Рыцарь Лета - Павел Нечаев

— Взять кота! — приказал предводитель, и несколько фэйри рванулись к Собаку, заходя с разных сторон. Не тут-то было, не на того напали: два удара когтистой лапой, и двое воющих окровавленных фэйри отлетели в стороны, а остальные тут же дали задний ход.

— Убирайтесь! — приказал фэйри Сашка. Лицо предводителя исказила злобная гримаса, добыча в очередной раз выскальзывала из рук. Наконец, он махнул рукой, и, унося убитых и раненых, фэйри ретировались. Вовремя — в прихожей раздался шум, хлопнула дверь. Вернулась мама.

— Сашенька, что за шум? — она, не раздеваясь, прошла в комнату и остановилась в изумлении, увидев учиненный разгром.

— Мам, я все уберу, — кинулся к ней Сашка. В то же мгновение со шкафа раздался крик Власа:

— Берегись! — Сашка обернулся, и увидел за окном предводителя фэйри. В руках он держал лук. Собак тут же рванулся к нему, но не успел, молниеносным движением предводитель поднял лук, и выстрелил. Черная, как ночь стрела пролетела над Сашкиным плечом, и вонзилась маме в шею. Ее глаза закатились, и она мешком осела на пол.

— Мама! — тоненько вскрикнул Сашка, и бросился к ней. В горле у него защипало, на глаза навернулись слезы. Мама лежала без движения. Она была жива, дышала, но без сознания.

— Доигрались…, — вздохнул кто-то из домовых. Дори подлетел к маме, всмотрелся, и отпрянул.

— Стрела холода, — пошептал он. Сашка повернул к нему заплаканное лицо, и сдавленно спросил: — Что это значит?

— Черное колдовство, — пояснил Дори. — На стрелу наложили заклятье Стрелы Холода.

— Что мне делать, — Сашка почувствовал, как у него задрожали колени. То, что он воспринимал как игру, обернулось бедой. Ему захотелось зажмуриться, крепко-крепко, и чтобы, когда он откроет глаза, ничего этого не было. Наверное, именно в тот вечер Сашка совершил свой первый по-настоящему взрослый поступок. Он встал, и решительно направился к телефону.

— Дядь Володь, это Сашка, — кричал он в трубку спустя минуту. — Приезжайте, маме плохо.

Дядя приехал через двадцать минут, к этому времени домовые споро убрали комнату. Коротко расспросив Сашку, дядя тут же вызвал скорую. Сашка попытался объяснить дяде про фэйри, но тот лишь отмахнулся, и Сашка не стал настаивать. Он, скорее почувствовал, чем понял, что ничем хорошим это не кончится. Усталая врачиха с кругами под глазами, выслушав сбивчивые объяснения: «вошла, упала», бросила короткое непонятное слово «кома», и маму забрали в больницу. Сашка с дядей поехали туда же. В больнице дядя Володя тут же поймал за локоть какого-то дядьку в белом халате, и увел в кабинет. О чем они там разговаривали, неизвестно, но вскоре у постели мамы собралось целых шесть врачей, которые долго что-то проверяли, делали анализы. Сашка сидел на обитом дерматином топчане в коридоре, и вскакивал, когда кто-то проходил, заглядывал в открывавшуюся дверь. Дядя Володя сидел рядом с ним. Наконец, дядька в белом халате вышел, отозвал дядю в сторону, и что-то вполголоса стал тому объяснять. Сашка несколько раз поймал направленный на себя взгляд врача, и испугался. Во взгляде сквозило сочувствие.

— В общем, дело плохо, — дядя Володя положил руку ему на плечо. — Мама в коме. Эти, — дядя мотнул головой в сторону врачей. — Не знают, что делать. Так что держись, мужик.

Стараниями дяди маму устроили в отдельную палату, при ней неотлучно дежурила медсестра. Сашка сидел рядом, по совету медсестры старался разговаривать с мамой, и сам не заметил, как заснул на стуле. Проспал он немного, несколько часов. Сон освежил его, беспорядочные мысли, что роились в голове, пришли в относительный порядок. По всему выходило, что надеяться ему не на кого. Дядя слушать не стал, а кроме дяди, идти просто не к кому. Бывает такое в жизни. Ну а раз так, раз сам заварил кашу, значит, самому и расхлебывать. Другой бы на его месте руки опустил, но Сашка был не из таких. Просто сидеть и смотреть, как умирает его любимая мама, он не собирался. Он вышел из палаты, тихонько выскользнул за дверь отделения, и поехал на троллейбусе домой.

Дома он увидел, как припертый к стенке Дори переругивается с обступившими его домовыми. Увидев Сашку, они тут же забросали его вопросами, он, как мог, обрисовал ситуацию.

— Ай-яй-яй, как нехорошо-та, — качали головой домовые. — Надо спасать хозяйку.

— Надо, — согласился Сашка и посмотрел на Дори. — Может, просто отдать этот талисман?

— Нет! — как ужаленный, подпрыгнул Дори. — Нельзя этого делать!

— Ах ты! — задохнулся Сашка и навис над Дори. — Из-за тебя моя мама может умереть! Я отдам им этот талисман! — с этими словами Сашка взял сумку с талисманом и спрятал в карман. Дори застонал, и закатил глаза. В бою его изрядно потрепали.

— Погоди, хозяин, — остановил его Акинфий. — Если так просто отдать, оне не снимут заклятье. Энтот, который прилетал, не сможет снять. Не он накладывал, кто-то из Высших, а до тех поди доберись.

— Что это заклятье такое, и как его снять? — топнул ногой Сашка, и посмотрел на Дори. — Давай, друг, думай! Ты же фэйри, должен уметь колдовать.

— Я не силен в волшебстве, — пожал плечами тот. — Но я слышал, что яблоки из сада Оберона могут снять любое черное заклятье.

По словам Дори, в Волшебной Стране, Инис Авалон, во владениях Лета есть сад, где растут необыкновенные яблоки. Это личный сад короля Оберона, и попасть туда непросто.

— Значит, нужно добыть такое яблоко, — вскочил Сашка. — Как туда попасть?

— Мне туда хода нет, я изгнан, — повесил голову Дори.

— Значит, я пойду! — решительно заявил Сашка. — Как туда попасть?

— Это очень опасно, хозяин, — предостерег Сашку Акинфий, и Дори его поддержал, мол, не место смертным на Инис Авалон. Бесполезно, Сашка был настроен решительно, и Дори, помявшись, начал рассказывать.

Огромная рыжая кошка за решеткой зарычала так, что у Сашки мигом ушла душа в пятки. Как и все окрестные пацаны, он знал, как пролезть в Зоопарк без билета. Для этого надо было пройти туда, где территория Зоопарка почти вплотную примыкает к территории Университета. Склон в этом месте подымался, и вместе с ним подымался забор. В самом углу забор обрывался — сама высота служила отличным забором. Но если, обогнув забор, двигаться по внутренней его стороне вдоль забора, можно было дойти до места где высота вполне позволяла спрыгнуть. Оказавшись внутри, надо было просто обогнуть хозяйственные постройки Зоопарка, и, выйдя на аллею, слиться с толпой. Так Сашка и поступил, и вот он стоит перед клеткой с тигром. Тигр был не в духе, он ходил из угла в угол, бил себя хвостом по бокам. Когда он развернулся к Сашке, вперив в того страшные желтые глаза, и зарычал, Сашка обмер, судорожно вцепился в ограждение. Было страшно, очень хотелось сбежать. Умом Сашка понимал, что стальные прутья решетки надежно ограждают его, но ум пасовал под напором страшного взгляда огромной кошки. Наконец, тигр успокоился, и отошел в дальний угол клетки. Сашка набрался смелости, перескочил через ограждение, подошел к клетке и сунул руку внутрь. Цапнув гостью с пола мусор, он тут же отпрянул, ожидая гневного рыка. Тигр лежал на боку в дальнем углу клетки, в тени, и лениво смотрел на Сашку. «Что, человеческий детеныш, боишься?», спросил он у Сашки взглядом. «Не боюсь!» — осмелев, вздернул подбородок Сашка. «Молодец»! — одобрил тигр и зевнул. Сашка перебрал мусор на ладони, нашел несколько желто-черных шерстинок, и аккуратно сложил в карман, а остальное выкинул. Один из компонентов ключа, открывающего проход в Волшебную Страну, был найден. Добыть остальные было и того проще. Кроличью лапку Сашка нашел на Благбазе, в мясных рядах. Жабу, ради шкурки, поехал было добывать в Гидропарк, но на полдороге слез с трамвая и вернулся: вспомнил про зоомагазин. В зоомагазине даже не пришлось покупать живую жабу, разговорчивая продавщица отдала ему трупик недавно умершей экзотической жабы. Остальные компоненты помогли достать домовые. Ну а самый редко встречающийся компонент, пыльца фэйри, был, что называется, только руку протянуть — вокруг Дори. К вечеру того же дня у Сашки были все компоненты ключа. Придя домой, он выложил все на стол, Дори посмотрел, покрутил носом, но принял. Домовые зажгли огонь, и вместе с Дори стали готовить какое-то варево, а Сашка завалился спать.