Шалунья - Кэтрин Харт

— Простите меня за то, что я не прыгаю от радости и не приношу свои поздравления! — ответила Арлен.

Гас вздохнул:

— По правде говоря, я и не ждал этого, но надеялся, что мы расстанемся друзьями.

— Друзья не наносят друг другу ударов ножом в спину, Ангус! Они также не меняют своих привязанностей при каждой перемене ветра. Нет, чёрт побери! Мы не можем быть друзьями после этого. С этого момента мы — смертельные враги.

— Мне очень больно слышать от тебя такие слова, Арлен. Может, со временем ты изменишь своё мнение.

— Очень маловероятно, Ангус. — Она взяла свои сумочку и зонтик и собралась удалиться. — Запомните мои слова: вы пожалеете об этом дне. Вы оба.

Хетер пришла в восторг, узнав о предстоящей свадьбе, и Морган разделял её радость.

— Как ты думаешь, я не очень стара, чтобы быть подружкой невесты? — легкомысленно спросила она.

— Пожалуй, ты больше подходишь на роль почётной матроны, ты ведь теперь старая замужняя леди, — подсмеивался он.

Она показала ему язык:

— Я вовсе не старая. И я леди, только когда это устраивает меня.

— Это я подтверждаю!

— Ты видел лицо Арлен, когда она скатилась с лестницы? Боже, какая она была злая! У неё, конечно, были для этого причины, и мне очень жалко её, но соединение матери и отца — это действительно чудо. Отец просто ликует.

— А твоя мать вся сияет.

Хетер удовлетворённо вздохнула и втиснулась в объятия Моргана.

— Это любовь, — пробормотала она. — Самое восхитительное, что только есть в этом мире!

ГЛАВА 31

Дрейк стал регулярным посетителем салона. К счастью, Хетер не видела ничего необычного в этой дружбе, которая, как ей казалось, недавно возникла между Морганом и мистером Ивенсом, и нисколько не догадывалась, что двое мужчин знали друг друга задолго до этого. Когда Дрейк заглянул к ним через несколько дней после подозрительных самоубийств, она не придала этому никакого значения. Не вызвало у неё сомнения и то обстоятельство, что он принёс важные новости для неё и Моргана. Всё это показалось ей простым совпадением.

— Слышали об игроке, которого нашли мёртвым в одной из аллей в Цимароне? — спросил Дрейк Моргана.

Морган отрицательно покачал головой:

— Нет. А что? Это имеет к нам какое-то отношение?

— Можно сказать и так. Похоже, его поймали, когда он жульничал в карты, а через некоторое время ограбили и перерезали горло. Когда судебный исполнитель обследовал его номер в отеле в поисках денег для уплаты похоронному бюро, как ты думаешь, что он нашёл там?

— Колоду краплёных карт? — попытался угадать Морган.

— Нет.

— Проститутку?

— Попытайся ещё раз, — предложил Дрейк, улыбаясь, как кошка, съевшая канарейку.

— Чёрт возьми, Дрейк. Выкладывай, наконец! У меня не хватает терпения играть в угадайку.

— Мешок монет, — самодовольно объявил Дрейк. — Точнее, центов. Совершенно новых, с незначительным браком.

Усы Моргана вздёрнулись вверх.

— Чёрт меня побери!

— Это хорошие новости, — сказал Дрейк. Его лицо стало гораздо серьёзнее, когда он добавил: — Плохие новости заключаются в том, что этот человек мёртв и поэтому не может рассказать, где он достал монеты. Кроме того, подобно большинству людей такого рода, он был в Цимароне проездом, и, очевидно, у него нет там друзей или знакомых, которые могли бы нам хоть что-нибудь сообщить.

Морган в отчаянии простонал:

— Шаг вперёд, два шага назад. Чёрт возьми! Когда, наконец, это дело прояснится?

— Надеюсь, что скоро, — вздохнул Дрейк. — Если мне придётся проваландаться в этом салоне, которым управляет твоя жена, ещё какое-то время, я превращусь в горького пьяницу.

Морган вскинул руки кверху жестом протеста:

— Эй! Не надо сваливать на меня твои врождённые пороки. Тебе стоит только слово сказать, и я подам специальный напиток для трезвенников. Ты можешь выбрать: ромовый пунш или без рома, или без пунша, или Джентльменский имбирный без джина!

— Тогда это будет Джентльменский джер, не так ли? — пошутил Дрейк. — А Методистский коктейль? Он подаётся без первой части… или второй?

Морган озорно ответил:

— Зависит от того, кто заказывает, приятель. Дама или мужчина. Мы стремимся удовлетворить потребности каждого.

Дрейк рассмеялся:

— Кто-нибудь когда-нибудь говорил тебе о том, что ты продувная бестия?

— Да, — ответил Морган. — Я постоянно слышу это от тебя и Хетер. Если вы двое не перестанете льстить мне, я могу стать слишком высокого мнения о своей особе.

— С тех пор как Бетси взялась ухаживать за тобой, твоё состояние значительно улучшилось, Гас, и я доволен тем, как идёт выздоровление, — сказал доктор Дженкинс. — Если оно и дальше пойдёт такими же темпами, то скоро ты сможешь передвигаться на костылях. Тогда бедному Чинг Юнгу больше не придётся перетаскивать тебя с кровати на стул и обратно каждый раз при смене постельного белья. — Док засмеялся и покачал головой. — Этот маленький человечек гораздо сильнее, чем можно было бы подумать, глядя на него, но всё равно он напоминает мне муравья, пытающегося сдвинуть с места бизона.

— Никак не могу дождаться этого, — сказал Гас. — Я устал от вынужденного лежания в постели, чувствуя себя больше мокрым посудным полотенцем, чем мужчиной.

Дженкинс кивнул:

— И пора тебе перестать принимать настойку опия, что будет способствовать повышению тонуса. У тебя уже не должно быть сильных болей, если не будешь делать резких движений.

— Я прослежу за этим, доктор, — заверила врача Бетси, вручая ему бутылку с настойкой. — Чем скорее он поправится, тем быстрее мы сможем вновь пожениться.

— Да, — удовлетворённо вздохнул Гас. Его голубые глаза светились любовью. — У нас с моей Бетс ещё будет время, чтобы наверстать упущенное.

Лицо Дженкинса осветилось широкой улыбкой.

— Я слышал радостную новость. Желаю вам обоим всего самого лучшего. Как вы намереваетесь отметить это событие — в узком семейном кругу или с шумом на весь город? Я рассчитываю на приглашение.

— Как бы мы ни решили, вы обязательно будете нашим гостем, доктор Дженкинс, — пообещала Бетси. — В конце концов, если бы не вы, Ангуса сегодня могло бы и не быть в живых.

Дженкинс покачал головой и улыбнулся Гасу:

— Я не могу принять на себя все заслуги. Вероятно, большую роль сыграло его упрямство, которое помогло ему выкарабкаться.

— Да, — согласился Гас самодовольно. — И пусть ни один из вас не забывает об этом.

Арлен ворвалась в салон и промчалась по лестнице, как индеец, вступивший на тропу войны. Лицо её было напряжено, серые глаза метали молнии.

— Эге, — сказала Хетер, — надвигается буря. — Она следила за тем, как, поднявшись по лестнице, Арлен двинулась прямиком к покоям Гаса. — Как ты думаешь, нам надо вмешиваться?