Безопасность – превыше всего! - Андрей Арсланович Мансуров

Он… Начинает становиться уж СЛИШКОМ самостоятельным. И неуправляемым.

Это не связано с программированием, или матрицами личностей, использованных для первичного, базового, обучения. Это связанно только с тем, что он, в силу особенностей мышления, учится, умнеет, и…

Превращается в законченного индивидуалиста слишком быстро.

Контролировать такого монстра, если он вдруг решит поработать на себя – абсолютно невозможно. И сделать с этим что-то, ничего не повредив в теперешних настройках, крайне сложно. Я бы даже сказал – нереально.

– А если… ослабить эти его… мыслительные способности?

– Об этом мы уже неоднократно говорили. Он будет просто примитивным биороботом – не лучше тех тупых дроидов из «Звёздных войн» Лукаса. Нет, глупее его делать нет смысла – скорее, наоборот. Но дело не в этом.

Просто нужно, очевидно, так спланировать операцию, как мы, собственно, и намеревались изначально. То есть, закончить всё менее чем за месяц… Максимум – два. Или планы Штаба изменились?

– Нет, всё пока в силе.

– А что там у наших коллег-конкурентов? Нет ли каких-нибудь полезных находок у отдела Групповых Существ, что пригодилось бы и нам?

– Нет. Тут не намечается ничего нового и… хоть сколько-нибудь полезного, – уголок рта генерала дёрнулся, – Похоже, такого и не предвидится. Во всяком случае, в ближайший год.

Групповая психология у нас всё ещё сильно хромает. Пока никак не удаётся снизить индивидуализм членов – сколько бы их не было во взводе: хоть двое, хоть десятеро…

Не мне вам объяснять – каждый уверен, что он – самый-самый! И лучше знает, как взяться и выполнить!

До сих пор ни одно, даже самое простое задание, не доведено до конца так, чтобы эти «супер-твари» не перегрызлись и не передрались между собой за право быть «самым крутым». И всем распоряжаться.

К тому же работу таких групп очень ограничивает то, что они должны находиться в пределах прямой видимости – ведь переговариваться они могут только языком жестов. Ну, вы знаете – всё из-за того, что чёртовы ШИМмеры для подавления любых управляющих сигналов беспилотников всегда наготове, или включены, а мы пока ничего не можем этим агрегатам противопоставить.

Так что рассчитывать эти подразделения монстров могут лишь на себя. А они…

И хотя проектная группа обещает всё исправить, я сильно сомневаюсь в реальности этого. Что-то мы тут, похоже, намудрили сами: или неверно сформулировано основное Техническое Задание, или…

Или в таком виде нам ничего не добиться от этих «ярких индивидуальностей». Быть может, всё же стоило поработать с матрицами тех, кто привык слепо подчиняться. Но тут, сами знаете – обратная сторона медали: никакой инициативы. И находчивости.

Ладно, если ко дню «Ч» они не закончат, используем только ваш вариант.

– Мнемоническую копию диверсанта выслать вам сейчас, или… После исправлений?

– После исправлений. Как только пройдёт испытание, которое я назначил через две недели, всё станет ясно. Тогда и… – генерал многозначительно посмотрел на О,Нила.

– Всё ясно, господин генерал. – в голосе «завхоза» не изменилось ничего.

– Как там у вас с… Бунтами? И Любителями побегов?

– Как всегда – сегодня снова пришлось промыть мозги доктору Мессингу. А из группы разработчиков – опять пытались «покинуть» нас Виннер и Хитчмен с жёнами. Уже отправил их на обработку в отдел Зачистки. К утру будут готовы.

– А… МакКарти?

– Пока нормально. Но мы вернули в его каюту шнур с портьер. Отдел регенерации высказал замечания, что рубец от верёвки легче заделать, чем разрез осколком стекла.

– Хм… Пожалуй, они правы. А Нойерс?

– Всё ещё никак. Он-то и беспокоит меня сильней всего. Не ворчит, попыток суицида не предпринимает, ни с кем даже не поругался ни разу. Работает. От звонка до звонка. Методичен и аккуратен. Педантично протоколирует всю проделанную работу.

Вот я и думаю – железный самоконтроль. И человек просто не хочет вызывать у нас лишних подозрений. Поэтому слишком велика вероятность того, что он – агент Врага. В связи с этим, поскольку его работа в основном закончена, предлагаю не тянуть, и разобраться с ним сразу. Если, конечно, вы не возражаете.

– Хм-м-м… – пауза затянулась, – Хорошо. Не возражаю! Однако – попробуйте перед… ликвидацией всё же вытрясти – так ли это. Может, удастся под гипнопедом что-то узнать?

Или вкатить ему эту… новую сыворотку правдивости?.. Вдруг сработает?

– Маловероятно – они слишком наловчились в работе с людьми. Впрочем, всё равно, конечно, попробуем. Да и третья степень не помешает. Со времён «Святой» Инквизиции и Гестапо мы столько всего нового… И опытный специалист у нас есть.

– Хорошо. – генерал снова дернул щекой. Было заметно, что разговор об этом ему неприятен. – До связи. Надеюсь, ЧП больше не будет.

– До связи. Я тоже надеюсь. Генерал, сэр!..

– Генерал!

Отдав друг другу честь, генералы отключили переговорные устройства.

Доктор Нойерс закончил обед в традиционном молчании.

Затем прошёл в ванный отсек и тщательно почистил и прополоскал зубы. Залез мизинцем в рот и ногтем сильно три раза надавил на внутреннюю поверхность второго правого моляра.

Он не знал, почему делал так каждый день. Но делал.

Когда за ним пришли, он не выказал ни малейшего удивления. Позволил скрутить себе руки за спиной, и надеть маску на рот. Покорно прошёл в медицинский отсек. Опустившись на кресло, он, пока его пристёгивали ремнями и подсоединяли электроды, тяжко вздохнул, после чего прокусил себе неприметный бугорок на внутренней поверхности верхней губы.

Зачем он это сделал, он тоже не знал. Что-то внутри его мозга приказало ему это сделать.

Умер он мгновенно.

– Да, господин генерал, наши подозрения подтвердились.

Микропроцессор, подсоединённый в обход нашего. Непосредственно к глазному яблоку. Вживлённый в десну передатчик. Очень мощный, импульсного действия. Ампула с циано-бором, вшитая в губу – тут мы облажались, не догадались проверить полость рта… Но похоже, он и вправду не помнил о вербовке ничего – всё было запрограммировано на уровне рефлексов… Что?.. А-а… Да, возможно, возможно.

Ну, я уже говорил: в этой области нам до них далеко. Зато они не могли знать, что всё пространство Станции абсолютно изолировано медными и иридий-магниевыми листами, и…

Так что, что бы он там каждый день не передавал, из этих стен наружу не пробилось ничего! Ни один вид излучения не проникает сквозь… – кивок головой, – Последний Барьер. – даже О,Нил не рискнул назвать вслух новейший и секретнейший изолятор.

– Что с… телом? Оно не создало угрозы нашей Безопасности? – Андерс казался внешне спокойным и, как всегда, предельно собранным, но О,Нил знал, что его коллега сейчас взволнован как никогда сильно. Впрочем, профессионал – он и есть профессионал. Андерс