Обречённые - Наталия Яковенко

— Это он! — прокричала сестра, споря со мной о причастности Нортона в смерти отца.

— Но зачем ему это делать? — не понимал я. Нортон был знаком с нашим отцом много лет. Его семья всегда дружила с нашей. И у меня никогда не возникало подозрение, видя их общение, что он способен на гнусность по отношению к нам.

— Ты защищаешь убийцу нашего отца?!

— Я никого не защищаю. Только мне нужны веские доказательства, чтобы лишить кого-то жизни.

— Я читала его переписку с одним из конкурентов нашего отца. Он был предателем. Ему была выгодна его смерть. Как только тот погибает, все акции компании переходят к нему.

— Но есть ещё мы?

— Да. Но где ты был все эти годы? Если не ошибаюсь в детдоме? А где был Нортон? — с сарказмом говорила она. — Ах, да, он тратил наши деньги.

— Но теперь мы взрослые и имеем право, распоряжаться деньгами, как пожелаем.

— Наивно полагаешь, что он уже не обворовал компанию?! Думаешь, ждал тебя?! Готовил и нагревал тебе тёплое кресло? Не будь таким сказочником? — недовольно произнесла сестра.

— Письма остались?

— У меня их с собой нет.

— Я не смогу причинить ему вред без доказательств. У меня нет оснований полагать, что он станет на моём пути. — После Ребекка прошла к комоду и достала оттуда несколько листов бумаги. Затем она кинула их на стол.

— Вот. Любуйся, идеалист, — язвительно сказала она и присела в кресло.

— Что это? — удивился я, пролистывая листы.

— Читай внимательнее.

— Не может быть. — Я не верил глазам.

— Может. Может. Пока ты отбывал свой срок в детском доме. Этот милый и, по твоему мнению, честный человек обокрал нас. — Я судорожно пробегал взглядом по строчкам. Одна за другой. Передо мной был договор, по которому Нортон продал компанию отца нашим конкурентам.

— Почему он принял это решение, ничего не сказав мне?

— Может потому что приближалось наше совершеннолетие, — предположила сестра.

— Нужно прийти к нему. Пусть объяснит всё! Почему не предупредил раньше. Ведь я видел его буквально неделю назад.

— Этот червь не стоит того, чтобы давать ему возможность выкрутиться. Он должен поплатиться за своё преступление.

— Но это, — я поднял бумаги со стола, — ещё не доказывает его вину в убийстве отца, — нужно, чтобы ты показала мне переписку Нортона с конкурентами.

— Я тебе говорю! Твоя сестра. Единственный родной человек, который у тебя остался. И они тоже были моими родителями. Так что не стоит убеждать меня, что я не должна отомстить за их смерть.

— Просто, — сомнения накрывали меня с головой. Возможно от того, что не желал принимать правду. Она была слишком неожиданной и жестокой для меня.

— Значит, ты мне не доверяешь? — Ребекка отошла от меня в сторону. Она склонила голову, сделав вид, что опечалилась.

— Прекрати. Я не хотел усомниться в тебе. Я верю, что так всё и было, — тихо произнёс я, приближаясь к ней.

Каким же я был наивным и доверчивым в те годы. Сестра крутила мной, как желала. Не возражал. Не требовал. Не упрекал. Всё. Всё только ради её счастья.

Я постучал. Двери открыла жена Нортона. На руках у неё была младшая дочка. Ей было около трёх. Большие наивные детские глаза пристально смотрели на меня. Сердце дрогнуло от того, что на этот раз я пришёл предать их.

— Оуэн. Рада, что решил заглянуть к нам, — дружелюбно произнесла Нора. — Проходи. Мы как раз собирались ужинать. — Я прошёл в холл. — Нортон в кабинете. Будь как дома, не стесняйся. — Нора удалилась в сторону столовой. Я не спеша прошёл вглубь дома. Подошёл к кабинету. Постучался. Из-за двери послышался голос Нортона.

— Да. Входите! — Я зашёл. Он был рад меня видеть. Как только я закрыл за собой двери, он подскочил и поприветствовал меня. На его лице была знакомая приветливая улыбка.

Я не мог простить Нортона. Не мог. Не из-за того, что он предал нас, уничтожив фирму отца, а за то, что он лишил меня последней веры в то, что не все люди алчные и корыстные. Окунуться в мир жестокой реальности. Забыть светлые и хорошие воспоминания, связанные с этими людьми. Отпустить сомнения и оставить на растерзание мести, которую порождала моя сестра. Заражая агрессией, подозрительностью, отчаянием она превращала меня в животное, которому становилось безразлична судьба окружающих. Как жаль, что пришлось проститься с последними детскими фантазиями.

Самые дорогие и волнительные дни остаются в нашем детстве. Всё в первый раз. Надежда. Вера. Игра. Роль. Любовь. Наивные слова. Правильные поступки. Важные знания. Детская душа насквозь пропитана добрыми намерениями до тех пор, пока не сталкивается с реальностью. Истина, которая однажды пробуждает в маленьком человеке понятия борьбы, потери, непонимания, горя, одиночества, смерти. Безразличие со стороны взрослого приводят к утрате наивности. Сталкивая вниз. Летишь в пропасть. Темно и сыро. Вязкое болото затягивает тебя. Негативные эмоции. Моральное разрушение чистоты души. Гнетущее чувство пронизывает сердце. Появляется страх того, что ты никогда не сумеешь выкарабкаться из грязи, в которой находишься. Быстро начинаешь расти, разумом понимая, что по-другому нельзя. Нет времени остановиться и одуматься. Бежать. Как можно дальше от скудности жизни. Понимание, которое ты так долго ищешь, не найдёт тебя само. Перед глазами возникает единственный выход, к которому рано или поздно подходят все — быть сильным. Ведь ждёт борьба за право существовать в этом мире. Выжить любой ценой — вот главная задача, для которой ты родился. Позади нас остаются дороги, которые ранее были окрашены в радужные цвета. Благоухающая поляна, по которой ты бегал в своих детских снах. Жёлтое море. Синие деревья. Фиолетовое небо… Можно продлить жизнь. Можно её остановить. Как жаль, что нельзя вернуть хоть один день беспечного детства.

Глава 20 Бесценность

Неумолимо бежит время. Заставляя нас окунуться в водоворот событий, отнимает память. Непорочно и невинно оно окидывает собой все изъяны, встречающие на пути. Словно помогая забыться в настоящем, выкидывает на берега прошлого. Столкнуться с ним лицом к лицу и понять прелести реальности, в которой не хотел просыпаться ещё вчера. Не искать выхода, чтобы скрыть все грехи, которыми полон разум. Умирать каждую ночь, чтобы снова и снова видеть восходящее в небе солнце. Миг, который застывает перед глазами. Хочется остановиться и никуда не оглядываясь остаться здесь и сейчас. Не сожалея об ушедших днях. Не тратя единственное ценное, что у тебя есть. Драгоценность времени несоизмеримо ни с чем, если ценишь секунды улетающей жизни. Наслаждаться и не искать повод вернуться назад. Исчезающие минуты, тонущие в просторах прошлого. Не сравнивая линии судьбы. Без сожаления отпуская то, что печалит, тяготит, мучает. Но ведь тогда самые бесценные мгновения, заставляющие выучить, помнить и понимать смысл жизни, навсегда останутся в тени.