Министерство особых происшествий - Пип Баллантайн

—   А там ты смотрела? — спросил Веллингтон из-за китай­ской ширмы, протягивая Элизе ее перевязь с холодным ору­жием. — Ну ладно, продолжай искать.

Она одобрительно кивнула, принимая от него свое кожаное снаряжение. Веллингтон быстро учится.

Вынув свой любимый нож «Эльснер», Элиза отжала боко­вую стенку роскошного, красиво отделанного прибора и за­глянула внутрь. Ее взгляду предстало хитросплетение из ча­сового механизма, каких-то кронштейнов и шестеренок, во многом напоминавшее ее собственный граммофон; но затем ее внимание привлек вращающийся цилиндр, вставленный в свое гнездо. Граммофон не был заведен, но цилиндр все рав­но вращался, и тут она заметила тонкую проволочку, которая тянулась из граммофона к стене. «Отличная работа, Велли».

Едва успела она мысленно произнести эту похвалу, как Веллингтон Торнхилл Букс выступил из-за ширмы и остано­вился напротив небольшого камина, как будто ожидая ее одо­брения.

Она тихонько хихикнула, а затем извлекла из подставки граммофона музыкальный цилиндр. Когда комнату заполнили звуки «Старой песни о любви», она подошла к нему и радост­но улыбнулась.

—   Удачно выбранное место, чтобы поместить туда записы­вающее устройство, но, естественно, у него есть свои недо­статки, — сказала она. — Пока играет музыка, мы можем спокойно разговаривать, если только будем делать это доста­точно тихо.

Веллингтон облегченно вздохнул, а затем сделал шаг назад. Он поправил очки и выпрямился в полный рост.

—   Как вы меня находите, миссис Сент-Джонс? Достоин ли я сопровождать вас сегодня вечером?

Элиза обошла его вокруг, в полной мере наслаждаясь его неловкостью. Она находила довольно занятным, что она, дочь колоний, призвана оценить такой образчик английской ари­стократии. Хоть она этого и не произнесла вслух, выглядел он очень даже неплохо — лучше, чем того заслуживала их мерз­кая компания.

И все же она подступила к нему и поправила галстук. По­том разгладила складки на пиджаке. Это выглядело совсем уж по-супружески, но тем не менее она это делала.

—Думаю, достойны, — ответила Элиза, радуясь возмож­ности говорить свободно, — и теперь я могу дышать уже не­много спокойнее.

—   Простите?..

—   Мы просто должны все сделать в лучшем виде, Велли. А «поговорим» об этом позже. Хорошо?

Веллингтон предложил ей свою руку.

—   Что ж, миссис Сент-Джонс, тогда, возможно, спустим­ся к ужину?

Она широко улыбнулась ему в ответ, чувствуя, как в пред­вкушении погони ее сердце начинает биться чаще.

—Действительно — пойдемте!

Глава 21,

в которой подается поразительный ужин

Ноздри им обоим щекотали аппетитные дразнящие запахи. Даже Элиза в своей роли немой жены издала невразумитель­ный одобрительный звук, почувствовав этот аромат, обещав­ший сегодня вечером прекрасный ужин. Со второго этажа особняка слышались разные голоса, и по многочисленным фойе и коридорам поместья разносился чей-то смех. Все бы­ло очень прилично, очень цивилизованно.

Веллингтон взглянул на свою «идеальную жену», как о ней выразился Бартоломью, и почувствовал, как в груди у него что-то сжалось. Все это представление в спальне, конечно, было недостойно, но он и сам понимал, что к этому ее подтолкнула его собственная глупость. Прижавшись к нему столь интимным образом, она немедленно получила преимущество, потому что все логические рассуждения тут же вылетели у него из головы. Теперь, когда он снова взял в свои руки контроль над мыслями и чувствами, он понимал, что этим дело не закончится.

Им придется спать в одной кровати.

Она обладала множеством разных качеств. Страстная. Не­примиримая. Было в ней то, чего не было в нем. Может быть, поэтому он неожиданным образом оказался здесь, вне своего архива, и теперь рискует так, как ему даже не снилось? Перед глазами Веллингтона возник образ отца, печально качающе­го головой, а в ушах зазвучал его голос: «Ты разочаровал ме­ня, Веллингтон, тем, что оказался вовлечен в столь вульгар­ные действия».

«Твоя правда, — подумал Веллингтон. — Продолжай го­ворить. Мне это может понадобиться».

Внезапно он почувствовал, как она сжала его руку, и кори­дор перед ними закончился. И снова она резко вцепилась в не­го, но на этот раз, к счастью, втолкнула в какой-то чулан. Огля­нувшись, он увидел Элизу, которая закрыла за ними дверь и повернулась к нему лицом.

—   Ладно, Букс, выкладывайте, в чем дело?

—   А что? — выпалил он.

—   Выражение вашего лица не внушает мне никакого дове­рия. Предполагается, что мы с вами — просто богатые дураки.

—   Нуда, а при этом предполагается, что вы — немая. Да­же говоря что-то шепотом, вы рискуете полностью провалить всю легенду.

—   Это моя проблема, но не по себе мне вовсе не от это­го. — Ее ясные глаза буквальна сверлили его. — Все дело в вас. Вы справитесь?

—   А почему вы думаете, что не смогу?

—   Может, вы и проходили какую-то подготовку, но вы — не оперативный агент. А в настоящий момент моя жизнь на­ходится в ваших руках.

Он почувствовал, как в висках начала тяжело пульсировать кровь.

—   Значит, вы не особенно будете переживать по поводу пе­ревернутых столов?

—   Только не в том случае, когда нити управления секрет­ным заданием оказываются в руках агента, за плечами кото­рого только базовая подготовка.

Наклонившись к ней, он ухмыльнулся; то унижение, которо­му она подвергла его в спальне, подняло в нем волну злости.

Ваше доверие ко мне просто ошеломляет. — Она откры­ла было рот, чтобы ответить ему, но он не дал ей этого сделать и продолжал: — Элиза, как вы должны понимать, я сейчас в ужасе, но в данный момент я пытаюсь войти в роль, а вы мне в этом, мягко говоря, не помогаете. Если мы должны сыграть супружескую пару и если нам предстоит при этом забраться в логово льва, я должен полностью перевоплотиться в этого человека. А это значит, что вы не должны задавать мне вопро­сы или взывать к моему рассудку, — вы понимаете меня?

Глаза Элизы прищурились, но она согласно кивнула.

«Твердая рука, Веллингтон, вот что нужно простому на­роду».

Голос его отца. Его взгляд на вещи. Веллингтон нервно сглотнул и вздрогнул от неожиданной боли в горле.

—   Вот и хорошо. А теперь, пожалуйста, помолчите и веди­те себя тихо, пока мы снова не окажемся в безопасности на­шей спальни.

Они еще несколько мгновений простояли так в тишине чу­лана, а затем Элиза, тяжело вздохнув, опустила глаза.

—   Уже лучше, — прошептал он.

Веллингтон открыл скрипнувшую дверь и выглянул в кори­дор. Он кивнул ей через плечо, после чего они снова направи­лись вместе вниз, в главный обеденный зал.