Я был повержен тем, что не способен осчастливить любимого человека. Трагедию такого рода она должна была пережить в абсолютном одиночестве.

— Мы познакомимся с ним, — неожиданно произнёс я.

— Что? — Джейн удивлённо на меня посмотрела.

— Мы поедим к нему, и ты с ним познакомишься. Я поеду с тобой.

— Но почему? Зачем тебе всё это?

— Хочу, чтобы ты улыбалась. И чтобы в твоих глазах никогда не было слёз печали, только радость.

Она стояла напротив. Я видел в её глазах своё отражение. Я утопал в нежности её взгляда. Мы долго не сводили глаз друг с друга. Расстояние между нами медленно начало сокращаться. Всё ближе и ближе. Я прильнул к её губам. Пальцами дотронулся до шёлка её волос. Я почувствовал себя живым. Лёгкое прикосновение к любимым губам. Тепло тела. Мягкая кожа. Родной добрый взгляд. Неужели это действительно та единственная долгожданная любовь, окрыляющая на истинные подвиги? Стоя там, на краю пропасти, казалось, что время остановилось. Мы были его частью. Каплями времени застывшими в вечности. Наполненное духовным спокойствием бренное тело начинало дышать. Первый вздох. Первый взгляд на жизнь со стороны олицетворяющий точку отчёта моего искупления за совершённые грехи. Страх живший внутри с момента моей смерти вмиг растворился в бескрайних просторах любимых глаз. Я не мог пошевелиться. Не в состоянии был уйти. Словно опьянённый сладким ароматом любви, я ощутил свободу, о которой так долго мечтал. Мимолётные ласки прохладного ветра. Зябкость холодных родных пальцев. Я держал её руку в своей руке. Не веря в своё счастья, я думал, что продолжаю спать окутанный прекрасным сном. Забвению поддавались все прежние воспоминания, мысли, переживания. В те мгновения их не существовало. Они растворились в очередном невидимом потоке воздуха. Уносясь, прочь. Вдаль. За горизонт. Туда откуда как казалось, нет шанса вернуться.

Я был счастлив и напуган одновременно. Счастлив от того, что наконец-то возможно смогу не скрывать свои чувства к Джейн. Напуган тем, что в прошлом ни разу не получалось удержать рядом то, что любимо и дорого.

— Прости, — она отстранилась от меня.

— За что? — удивился я. Она ничего не ответила. Её щёки покрылись лёгким багрянцем. Джейн поправила волосы за ухо, опустила глаза и направилась в сторону автомобиля. После мне было страшно услышать, что же стало истинной причиной такого отказа от случившегося, поэтому я не стал переспрашивать в надежде, что так и должно было быть.

Как быть с теми пороками, которые не давали мне начать всё с чистого листа? Как быть с теми, кто не желал отпускать меня дальше, чем на расстоянии вытянутой руки? Я не знал, как поступлю дальше, чтобы навсегда избавится от зыбкости своего счастья. Преступный мир прошлого без конца продолжает преследовать меня. В голове сотни кусков слепленных воедино. Царящий хаос никогда не прекратится на страницах моей истории. Запертый в собственном теле, я без устали пытаюсь оправдать смысл своего существования. И казалось, когда наконец-то я нашёл его, появляется вопрос, на который никогда не найду ответа. Смогу ли я удержать её?

Я стою на берегу океана. Ветер обдувает моё лицо. Мои босые ноги ласкает прибой. Лёгкая невесомая пена тихо шипит, омывая белый песок. Высоко в небе летают стаи птиц. Она стоит вдали от меня. Я мысленно прикасаюсь к её ладони и сжимаю в своей руке. Она поднимает голову и смотрит на меня. Большие нежные глаза, в них умещается вся моя вселенная. Боль, тоска, печаль, уныние не пугают уже. Ведь она совсем рядом. Долгие годы странствия не сломили мою веру однажды найти её. И вот теперь… я нашёл, но по-прежнему, как и много лет назад стою лишь с краю её судьбы, не решаясь подойти ближе.

Мы стояли напротив дома её биологического отца. Красивый фасад, белоснежный забор, ухоженная подъездная дорожка, большой гараж, великолепный дом. Через минут десять к дому подъехал автомобиль. Оттуда вышла женщина и двое детей — мальчик лет пятнадцати и девочка лет десяти. Вскоре вышел мужчина, ради которого мы здесь оказались. Высокий шатен средних лет, в прекрасной физической форме. На лице Джейн возникли изменения, чувство беспокойства от того, что она его видит.

— Всё хорошо? — тихо спросил я, протягивая свою руку к её руке. Я крепко сжал её, чтобы показать ей свою поддержку. Джейн кивнула головой, после тяжело вздохнула. — Ты сможешь, — успокаивал я, понимая возможность того, что она уже передумала встречаться с ним. С виду они выглядели очень счастливыми. Женщина приблизилась к маленькой девочке и взяла у неё из рук сумку. После они дождались, когда мужчина вытащит из багажника оставшиеся вещи, потом все вместе направились внутрь дома. Они улыбались.

— Я не могу, — среди молчания раздался голос. Я прекрасно понимал её чувства и страх, но так же я знал цену времени, потому как в пустую прожигал его ни один десяток лет. Поэтому самое важное было не упустить момент между тем, что нужно сделать и чего делать не стоит.

— Почему? — спросил я, так и не отпустив её руку.