День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

Пролетая над аэродромом, Фудзимото увидел три «Кобры», стоявшие на краю летного поля. Вокруг них суетились техники, пытавшиеся спешно восстановить поврежденные машины. Американские вертолеты, производимые в Японии по лицензии, были надежными и прочными машинами, и даже очередь двадцатитрехмиллиметровых снарядов в борт не означала гибель машины. И все же их оставалось слишком мало, чтобы на что-то влиять всерьез. Тяжелые «Апачи», куда более мощные и эффективные, которых так ждали здесь, пока оставались в гавани Йокосуки, на борту десантного корабля, так и не вышедшего в море из страха стать новой жертвой неуловимых русских подлодок. И потому пара «Кобра» оказалась именно тем, чем предстояло остановить вторгшихся на полуостров русских. В прочем, даже двум поднявшимся в небо винтокрылым машинам вполне по силам было уничтожить за один вылет танковую роту, и лейтенант Фудзимото был спокоен и уверен в успехе миссии.

— Дракон-один, противник высадился в районе Октябрьского, сейчас его колонна движется в квадрат «Чарли-шесть», — Это командир эскадрильи, оставшийся на земле, напомнил о себе. — К вам для поддержки направлены три «Ирокеза» армейской авиации.

— Вижу их!

Похожие на огромных зеленых головастиков UH-1H, выстроившись фронтом, ровно, будто по линейке, летели чуть ниже. Обойдя их сверху, «Кобры» заняли место впереди, образовав острие клина, основанием которого и стали «Ирокезы». Легкие многоцелевые машины, тоже производимые по американской лицензии, и в самих Штатах почти не применявшиеся, уступив более совершенным моделям, в Силах самообороны они оставались «рабочими лошадками». Сейчас UH-1 предстояло примерить на себя образ штурмовиков, подходивший им крайне скверно, но лишь собрав в кулак всю авиацию, можно было остановить русских, вгрызавшихся в японские тылы.

Вертолеты петляли по лабиринту ущелий, огибая склоны упиравшихся в облака сопок и оставаясь невидимыми для радаров. Лейтенант Фудзимото вышел в эфир, запрашивая наземный пункт управления:

— Есть что-то новое по противнику? Наличие средств ПВО?

— Легкая бронетехника, зенитные установки и ЗРК отсутствуют. Ожидаемый уровень противодействия низкий, Дракон-один.

Пилот, услышав это, довольно улыбнулся:

— Нас ждет увлекательная стрельба по мишеням, Макото. «Кобры» нанесут первый удар, используя ПТУР, а затем «Ирокезы» добьют уцелевших неуправляемыми ракетами.

Стрелок снова кивнул, внутренне уже приготовившись к бою. Благодаря беспилотнику, неотступно сопровождавшему вражескую колонну, японские летчики представляли силы врага, но ракеты «Тоу», главное оружие их AH-1S, не могли наводиться на цель тем же беспилотником. А это означало, что вертолету в момент атаки придется находиться в прямой видимости противника, чтобы сержант Макото мог управлять полетом ПТУР, под шквальным огнем из всех стволов. И все русские пули полетят в их вертолет, а если их будет достаточно много, то хотя бы одна найдет брешь в не такой уж прочной броне, а быть сбитым на пути вражеской колонны — вовсе не то, о чем мечтал летчик.

Вертолеты, вслепую приближаясь к цели, подскочили над вершиной сопки, разделявшей их и противника, и лейтенант Фудзимото увидел далеко впереди похожие на темно-зеленых букашек бронемашины. Десятки их ползли по проселку, тянувшемуся вдоль берега на юг, словно нарочно подставляя уязвимые борта. Но и радиометристы с «Адмирала Трибуца», державшегося так близко к суше, как только позволяли глубины прибрежных вод, тоже увидели внезапно появившегося противника. В кабине «Кобры» заверещала сигнализация, предупреждая об облучении РЛС, а в эфир уже мчалась тревожная радиограмма с борта БПК, но прежде чем она достигла колонны морской пехоты, японцы начали действовать.

— Атака! — Голос Фудзимото Какеру звенел туго натянутой струной. — Выпустить ракеты!

Из-под короткого крыла «Кобры», скатывавшейся вниз по склону, вырвался огненный сгусток ПТУР, и одновременно открыл огонь второй вертолет. Управляемым ракетам BGM-71 «Тоу», выпущенным с трех километров, потребовалось девять секунд, чтобы достигнуть цели. Сержант Макото, склонившийся над прицелом М65, удерживал в перекрестье тонких нитей силуэт русской бронемашины, и мчавшаяся со скоростью звука ракета, соединенная с вертолетом тонким и прочным кабелем, врезалась в покрытый тускло-зеленой краской высокий борт. Русская БМП вспыхнула, когда тонкий жгут кумулятивной струи расплавил броню, сжигая заживо доверившихся ей людей. А секундой позже замер пораженный вторым вертолетом БТР, над которым поднялся густой черный дым.

Лейтенант Фудзимото радостно воскликнул:

— Отличный выстрел! Сожжем их всех!

«Кобра» нырнула вниз, прижимаясь к склону и полозьями шасси едва не касаясь земли. Вертолет снова исчез с русских радаров, чтобы, сместившись в сторону, «подпрыгнуть» над верхушками деревьев для новой атаки. Но установленные на русских бронемашинах дымовые гранатометы сделали залп, и экипаж японского AH-1S увидел только плотную пелену бело-серого дыма, в которой без следа растворились силуэты БМП. Одновременно распахнулись люки в бортах бронетранспортеров, и на ковер опавшей хвои посыпались пятнисто-зелеными мячиками бойцы зенитного взвода, тащившие на плечах длинные тубусы ПЗРК «Игла-Д». Для того чтобы обнаружить цель, показавшуюся в прорехе дымовой завесы, прицелиться и нажать кнопку пуска, стрелку «Кобры» понадобилось чуть менее десяти секунд. Русским зенитчикам, чтобы увидеть цель и открыть огонь, хватило девяти.

— Ракеты! — Макото увидел вспышки на земле. — Снижайся! Скорее!

«Кобра», к которой мчалось полдюжины зенитных ракет, снова клюнула носом, уходя к земле. Установленный на сопле турбины фильтр, снижавший температуру выхлопных газов, сделал свое дело, и тепловые ГСН нескольких ракет потеряли цель. Вспыхнула, часто замерцав, установленная над кабиной инфракрасная лампа ALQ-144, отвлекая приближавшиеся ЗУР, заставляя их надежные, но примитивные системы наведения решать сложную проблему выбора. Приближавшиеся ракеты не справились с этим, и лейтенант Фудзимото увидел, как дымные полосы их следов причудливо извиваются, отклоняясь в стороны. Но и выпущенная японским вертолетом ПТУР, «потеряв» цель, промчалась над русской колонной, никого даже не напугав.

Второй «Кобре» повезло меньше. Ее пилот слишком поздно выполнил маневр, и пусть заминка составила едва ли пару секунд, этого хватило, чтобы сверхзвуковая ракета 9М39 сблизилась с целью на расстояние, достаточное, чтобы сработал неконтактный взрыватель. Килограмма взрывчатки, который была начинена боевая часть ЗУР, было слишком мало, чтобы разрушить вертолет, но ее мощи хватило для повреждения редуктора винта. Лейтенант Фудзимото увидел, как завертевшаяся в воздухе юлой «Кобра» ударилась о землю, пропахав глубокую борозду, и осколки лопастей несущего винта разлетелись в разные стороны.