Рождение любви - Ханна Хауэлл

— Ох, Роден, кажется, тебе очень хочется скандала! Элдон тихонько засмеялся:

— Верно. Шторм во гневе очень хороша! Ну, — сказал он, когда они вошли в зал, — где этот чертов шотландец, который торчит здесь почти две недели?

Энгус приятно проводил время в Хагалео. Поколотив нескольких английских воинов, он заставил людей лорда Элдона относиться к нему с почтением. Энгус понимал, что вряд ли когда-нибудь Мак-Лаганы и Элдоны будут сражаться бок о бок против общего врага, но был рад, что теперь они уже не пойдут друг на друга с оружием в руках.

Роден наконец отделался от окруживших его родственников и друзей. Энгус же все никак не мог прийти в себя, так он изумился. Родись у Тэвиша только сын, это уже было бы пределом мечтаний, но сразу двое детей… Такое счастье казалось чудом. Энгус дважды просил повторить эту новость и каждый раз покачивал головой.

— Девочка решила, как назвать малышей? — спросил он наконец.

— Думаю, да, но мне еще не сказала. — Элдон взглянул в окно, за которым бушевала гроза. — До отъезда в Карайдленд ты все узнаешь. Я напишу Мак-Лагану письмо и попрошу тебя передать его.

— Тэвиш приедет сюда, как только позволит погода.

— Да, захочет приехать. Но ему придется подождать, пока Шторм не оправится.

— Хочешь, чтобы девочка была настроена по-боевому? Роден усмехнулся:

— Да. Надо, чтобы эти двое до конца выяснили свои отношения, прежде чем начать совместную жизнь.

— Конечно, пусть разберутся. Ну что ж, я уеду, как только прояснится. Парень, наверное, сходит там с ума от неизвестности.

Когда через неделю Энгус появился в Карайдленде, Тэвиш и впрямь сходил с ума. Он целый месяц не находил себе места, в нетерпении ожидая новостей от Шторм — любых новостей. Но, увидев приехавшего Энгуса, он не на шутку испугался.

Застыв в кресле, судорожно вцепившись пальцами в подлокотники, Тэвиш ждал, когда Энгус войдет в зал. Мужчины хоть и не рожали детей, прекрасно знали, как это опасно. Громкие крики женщин разносились по всему дому, и часто роженицы умирали — от кровотечения или от последующей лихорадки. Нередко их жертва бывала напрасной: ребенок рождался или мертвым, или таким слабым, что не надолго переживал свою мать.

Тэвишу чудилось самое страшное. Забыв про очевидную силу Шторм и ее крепкое здоровье, он думал лишь о том, какая она маленькая. Он представлял, как ее хрупкое стройное тело корчится от боли, и не знал, как избавиться от этой муки. Иногда Тэвиш радовался, что не видит ее страданий, но чаще ему хотелось быть рядом со Шторм, чтобы своим присутствием придать ей сил и отогнать грозные тени, витавшие над детской кроваткой.

Наконец Энгус вошел в зал. Его сопровождала целая свита. Увидев сияющие лица, Тэвиш почувствовал некоторое облегчение. Значит, все в порядке. Энгус успел привязаться к Шторм, и, случись с ней что-нибудь, он не был бы сейчас таким радостным. Но ребенок все же родился, иначе Энгус не вернулся бы в Карайдленд. Тэвиш почувствовал приятное волнение.

— Как Шторм? — спросил он, когда Энгус остановился у кресла.

— С девочкой все в порядке. Правда, ей надоело валяться в постели, поэтому она немного сердится. Когда я уезжал, она запустила в своего брата Эндрю ночным горшком.

— Энгус, — сгорая от нетерпения, взревел Тэвиш, — она родила?!

— Да. Иначе почему, ты думаешь, я здесь? — Увидев, как нахмурился Тэвиш, Энгус понял, что уже достаточно подразнил парня. — Да, родила. У тебя сын. — Он подождал, когда стихнут восторженные возгласы. — Мальчишка хороший, крепкий. У него рыжие волосы, а глаза, наверное, будут твои. Она назвала его Таран, что по-уэльски означает «гром». — Энгус усмехнулся. — Мать лорда Элдона была из Уэльса. Так звали ее деда… или прадеда. Впрочем, не важно. На мой взгляд, имя подходящее. Таран такой голосистый парень! Вообще-то у него много имен: Таран Роден Колин Мак-Лаган. Девочка говорит, что это поможет избежать ссор.

Тэвиш машинально взял протянутую кем-то кружку пива. Множество рук захлопало его по спине и плечам.

— О Господи, сын! — выдохнул он.

— Это еще не все, — громко объявил Энгус, и шум сразу стих.

— Но ты же сказал, что у Шторм все хорошо, — проговорил Шолто, выразив словами то, о чем подумал Тэвиш.

— Да, она в порядке. Немного раздражена, но здорова как бык.

— Тогда что же еще ты хотел сказать, а, старый пень? — взревел Колин, теряя терпение.

— У Тэвиша дочь.

— Черт возьми, Энгус, ты же только что сказал, что у меня сын!

— Да, у тебя сын. И дочь. Ну-ка, парень, хлебни пивка! Что-то ты побледнел.

Тэвиш и в самом деле занемог от такого известия.

— У меня сын и у меня дочь. — Он сделал большой глоток. — Двойня?

Энгус кивнул:

— Да, двойня. У девочки черные волосы, а глаза, похоже, будут как у мамы. Немножко мелковата, но крепенькая. Шторм назвала ее Эйнджел, в честь своей матери. Эйнджел Ванора О'Коннер Мак-Лаган. Видишь, не забыла и о твоей матери. Она чуть поспокойней мальчика, но тоже боевая.

— Еще бы — при таких-то родителях, — проворчал Колин. — Но Шторм! Она же такая маленькая. Трудно поверить, что родила двойню — живых, здоровых детей! Ты уверен, Энгус?

— Я видел младенцев собственными глазами. И Шторм тоже видел. Она хорошо выглядит, — повторился он, предвидя вопрос Тэвиша. — Да, лорд Элдон написал тебе несколько слов.

Уставясь на увесистый сверток, Тэвиш хмыкнул:

— Несколько слов, говоришь? Да здесь, похоже, целый фолиант.

. Вздохнув, Тэвиш углубился в длинное письмо от своего тестя. Остальные, принявшись весело отмечать рождение наследника и его сестры, вполне обошлись без участия молодого папаши. Если прежде кто-нибудь и сомневался, что этот необычный союз может сложиться удачно, то теперь все сомнения рассеялись. Происхождение Шторм казалось пустяком по сравнению с тем, что она подарила Тэвишу наследника, причем родила сразу двух здоровых младенцев. Этот подвиг, естественно, приписывался ее ирландским корням и шотландскому любовнику.

Читая письмо лорда Элдона, Тэвиш испытывал смешанные чувства — досаду и удивление. Чем лучше он узнавал этого человека, тем больше жалел, что когда-то стоял против него с мечом в руках. В письме Элдона, конечно, чувствовался упрек, но это было понятно: ему пришлось принять в семью человека, которого по всем законам он должен был убить. Роды описывались очень подробно, и за это Тэвиш был искренне признателен Элдону. Он не смог сам присутствовать при рождении своих детей, но теперь хотя бы знал, как все происходило. С одной стороны, он злился и завидовал Элдону, потому что тот находился рядом со Шторм, но с другой — был благодарен тестю за то, что он поддержал его жену в такое трудное для нее время. Было очевидно: отец и дочь очень близки, и это будило в Тэвише ревность.