Разоритель Планет - Александр Амплеев

командир, я тут особо препятствовать не буду, ибо все-таки с убийством детей был перегиб. А как я помню… Ты же шок-пехотинцев сравнивал с СС, а те на оккупированных территориях детей убивали, а мы выходит… Чем тогда от нацистов с Земли отличаемся, если всех под одну гребенку?

— Ну… Противоречие на противоречии… А почему вы не говорили об этом? Боялись, что ли?

— Говорили. Просто ты не слушал. Я, признаться… Много раз твой приказ не исполнял. Помню, на станции Гром-10 была одна семья кворонов, которая нам вообще не оказывала сопротивления. Я тогда в тройке с Занозой и Серпом шел, ну и… Ликвидировали тех, кто с оружием был… А вот эта семья… — Мох опустил глаза. — Мы им дали сбежать. Ибо… Они даже оружие против нас не направили. Не знаю уж, как долго они прожили после нашего «благородного» крестового похода, но, по крайней мере, я дал им шанс. Ты бы, наверное, всех под нож пустил, а я вот как-то не мог, но перечить тебе особенно нельзя было, поэтому и молчали. Так уж ты свою сестренку любил, что простить им не мог убийства. А мы что? Мы твою горесть разделяли до поры до времени, а дальше… Дальше уже видели, что у тебя башню сносит. Вот помнишь, когда мы работали с Гремом Железякой?

— Ну… Помню. Тогда каперами в одной из систем Конфедерации подрабатывали. Работали на Сириус против Джавелина, ибо Джавелин имел глубокие связи с кворонами-пиратами.

— Угу… Помню, как ты из-за того, что на простом транспортнике летел какой-то кворонский вожак, расхерачил этот самый транспортник. И ты ведь не смотрел на то, что там куча людей была. Ты просто взял и направил торпеды на транспортник, а мы подчинились, потому что знали, что тебя никак не переубедить. Для тебя все те люди «жабами» стали, ибо допустили «жабу» на свой транспортник. Ты тогда с Железякой долго ругался из-за того, что Грем как-то не сильно оценил такую атаку. Он тогда со своими парнями жал торговое судно, а ты рванул за транспортником. Торгаш тогда ушел, а нам платили именно за ликвидацию торговых судов. Понимаешь, насколько в глубокой жопе ты был? И мы не раз говорили тебе о том, что пора бы подумать о том, что ты делаешь, но ты не слушал.

— Угу… Как-то погано мне… — прохрипел Милет.

— Я могу слетать вместо тебя, Милет. Все равно меня тоже знают хорошо, так что…

— Я дал Романо слово о том, что сам полечу вместе с Фирсом.

— Ну… Как знаешь. Я с тобой лечу в любом случае, ибо как-то ты после этой аудиенции сдулся. Эх… Набить бы кому-нибудь морду…

— А вот это уже на тебя, Мох, похоже, — ухмыльнулся Милет.

— Ну… Набить морду — это святое. Я без битья морд — не я. Наверное, этот… Ну… Тот, кворон, который старший из Йори остался, именно после моего мордобоя одумался. Просветительские пиздюли Моха! Приходите — получайте — просвещайтесь, — Мох говорил про это с какой-то поганенькой улыбочкой, но все-таки была в этом здоровяке некая доля доброты.

…

Через полчаса они уже находились на том самом ржавом ведре, на котором ранее прибывали на Айскрим. Мох довольно едко прокомментировал новую встречу с посудиной, из-за чего Фирс снова насторожился, благо летели они недолго. Космическое пространство было буквально наводнено кораблями самых различных размеров, тут и там снова и снова поднимались транспортные машины, рядом с ними находились и полицейские суда, которые генерал-губернатор, видимо, выделил для того, чтобы обезопасить граждан Федерации. Такие потоки рабочей силы и богачей обычно сопровождали пираты, которые жаждали наживы и рабов для своих поганеньких делишек.

— Романо достиг своего… — достаточно мрачно проговорил Милет, глядя на это движение, все они тянулись к огромным гипер-вратам, которые должны были выпустить их из системы.

— Ага… Как бы гипер-врата не навернулись от таких потоков. Помнится, с миров Триумвирата также бежали, так гипер-врата и издохли, в итоге люди оказались в ловушке… Хе-хе… — отозвался Мох.

— А… Что было с этими людьми? — спросил Фирс, оторвавшись от управления.

— Ну… — Мох замолчал, кажется, что ему было больно вспоминать этот момент.

— Часть из этих кораблей использовалась при бомбардировке Грейика, другая на Милонии, — проговорил как-то сухо Жабодав.

— И они даже не умерщвляли людей на кораблях? — спросил с каким-то изумлением Фирс.

— Ну… Где как… Хелтон был неумолим, для него не существовало мирных жителей, ибо миры коммунистические и каждый мир как минимум содержал в себе большое число коммунистов, поэтому он и производил геноцид. Не знаю уж, как он относился к коммунистам, но его действия показывают то, насколько он исполнителен. Корабли брались в захваты, а затем с помощью рельсового оружия направлялись вниз. В общем… Там творился кошмар. На Грейик мы даже не спускались, но зато на него сбросили один из их флагманов… Огромный ядерный взрыв, и почти вся планета покрыта радиацией, дальше уже более мелкие корабли, как военные, так и гражданские. В общем… Бомбардировка носила характер устрашения. Как-то так, — проговорил человек, глядя на удаляющиеся к вратам корабли.

— Ужасающе… — в этот момент Фирса слегка передернуло.

…

Вскоре корабль был возле Айскрима, в этот раз посудина залетала в легальный космопорт.

— Корабль Рейвен-3 запрашивает разрешение на посадку, — проговорил Фирс в микрофон на пульте управления корабля.

— Станция Айскрим-6 приветствует Вас в своем космическом пространстве. Назовите цель Вашего прибытия, Рейвен-3, — послышался слегка искаженный мужской голос.

— Мы прибыли для того, чтобы набрать бойцов для нашего ЧОП, планируем пройтись по местным барам и поискать достойных бойцов. Как слышите, Айскрим-6?

— Слышу хорошо, Рейвен-3. Приветствуем в нашем ангаре, приятного времяпрепровождения, — произнес мужской голос, после чего связь прекратилась.

Корабль вошел внутрь отсека, а затем пролетел в ангар, после чего опустился на одну из десяти посадочных платформ для крупных кораблей.

…

Вскоре они были уже на одном из жилых уровней «средней» станции, что обозначало их малую криминогенность, а также относительно большое число станционной полиции. Вот стояли два постовых, один был вооружен помповым дробовиком, второй офицер, судя по всему, в кобуре имел довольно увесистый пистолет. Фуражки с покрытием голубоватого цвета сверху, а