Миры Пола Андерсона. Том 18 - Пол Андерсон

Он вспомнил слова капитана, стиснул зубы и продолжал лететь вперед. Приказ был ясен: «Ущерб, не связанный с непосредственным выполнением задачи, должен быть сведен к минимуму. В случае, когда это не противоречит заданию и ради максимального сохранения собственных сил, следует уклоняться от схватки. Если выяснится, что для выполнения задачи требуются крупномасштабные действия, со всей возможной быстротой отступить на корабль-носитель или на любой другой транспорт, ориентируясь по обстановке».

Никогда еще не было ему так трудно следовать приказу. Становилось понятно, что значит быть старшим командиром. Может быть, мелькнула мысль, была и другая причина, что для этого задания выбрали его. Не намечен ли он для чего-то большего? Брось это, сказал он себе. Веди свою охоту.

Ему неизбежно была предоставлена большая свобода выбора. Быстро просмотрев данные, он принял очередное решение и отдал приказ. Мерсейская эскадрилья взмыла вверх.

Под ним серебром и сапфиром сияла планета, восходящее солнце окрасило ее край в рассветные переливы, но внимание Уроха было приковано к пространству впереди, где два военных корабля метали друг в друга молнии. Как бы ни была разрежена оболочка ионизированного газа, держащаяся несколько секунд после ядерного взрыва, ее хватало, чтобы скрыть эскадрилью Уроха от обнаружения, когда они вышли по его приказу на орбитальную траекторию свободного падения. Так он стряхнул с хвоста очередную флотилию наземного базирования, вышедшую на перехват.

Орбита вскоре снова привела флайеры в атмосферу. Спрятавшись в тени урагана, пересекавшего южный океан, они пристроились ему в хвост. Это требовало везения не меньше чем искусства, но не зря Урох носил кличку «Счастливчик».

И удача ему сопутствовала. Ураган шел к тому самому берегу, куда летел Урох. Иначе пришлось бы придумать что-нибудь еще, может быть, потратить несколько дней. А теперь можно было крикнуть: «Хаа-аа и домой!»

Его воины вырвались из туч и ветров. Как стреляющие звезды, пронеслись они над иссушенными холмами и широкой зеленой долиной с жилками каналов.

Она была слабо защищена. Горзуни полагались в основном на космические силы. Единицы наземного базирования были рассеяны по всей планете, немалая их часть еще была в другом полушарии — пыталась найти рейдеров Уроха. Ракет и самолетов взлетело мало.

Мерсейцы их смели и вышли на цель, зависнув над ней на гравитаторах.

Там, кроме мачт обнаружения и коммуникаций да еще башни местной метеостанции, ничего особенного не было видно. В ландшафт среди зреющей зелени были вкраплены несколько куполов. В нескольких километрах сгрудились три сонные деревушки: архаические земного типа строения — горзуни были консервативным племенем, сколько бы солдат-наемников ни вышло из этого мира. Большое современное здание, угловатое и ярко раскрашенное, как требовали их вкусы, могло быть школой или музеем или чем-нибудь в этом роде.

Урох этого не знал. Официально ему даже не сообщалось, какой объект предстоит уничтожить. В процессе изучения он пришел к выводу, что это, возможно, ключевой командный центр — полицейский, военный — как бы там ни называть силы, старающиеся подавить революционную герилью. Без него Совет Освобождения тоже не будет иметь сокрушительного преимущества над Фолькмутом, но войну с повстанцами придется начинать сначала.

Слишком тривиальная причина послать эскадру через сотни световых лет и влезать в драку с самими терранами. Но Урох был приучен сдерживать недоумение. Правители государства составили план. Его долг — сыграть отведенную ему роль.

И во имя Бога, во имя всех языческих богов его праотцев — он был готов!

— Вышли на цель, — сказал он спокойно по внешней связи, хотя кровь пела от радости. — Огонь по номерам!

Первая ракета сорвалась с его флайера. Она блеснула в лучах солнца, ударила, расцвела бело-голубым пламенем ярче альфы Креста. Поднялся столб пыли, дыма и пара, заклубился серым, достиг стратосферы и расплылся по небу. Летели мегатонна за мегатонной. После них остался огромный кратер, оплывающий расплавленным стеклом. Темнели отравленные каналы. Посевы пылали до горизонта.

— Уходим, appax! — крикнул Урох.

Как он со своими ребятами пробился сквозь мстительные рои металла, как они вышли к «Тринтафу», как «Тринтаф» со своими собратьями вернулись к победоносному флоту Гадрола, как мерсейцы, понеся минимальные потери, ускользнули от преследования терран и вернулись домой без дальнейших боев — это был героический эпос. Но в его основе лежала хладнокровная работа интеллекта, чье дорого добытое знание и тщательно разработанные планы сделали возможным героизм.

Уроху было достаточно лишь того, что он вернулся к жене — единственной пока что своей жене и к первому сыну, которого она успела ему родить, с рассказом, который будет манить парнишку к собственным свершениям в начале тех бесконечных славных лет, что предстоят Расе.

После налета опустилась ночь. Над тем, что было когда-то деревней, взошла луна. Свет мерцал, шевелились тени под ее белым щитом. Шуршал ветер. Он был холодным, едким от пепла, смертельность его не ощущалась.

Большая и мохнатая, сидела под развалинами стены самка-горзуни. В своих четырех руках она укачивала мертвого ребенка. Грубый голос напевал колыбельную — ту самую, что он всегда любил.

Глава 12

Мириам Абрамс Флэндри собралась домой как раз вовремя. Новость о гражданской войне пронеслась недавно, и на линиях между Солом и Нику еще ничего не случилось, но обстановка в Империи становилась напряженной. Ходили слухи, что то здесь, то там недовольные всех мастей объявляли себя приближенными будущего императора Олафа и устраивали беспорядки или настоящую смуту. Страховочные тарифы пошли вверх галопом, и фирмы-перевозчики закрывали маршрут за маршрутом. Естественно было ожидать прекращения сообщений с планетой Рамну — Нику-IV — в любой момент. Продолжать их не имело бы экономического смысла, поскольку вскоре было объявлено о приостановке проекта изменения климата до прекращения чрезвычайной ситуации.

Мириам была на поверхности, в поле, среди примитивных туземцев. Она исхитрилась поймать последний транспорт к Майе. Конечно, если бы она застряла, то адмирал Флота сэр Доминик Флэндри предпринял бы шаги для возвращения своей жены. Он мог бы вывести из дока скоростного «Хулигана» и сам отправиться за ней. Но выжила ли бы она тем временем в суровом мире, который так любила, — сомнительно.

Но вышло так, что сообщение с Майей-III — Гермесом — из-за своей важности все же еще не прервалось, и ей удалось отправиться оттуда прямо на Терру. Корабль, на который она попала, был роскошным лайнером с целой толпой благородных пассажиров на борту. Весь путь его сопровождал вооруженный эскорт, хоть эти корабли могли бы оказаться очень полезны на линии фронта.