Разоритель Планет - Александр Амплеев

— Этого маловато. Что с рабочими? — спросил он, глядя на кого-то другого.

— Генеральный конструктор Морозов готов к тому, чтобы захватить цехи, — проговорил другой, а Ли довольно улыбнулся, после чего, прокашлявшись, откинулся на стенку, стоявшую за кроватью.

— Скольких шок-пехов кончили? — спросил директор, снова глядя на Файза.

— Пока что тринадцать. Постарались использовать шпану, но сам понимаешь… Пацанье не столь эффективно, а светиться нам самим не сильно стоит, — проговорил спокойно капитан.

— Это тоже неплохо. Что скажешь по поводу подрыва базы шок-пеха? — хитро спросил Ли.

— Можно устроить, но это самоубийство. Без шансов, — произнес спокойно Файз.

— Самоубийство — это и дальше кормить вшей, а это будет мощный социальный взрыв, который покажет, что «черепа» не такие уж и крутые. Найдите «Помойника», а дальше… Хе-хе… — Ли осмотрел подвал. — Я лично возглавлю эту вылазку.

— Вы уверены, Винсент? — спросил Файз, глядя на директора.

— Я уверен лишь в том, что бездействие порождает слабость, а я не хочу быть слабым, и так почти семь месяцев жопу по трущобам прятал, поэтому пора показать им всем то, что значат солдаты и командиры Дромира, — улыбнулся человек, глядя на Файза, а тот кивнул в ответ, после чего бойцы ударили себя в грудь и стали расходиться.

Сектор Корво, Система Немезида, Планета Итарис, Город Трир-1,

Район Тереза-1, военный госпиталь, палата 1037,

01.07.2580, 13:00

Гришка снова сидел у койки Гарри с его рукой в своей руке. С тяжелой улыбкой, он снова напевал их старую-добрую песенку, в глазах его копились злоба и слезы, а кучерявые волосы, кажется, слегка налились белым цветом. Он уже не был тем веселым парнем, который был раньше, ибо сейчас он, быть может, медленно, но верно терял друга.

— Помнишь Лизу, Гарри? — спросил Гришка, откинувшись на спинку стула. — Ту белокурую девчонку, из-за которой мы чуть раз и навсегда не рассорились? Помнишь, да. Может, сейчас ты с ней там, — Гришка улыбнулся, по левой щеке его потекла слеза, а он резко вздохнул. — Я ведь думал, что она станет твоей, ибо ты остался один на планете. Я ушел на фронт. А она? Она ведь никого из нас не выбрала. Я когда вернулся домой, так узнал о том, что она ушла. Умерла. Ты тогда был уже на своей службе, а я вот вернулся. И знаешь, Гарри? Я бы хотел, чтобы вы там встретились, если ты все же выберешь бросить меня. Оставить своего древнего друга одного тут. Конечно, у меня есть остатки отряда, но ведь с тобой-то мы всегда были вместе. Даже тогда, когда она встала между нами. Да… Я же тогда тебя чуть не избил. Прости меня, пожалуйста, за это… Девка не стоит того, чтобы потерять настоящего друга, — Гришка поцеловал руку своего друга, когда в кабинет вошла врач в своем белом комбинезоне.

— Как Вы, Григорий? — спросила она, подходя к наемнику, а тот улыбнулся этой красивой замужней женщине лет тридцати, со светлыми волосами и доброй улыбкой на лице с розовыми щеками.

— Да, знаете… Разговариваю со своим другом. Он идет на поправку? — спросил Гришка, умоляюще смотря на женщину.

— Судя по анализам — да. Мы, к сожалению, не успели ввести его в медикаментозную кому, хотя Вы очень старались доставить его вовремя, поэтому выход из комы и столь долог. Он сильный парень, поэтому не беспокойтесь, — улыбнулась женщина, меняя пакетики с питательными веществами, а Гришка улыбнулся и снова посмотрел на Грэма.

— А что с руками делать будете? — спросил он, глядя на неправильно, криво сросшиеся плечи.

— К сожалению, придется ломать их снова, и дальше ставить на место. Правда… Слишком много времени прошло, поэтому это будет очень болезненный процесс, — проговорила женщина, тяжело вздохнув, а после выходя из палаты, снова оставляя Гришку наедине с самим собой. Он снова начал напевать «Держись!».

Конец