Миры Пола Андерсона. Том 18 - Пол Андерсон

Таргови знал, что он включен в список разыскиваемых, висящий на каждой станции патруля. Такая информация распространялась автоматически. Каждый, кто обращался в банк данных местного штаба, получал полное описание его и его преступных деяний, а также информацию о вознаграждении. Сидя в клетке, Таргови много думал о том, как это обойти.

Здание патрульной станции представляло собой куб в охряной роще цветущих плодовых деревьев. (Позор, что ни одному колонисту от них не было пользы — только красота. Мякоть плодов не была ядовитой, зато практически безвкусной, а в желудке ложилась бесполезной массой.) Поскольку на Дедале находилась большая база Флота, то Флоту и подчинялись почти все полицейские станции, кроме таких мест, как Захария, пользовавшихся автономией. Мало где поддержание законности требовало больших усилий. И потому персонал почти всегда состоял из местных жителей, служивших ранее в других местах, а теперь подошедших к возрасту отставки. При необходимости они могли быстро вызвать помощь извне.

Войдя внутрь, Таргови обнаружил цинтианку, щеголявшую кометой лейтенанта на воротнике (который и составлял большую часть ее наряда), занятую болтовней с двумя местными унтер-офицерами.

— Привет! — удивленно сказала она. — Что тебя сюда привело?

— Нечто такое, что требует конфиденциального разговора, Риху Ан.

Она засмеялась мурлыкающим смехом:

— Контрабанду привез на продажу, старый негодяй? А то на рынке все стало так дорого — не по моему тощему карману.

— Нечто более интересное.

Она провела его в приемную, закрыла дверь и свернулась в ожидании.

— Я доверю тебе тайну, которую ты должна сохранить, — сказал он. — Я только с виду бродяга-торговец. На самом деле я давно уже секретный агент разведки.

Ее хвост распушился.

— Как ты говоришь?

Он предостерегающе поднял руку:

— Да нет, я же не Флэндри. Я один из тех, кто бродит вокруг, докладывает, что узнает, а иногда помогает во всяких мелких операциях. Ты про нас знаешь. Ты только не знала, что я один из таких. Теперь мне приходится тебе открыться.

Риху Ан была неискушенной, но достаточно сообразительной.

— Доказательства?

— А как же, — он показал на компьютерный терминал. — Нг-нг-рр, чтобы не было ловкости рук, сделаешь сама?

Она прыгнула к компьютеру.

— Вызови Центральную Базу Данных. Теперь запроси ограниченный доступ — я отвернусь, пока ты будешь вводить свои данные и подтверждать, что имеешь право знать… Готово. Так, теперь — вот это, — он произнес строку букв и цифр.

Внутри его росла готовность к бою. Но он не напрягся — это было бы опасное ограничение собственных возможностей. Наоборот, он расслабил мышцы, как можно сильнее напрягая все чувства, пока не уловил малейшие завихрения воздуха и пыли, самые слабые звуки городского утреннего шума. Это был критический момент.

Могли измениться все коды агентов. Он лишь надеялся, что никто не взял на себя мороку выполнять этот неуклюжий и трудоемкий процесс вне расписания в разгар кризиса.

Объявление о розыске сбежавшего из-под ареста преступника характеризовало его просто как Таргови, купца. Никто никогда не вскрывает прикрытия без необходимости. В этом случае народ стал бы думать: а кто еще из незаметных личностей может быть агентом? Таргови полагал, что ордер на его арест был введен в базы данных патруля, но не его тайной службы. Это было бы лишь ненужным напоминанием о том, как разделен внутри себя Флот, а поймать его вряд ли помогло бы.

Куда разумнее было бы продолжать, как есть, и вносить перекрестные исправления. Но Таргови считал, что такая мудрость в наши дни — товар редкий. Восстание Магнуссона неизбежно внесло общую и нескончаемую путаницу. И более того, наверняка напугало многих в вооруженных силах. На Дедале они не решались протестовать, но приказы будут выполнять спустя рукава, особенно если эти приказы менее конкретны, чем были бы при нормальных обстоятельствах.

Если он в своих предположениях ошибся, то он сгорел. Если удастся, он не причинит особого вреда Риху Ан и ее подчиненным, которых знал и с которыми был в хороших отношениях. Поблизости у него были друзья, которые дадут ему приют, пока он состряпает новый план.

Наконец она повернула к нему расширенные глаза и выдохнула:

— Ты, грязный торговец и пьяный скандалист, ты тоже среди защитников? Ладно, что ты требуешь?

По телу прошла волна освобождения от тревоги.

— Я мало что могу сказать на это, разве что всегда держал свою шкуру не менее чистой и ухоженной, чем твоя. Плохие сейчас дни.

— Правда, — уныло согласилась она.

— Мы, ты и я, и все нашей породы, мы не можем встать на сторону ни одного из императоров-соперников, верно? Чему мы служим — это самой Империи. Чему мы подчиняемся — это приказам нашего начальства.

— Верно, — снова сказала она.

Ясно, ей все это не нравилось. Зная ее так, как он, Таргови на это и рассчитывал. Она не восстанет против восстания — это было бы бесполезным самоубийством, — но и ревностно служить ему не будет. Оказался бы сейчас на службе ее начальник, лейтенант-коммандер Мигель Гомес, Таргови подождал бы, пока он уйдет. Гомес был вполне достойным офицером, но слишком далеко заходил в обожании сэра Олафа Магнуссона. К счастью, коменданты обычно не несут ночные дежурства.

— Так вот, — сказал Таргови, — моя просьба касается возможных шпионов и подрывных элементов. Неважно, на кого они работают — на его величество Герхарта, или на мерсейцев, или еще на кого. Я подозреваю некую Во Лиа, только что прибывшую на корабле Шан Ю «Водный цветок» из Пас де ла Фронтера. Жуликоватая личность. Следя за ней, я стал подозревать, что этим дело не ограничивается. И раньше, чем ей представится возможность выполнить ту задачу, которая ее сюда привела — что бы это ни было, если это не просто добыча нескольких левых кредитов, — мне нужно посмотреть, что за ней есть — все, что записано.

Риху Ан махнула на терминал:

— Угощайся.

— М-м-м, тут не просто надо выбирать данные. Ты понимаешь, какое было сложное и неустойчивое положение в момент заявления сэра Олафа — а примерно тогда она и высадилась на Дедале. Можно воспользоваться вашим служебным компьютером?

Он снова приготовился к неприятностям. Просьба была против правил. Риху Ан вполне могла настоять на обращении к Гомесу, а тот мог бы начать задавать трудные вопросы. Но надежда Таргови на хаос снова оправдалась. Она легко согласилась, провела его во внутренний кабинет и оставила одного.

«Хо-хо», — подумал он в терранской манере, усаживаясь за клавиатуру.