Тина ван Лигалон - Лора Андерсен

— Марсель Дени? — переуточнил он, словно сообразив что-то. — Вы — отец ребенка Тины. Вы предупредили ее, что хотите встретиться?

— Я не уверен, что она захотела бы меня видеть, — Марселя начинал раздражать разговор с неизвестным человеком, который, по его мнению, знал слишком много подробностей о личной жизни Тины.

— Понятно, — мужчина, наконец, повернулся к двери, мысленно пригласив Марселя следовать за собой. — Вам придется немного подождать. И… я тот врач, который сообщил Тине о беременности. Ничего личного, Марсель, — пояснил мужчина, явно уловив реакцию Марселя.

Они поднялись в лифте на пятнадцатый этаж, и Марсель остался ждать в холле. Он тупо разглядывал стены с абстрактными картинами в стандартных рамках и старался ни о чем не думать, потому что у него сразу возникло мерзкое предчувствие. Кроме того, он терпеть не мог ждать. В другой ситуации он бы развернулся и ушел, но сейчас это было просто невозможно.

Он вздрогнул, когда створки двери открылись, и вошла Тина. Марсель поднял на нее глаза и все исчезло: он видел только ее лицо, в снежных искорках метели. Холод, мороз, метель… Он тряхнул головой, пытаясь справиться с сердцебиением, потом поднялся навстречу Тине. Она была одета в простое темное платье, но его не могла обмануть простота покроя. Марсель был уверен, позволь она обнять себя, ткань оказалась бы странно-живой на ощупь. Он взглянул на ее округлившийся живот, и Тина мгновенно мысленно поморщилась.

— Ты мог позвонить? — спросила она, садясь на свободный стул. Марсель опустился рядом.

— Ты тоже могла позвонить и хотя бы сказать о ребенке!

— Зачем? Тебе должны были сообщить, — она замолчала на секунду, а Марсель вдруг как-то сразу заметил, что Тина плохо выглядела.

— Тяжелая беременность? — осторожно спросил он.

— Справлюсь. У меня лучшие врачи на Земле. О чем ты хотел говорить?

— О нас.

— О нас? — она мысленно поморщилась. — Зачем это, Марсель?

— Зачем? Ты считаешь, нам не о чем говорить?

— Ты знаешь, что ребенок не будет телепатом? Обычный человек.

— Какая разница? Это же мой ребенок!

— Разница в том, что даже у нас с Креилом большие проблемы оставить такого ребенка в семье. По закону мы должны передать девочку приемным родителям.

— Как? — Марсель задумался. Он попал в Аль-Ришад всего несколько лет назад и понятия не имел о таких диких законах. — Но ведь… Я думал, это только, если ребенок — телепат, а родители обычные…

— Нет. Просто редко бывает, чтобы у телепатов родился нетелепат. Чаще, когда один из родителей нетелепат, но тогда и проблемы не возникает.

— И ты решила остаться с Креилом, потому что у него еще есть шансы оставить ребенка, а у меня их просто нет? — тихо спросил Марсель. Эта версия, по крайней мере, была приемлемой для его самолюбия.

— Нет, Марсель. Не поэтому, — Тина и не могла и не хотела врать. — Много причин, ты знаешь каких.

— Но я справился с собой! — горячо возразил Марсель.

— Неужели? — в мозгу Тины пронесся ее собственный иронично смеющийся образ, но ее лицо при этом осталось серьезным. — С этим нельзя справиться, Марсель. Я не могу, привыкнуть к себе такой. Не возражай — это правда. И ты никогда не сможешь. Пройдет пара лет и тебя начнет раздражать, что я не старею.

— Так было и раньше. Варды живут намного дольше телепатов.

— Так не было, потому что ты об этом не задумывался. Когда ты познакомился с Тиной Роджер, она была обычным телепатом. А когда столкнулся со мной — ты об этом просто ничего не знал. Теперь — знаешь.

Марсель сидел, не зная, что возразить. Аргументы Тины были убийственными, но все равно, стоило ему прикрыть глаза, как он безумно хотел эту женщину.

— Я не могу просто встречаться с тобой, — ответила Тина на его чувства.

— Если бы ты ушла от Креила? Все равно не живешь с ним.

— Пока — нет. Мы друзья…

Марсель рассмеялся.

— Как можно быть друзьями после стольких лет совместной семейной жизни?

— Просто, — Тина поднялась. — Так часто бывает.

Марсель схватил ее за руку, но Тина резко ее выдернула, а ее мозг полыхнул гневом.

— Не прикасайся ко мне!

— Тина? — Марсель поднялся со стула. — Ты же любила меня? Неужели ничего не осталось?

— Я! Любила!? О чем ты, Марсель?

Он в ужасе ощутил презрение, исходящее из ее мозга.

— Ты не можешь меня простить…

— За что мне тебя прощать? — Тина пожала мысленно плечами. — Разве ты виноват, что так получилось?

— Почему тогда ты презираешь меня?

— Я? Тебе показалось, Марсель. Я пойду, — она повернулась к выходу. Холодная и недоступная, совсем как ее телепатема. — Прощай. Не беспокой меня больше.

Створки двери закрылись за Тиной, и только тут на Марселя обрушилась боль. Нереальные картинки в его мозгу, как он возвращается домой, и Тина держит малышку на руках, пронеслись на огромной скорости в его мозгу, окрашенные чувством безвозвратной потери. Он с ужасом подумал, что ему придется жить еще сотни лет, и так же приходить на работу каждый день, решать чужие проблемы, до которых ему нет никакого дела, и возвращаться в пустую квартиру домой. И от этого стало еще больнее. Он так и не почувствовал, как сознание отключилось, принеся успокоение его душе.

Марсель очнулся, не понимая, как он очутился в большой операционной. Он не был привязан и растерянно сел, поежившись — в помещении было прохладно.

Вошел врач, Марсель узнал мужчину, которой проводил его к Тине.

— Как себя чувствуете, Марсель?

— А что случилось? — Марсель нахмурился, он никак не мог вспомнить, что произошло, а потом как-то сразу отчетливо всплыл разговор с Тиной, и снова вернулась боль.

— Хорошо, что вы все помните. Но я бы советовал вам показаться вашему врачу, или, если хотите, мы можем посмотреть вас здесь, как только будет окно в расписании у кого-нибудь из врачей.

— Не нужно, — Марсель испуганно соскочил со стола. Меньше всего его прельщала перспектива, что кто-то из людей, работающих с Тиной, будет вникать в их взаимоотношения. — Я работаю экспертом Совета Вардов, у меня специальный врач для таких случаев.