Таинственная история Билли Миллигана - Дэниел Киз

– Расходимся одновременно, – ответил Руп, – и успокаиваемся.

Они посмотрели друг другу в глаза, а потом выпустили друг друга и разошлись.

В дверном проеме уже появился доктор Кол. Он велел другим санитарам подвозить каталку.

– Это мне не надо, – сказал Рейджен. – Передозировку никто не пил.

– Все равно надо поехать в больницу и убедиться в этом, – ответил доктор Кол. – Мы точно не знаем, принимал ли Билли таблетки во время отъездов или прятал. Кто-то сказал, что выпил слишком много таблеток. Так что надо проверить.

Кол продолжал говорить с Рейдженом до тех пор, пока тот не ушел. Появился Дэнни с дрожащими коленками, вскоре у него закатились глаза, Руп подхватил его и уложил на каталку.

Потом они вышли на улицу и стали ждать машину «Скорой помощи». «Скорая» повезла Миллигана в мемориальную больницу О’Бленесс, и Руп всю дорогу сидел с ним рядом.

В реанимации у него сложилось ощущение, что врач не особо рад, что к ним привезли Билли Миллигана. Руп приложил все усилия, чтобы объяснить доктору, как следует обращаться с Миллиганом и какие меры предосторожности принимать: «Если он заговорит со славянским акцентом, то от него лучше отойти, и пусть с ним общается медсестра обязательно женского пола».

Не обращая на него внимания, врач смотрел на закатившего глаза Дэвида. Руп уже понял, что вместо него сейчас выйдет Дэнни.

– Прикидывается, – констатировал доктор.

– Он переключается и…

– Миллиган, слушай, я промою тебе желудок. Введу тебе через нос трубки и промою.

– Нет, – застонал Дэнни, – не надо трубок… не надо шланга.

Руп догадался, что Дэнни себе вообразил, поскольку мальчик рассказывал, как ему в задний проход засовывали шланг.

– Хочешь ты или нет, но надо, – ответил врач.

Руп заметил переключение.

Рейджен резко сел и быстро оценил ситуацию.

– Слушай, – начал он, – я не позволяю какой-то жалкий доктор на мне делать учебную практику.

Врач сделал шаг назад, внезапно побледнев, развернулся и вышел из кабинета.

– Да пошел он к черту, пусть сдохнет, мне-то что.

Через несколько минут Руп услышал, как реаниматолог звонит доктору Колу и объясняет ситуацию. Затем врач вернулся, уже не такой неприятный и говорливый, и попросил одну из медсестер принести двойную дозу таволги, чтобы Миллигана вырвало. Рейджен ушел, и в пятно снова вышел Дэнни.

Его стошнило, и доктор сделал анализ. Следов лекарств обнаружено не было.

Руп с Дэнни вернулись на машине «Скорой помощи» обратно. К тому времени было уже два часа ночи, Дэнни ничего не понимал и сидел тихо. Ему хотелось лишь одного – спать.

На следующий день команда терапевтов сообщила Билли, что его решили перевести в мужское отделение номер пять закрытого типа. Он не мог понять почему, ведь он ничего не знал ни о предполагаемой передозировке, ни о поездке в больницу с Майком Рупом. На него через дверь смотрели какие-то незнакомые санитары, так что Рейджен вскочил на кровать, разбил о стену стакан и протянул руку с осколком. «Не приближайтесь!» – предупредил он.

Норма Дишонг побежала к телефону звать на помощь. Через несколько секунд в динамиках зазвучали слова: «Код зеленый».

Появившийся в дверях доктор Кол увидел напряжение на лице Рейджена, услышал его полный злобы голос:

– Давно я не ломал костей. Идите, доктор Кол. Вы первый.

– Рейджен, зачем тебе это?

– Вы предали Билли. Все здесь его предали.

– Это не так. Ты же понимаешь, что все эти проблемы – из-за статей в «Диспэч».

– Я не иду пятое отделение.

– Рейджен, надо. От меня уже ничего не зависит. Это теперь вопрос безопасности.

Кол печально покачал головой и вышел.

Три охранника, держа перед собой матрас, бросились на Рейджена и прижали его к стене. Еще трое уложили его на кровать лицом вниз и схватили за руки и ноги. Артур остановил Рейджена. Сестра Пэт Перри слышала, как Дэнни кричал: «Не насилуйте!»

Артур увидел сестру со шприцем.

– Торазин его остановит.

– Не надо торазина! – закричал Артур, но было уже слишком поздно.

Он слышал, что доктор Уилбур говорила о вреде нейролептиков для пациентов с множественной личностью, поскольку они провоцируют еще большее расщепление. Он постарался замедлить ток крови, чтобы препарат не попал в мозг. Артур заметил, что шесть рук взяли его и потащили из комнаты, потом спустили в лифте на третий этаж, где находилось пятое отделение. Видел смотревшие на него любопытные лица. Кто-то показал ему язык. Кто-то разговаривал со стеной. Кто-то мочился на пол. Ужасно пахло рвотой и фекалиями.

Его бросили в небольшую комнатушку, в которой не было ничего, кроме матраса в полиэтилене, и заперли дверь. Услышав хлопок, Рейджен подскочил, чтобы ее вышибить, но Артур остановил его. В пятно вышел Сэмюэль, упал на колени и завыл: «Ой вей! Боже, за что ты меня оставил?» Филип выругался и рухнул на пол; Дэвид принял на себя боль. Кристин, лежа на матрасе, рыдала; Адалана поняла, что ее мокрое лицо лежит в луже слез. Кристофер сел и начал играть с ботинками. Томми захотел посмотреть, удастся ли отпереть дверь, но Артур выдернул его из пятна. Аллен принялся звать адвоката. Эйприл, переполняемая жаждой мести, воображала, как все здание будет гореть. Кевин ругался. Стив над ним издевался. Ли хохотал. Бобби думал, что мог бы улететь через окно. Джейсон закатил истерику. Марк, Уолтер, Мартин и Тимоти метались по запертой комнатушке, словно безумные. Шон жужжал. Нежелательные личности уже не поддавались контролю Артура.

Молодые санитары пятого отделения наблюдали в окошко за тем, как Миллиган кидается на стены, крутится волчком, бубнит что-то разными голосами и с разными акцентами, смеется, плачет, падает на пол и снова встает. Они все сошлись во мнении, что перед ними буйнопомешанный.

На следующий день пришел доктор Кол и сделал Миллигану укол амитала, успокоительного, которое приводит в сознание. Билли почувствовал, что происходит частичное слияние, но чего-то не хватало: без Артура и Рейджена, которые остались в стороне, как тогда, перед судом, он был разъединенным Билли, пустым, перепуганным и растерянным.

– Доктор Кол, пустите меня обратно в ПИТ, – взмолился он.

– Билли, сотрудники, которые работают в том отделении, теперь тебя боятся.

– Я никого не обижу.

– Рейджен был на грани. Угрожал куском битого стекла. Говорил, что порежет охранников. А мне собирался все кости переломать. Работники клиники грозятся начать забастовку, если мы вернем тебя в открытое отделение. И даже высказываются за то, чтобы тебя отправили отсюда.

– И куда?

– В Лайму.

Одно это слово Миллигана пугало. В тюрьме он слышал об этом месте. И помнил, как Швайкарт со Стивенсон боролись за то, чтобы он не попал в этот ад.

– Доктор Кол, не отправляйте меня туда! Я буду хорошо себя вести. Сделаю все, что скажут.

Кол задумчиво кивнул.

– Посмотрю, что в моих силах.

2

Кто-то из Афинского центра психического здоровья продолжал тайком общаться с прессой, и газеты по-прежнему пестрели заголовками о Миллигане. 7 апреля «Коламбус диспэч» заявил, что «Миллиган имитировал передозировку и угодил к больным, которых содержат под охраной».

Теперь нападки «Коламбус диспэч» были направлены не только на Миллигана, но и на Афинский центр психического здоровья вообще и доктора Кола в частности. Психиатру звонили по телефону с оскорблениями и угрозами. Кто-то из звонивших прокричал: «Как ты можешь защищать этого насильника, наркоман ты поганый, тупица, я тебя убью!» После этого доктор Кол начал пристально смотреть по сторонам, прежде чем сесть в машину, а на прикроватной тумбочке стал держать заряженный револьвер.

На следующей неделе в «Коламбус диспэч» опубликовали протест Стинциано против попытки Центра психического здоровья под руководством заведующей Сью Фостер определить Миллигана в другую клинику.

«СТИНЦИАНО ПРОТИВ ПЕРЕВОДА МИЛЛИГАНА ИЗ АФИН»

Член палаты представителей штата Майк Стинциано, округ Коламбус, скептически отнесся к стремлению представителей Центра психического здоровья города Афины замалчивать вероятность того факта, что Уильяма С. Миллигана могут перевести в другое учреждение.

Представитель демократической партии Коламбуса убежден в том, что только благодаря газетным публикациям в начале прошлой недели власти штата не смогли скрытно перевести двадцатичетырехлетнего психически больного насильника и грабителя.

“Я, честно говоря, уверен, что если бы факты не были обнародованы, его (Миллигана) перевели бы в другой штат или в (государственную больницу) Лаймы”, – сказал Стинциано.

Как заявила на прошедшей в среду пресс-конференции миссис Фостер: “Ход лечения Билли Миллигана был нарушен публикациями в прессе и его реакцией на них”.

Заведующая сослалась на многочисленные статьи, последовавшие за рассказом “Коламбус диспэч” о том, что Миллигана выпускают из афинской клиники без присмотра.