Рыцарь Лета - Павел Нечаев

— Заходи, заходи, гость дорогой! — раздался у Сашки за спиной голос. Он обернулся, и увидел на нижней ступеньке крыльца женщину. Женщина была под стать дому — одетая как картинка, в платье до пят, красном переднике и с чепчиком на голове. Не успел Сашка удивиться тому, как бесшумно она подошла, как женщина сделала несколько шагов вперед. Сашка поневоле шагнул назад, внутрь комнаты. А женщина, продолжая ласково приговаривать, приобняла Сашку за плечо, и увлекла вглубь дома.

— Как тебя зовут, гость? — проворковала женщина. Лица ее Сашка так и не смог разглядеть, стоило ему всмотреться, как глаза начинало щипать, и он поневоле отводил взгляд.

— Меня зовут… — начал Сашка, и чуть было не сказал свое настоящее имя, но в последний момент все же нашелся, и сказал: — Шурик. — Шуриком его никто никогда не называл, но и неправдой его ответ все же не являлся.

— А меня зовут Бронаг, старая добрая Бронаг, вот как называют меня все в этом лесу, — откликнулась женщина, и продолжила: — Давненько, давненько не заходили ко мне гости. Садись, садись за стол, я сейчас соберу покушать! — приговаривала она, и Сашка сам не понял, как очутился за столом. Он сидел на высоком стуле, перед ним стояла тарелка, а женщина хлопотала у очага. Опомнившись немного, он стал оглядываться вокруг. Обведя комнату взглядом несколько раз, он почувствовал какое-то несоответствие в обстановке. Что-то было не так. И тут Сашку осенило — зеркало. В доме не было зеркала. Ни одного, самого завалящего осколка. Сашка порылся в карманах, и достал «Зиппо», одну из немногих вещей, оставшихся от отца, после того как он их с мамой бросил. Сашка зажал зажигалку в руке, и украдкой поднял до уровня глаз. В полированной плоскости зажигалки отразилась комната, Сашка чуть двинул рукой, и зажигалка отразила лицо женщины. Та как раз развернулась с каким-то горошком в руках. И на этот раз Сашка сумел разглядеть ее лицо. Увиденное до того поразило его, что он спрыгнул со стула, и кинулся к двери. Позади него послышались ругательства. Он был уже в двух шагах от двери, как вдруг та сама повернулась, и захлопнулась у него перед носом. Тяжелый деревянный засов с грохотом задвинулся. Сашка с криком попытался его отодвинуть, но тщетно, тот точно примерз к скобам.

— Сообразительный смертный, — скрипучим голосом похвалила Сашку ведьма. Сашка развернулся, и прижался к двери спиной. Ведьма подошла совсем близко, Сашка увидел, что во рту у нее мелкие треугольные зубы в несколько рядов, как у акулы. Наваждение исчезло, пропала свежесть, дом уже не сверкал чистотой. Поблекли яркие краски, потолок стал ниже, а загаженное стекло в окне оказалось треснутым. Да и ведьма оказалась старой, с перекошенным сморщенным лицом.

— Ааа! — крикнул Сашка и махнул перед собой кортиком. Ведьма с удивительным для грузной старухи проворством отпрянула.

— Не сопротивляйся, все равно у тебя нет шансов. Все равно я тебя съем, — попыталась она уговорить Сашку, но тот, заметив, с каким страхом смотрит ведьма на клинок, воспрянул духом. Кортик словно бы светился в сгустившемся в доме сумраке.

— А вот и не сдамся! — крикнул Сашка. — Это не по правилам!

— Что не по правилам? — попятилась ведьма.

— Есть не по правилам!

На самом деле, Сашка понятия не имел ни о каких правилах, сказал просто по наитию. Да еще припомнилось ему что-то из русских сказок, об испытаниях, которым Баба Яга добрых молодцев подвергает. Ведьма заколебалась, видно, и вправду что-то такое было, запрещающее просто так есть путников. Над головой Сашки послышалось хлопанье крыльев. Через круглое окошко над дверью в дом влетела давешняя ворона. Каркнув, она заложила вираж над головой ведьмы, и уселась на буфет.

— Ладно, — нашлась ведьма, и покосилась на ворону. — Если пройдешь мое испытание, так и быть, я тебя отпущу. Не стану есть. Ну а не пройдешь… не сносить тебе головы. Согласен?

— Согласен, — кивнул Сашка. А что ему оставалось делать?

— Ну, хорошо, — отозвалась ведьма, и, повысив голос, позвала: — Белый! Черный!

Тотчас из ведущих вглубь дома дверей показались два кота, один полностью белый, другой полностью черный. Повинуясь жесту хозяйки, они вспрыгнули каждый на свой стул, и чинно уселись, точно две статуэтки. Если бы не горящие багровым огнем глаза, можно было бы принять их за обычных котов.

— Хорошие мои, — ведьма погладила котов, сначала белого, потом черного. Затем прошла в глубь дома. Коты следили за каждым Сашкиным шагом, не отводя горящих глаз. Ведьма вернулась, и поставила на стол две глиняные чашки. Шепнула что-то котам, те в знак согласия синхронно наклонили лобастые головы.

— Слушай внимательно, смертный мальчик. Вот две чашки. В одной из них просто травяной чай, в другой — травяной чай и сонное зелье. Коты знают, в какой чашке нет зелья. Ты можешь задать одному из них один вопрос, но только один! Помни, один из них всегда говорит правду, а другой — всегда лжет. Спросишь, а потом выпьешь одну из чашек до дна. Угадаешь, уйдешь целым и невредимым, мое слово верное. Не угадаешь, я тебя съем, — с этими словами ведьма уселась на стул, и стала ждать.

Сашка задумался. Один всегда лжет, другой всегда говорит правду… Какого бы из котов он ни спросил, он не сможет проверить, правду тот говорит, или нет. И, на первый взгляд, решения у задачи не было. Но ведьма не стала бы загадывать загадку, не имей та решения. Волшебные существа, в отличие от людей, всегда держали свое слово. Какого кота спрашивать? Но ведь разницы нет, значит, дело не в котах, понял Сашка. Дело в вопросе. Надо правильно задать вопрос…

— Ну что, надумал? — ведьма потеряла терпение. — Я не буду ждать весь день, мальчик. Задавай вопрос.

— Минуточку, еще минуточку, сейчас спрошу, сейчас, — взмолился Сашка, и тут его озарило. Он понял, какой вопрос нужно задать. Он поднял голову, и ведьма разочарованно застонала, увидев по глазам Сашки, что он разгадал ее загадку.

— Если я спрошу твоего друга, — обратился он к черному коту. — Из какой чашки он посоветует мне пить?

Кот секунду помедлил, и, привстав на задние лапы, ткнул в одну из чашек.

— Спасибо, — вежливо поблагодарил кота Сашка, и взял другую чашку. Выпил терпкий отвар, и замер, прислушиваясь к своим ощущениям. Все было в порядке, голова не кружилась, в сон его не клонило. Сашка понял, что сделал правильный выбор.

— Ну и смертные пошли, — проворчала старуха, и сделала жест рукой. За спиной Сашки раздался грохот отодвигающегося засова, и дверь распахнулась. — Ты свободен. Иди. — Сашка поначалу хотел припустить оттуда со всех ног, но вовремя вспомнил, что в сказках Яга могла и помочь.