Уничтожить всех - Иван Стрельцов

Незнакомый молодой человек говорил именно теми фразами, как и думал сам Триш. Впрочем, бывшего майора это нисколько не смутило, он прекрасно ориентировался в происходящем. Его вербовали для какой-то неизвестной ему акции. Прежде чем отправляться вербовать фигуранта, вербовщик должен тщательно изучить того, с кем придется ему работать. В том числе изучается и психофизический портрет, это аксиома работы спецслужб.

— Конечно же, вы имеете право на отдых и на все остальное, — продолжал юноша. — Только с таким образом жизни через год, если вы не подцепите СПИД от своих подружек, то просто сопьетесь. Впрочем, вы сопьетесь и в том случае, если пойдете работать в Службу безопасности — рутина заставляет энергичных людей чаще заглядывать в рюмку. Война в Африке — перспектива не намного лучше. Если не убьют повстанцы, то вполне можно запросто отправиться на вертел к каннибалам. Но даже если вернетесь оттуда живым и здоровым, денег вместе с офицерской пенсией вряд ли хватит надолго. Потому что это сущие гроши.

— Вы хотите меня привлечь в экспедицию на поиски клада карибских пиратов? — с усмешкой спросил Триш и добавил: — К сожалению, я давно вышел из романтического возраста.

— Я тоже, — коротко заметил незнакомец. — После всего, что я наговорил только что, перспектива вашей дальнейшей жизни незавидна. Но в данном случае шанс есть.

— Интересно, какой?

— Вам доводилось бывать в Афганистане? — вопросом на вопрос ответил незнакомец.

— В восемьдесят шестом я почти год в районе Баграма учил моджахедов пользоваться «стингерами», — ответил Майкл, задумчиво вертя бутылку с пивом.

— Знакомые там остались?

— Наверняка, я ведь все то время воевал бок о бок с ними.

— Вот это и есть ваш шанс, — улыбнулся теперь по-настоящему юноша.

— Не понял?

— После нападения на Нью-Йорк врагом номер один США был назван Усама бен Ладен. За его голову Белый дом назначил цену в двадцать пять миллионов долларов. Его не нужно ловить самому, достаточно лишь указать место, где скрывается террорист. А двадцать пять миллионов — это не те жалкие гроши, что заплатят за войну в Африке. Здесь есть за что рискнуть.

— Замечательно, — громко рассмеялся Триш, он уже сообразил, каким ветром занесло этого пацана. И ветер этот назывался ЦРУ. — Только как я смогу попасть в Афганистан?

— Этот вопрос полностью продуман, — уверенно продолжал юноша. — Сейчас представители Пентагона ведут переговоры с лидерами антиталибского альянса, контролирующих север Афганистана.

В самое ближайшее время они при поддержке США начнут наступление на Кабул. Война — это всегда суматоха, вот в этой толчее и можно будет устроить охоту на террориста номер один.

— Каким образом? — не унимался англичанин.

— Сейчас в Кабуле полно журналистов, а будет еще больше. Вот под личиной репортера и можно будет смело действовать. Мы беремся вас снабдить документами журналиста телекомпании Би-би-си и, кроме того, обеспечить десятью тысячами долларов в месяц на оперативные расходы. — На старый полированный стол легла золотая кредитная карточка. — Если вы согласитесь, конечно, то мы обсудим оставшиеся технические вопросы.

Долго размышлять Майкл Триш не умел, решение он принял сразу, едва гость замолчал.

— Я согласен, — сказал майор, поставив на стол так и не тронутую бутылку пива…

Владивосток (наши дни)

Удачная высадка десанта и захват плацдарма в конце концов вылились в суточный отдых для всех участников учений…

— Значит так, кто хочет — смотрит телевизор, кто не может — ложится спать. А если у кого есть желание побузить, тому я сам найду развлечение. Например, спарринг со мной, а для самых бурых обещаю личный контакт с Гусаром. — Среди морпехов, сидящих ровными рядами на табуретках, ходил ротный старшина Антон Малугин — молодой мужик выше среднего роста с широкими плечами и добрыми серыми глазами, за которыми скрывался терминатор — киборг-убийца. Ни один из разведчиков не подал голоса. Малугин, или Маугли, поигрывая связкой ключей, прикрепленной на длинной цепочке к тренчику пояса, острым взглядом пытался отыскать смутьянов. Но в разведроте, в основном скомплектованной из добровольцев, большая часть которых прослужила до этого в строевых частях морской пехоты, никто не хотел искать приключений на свою голову.

Обойдя морпехов в очередной раз, старшина Малугин остановился перед телевизором, потом мрачным взором обвел собравшихся и грустно произнес:

— Как я понял, недовольных нет. Хоть правозащитников приглашай…

Разведрота ответила гробовым молчанием. И вовсе не потому, что кто-то из бойцов был обижен на старшину роты или взводных командиров. Каждый морпех этой роты считался элитой морской пехоты и был готов не только за Родину, но и за черный берет и тельняшку отдать свою жизнь. И за этим единым порывом не стояли банковские счета, «Ролс-Ройсы» с «Бентли» или соблазнительные блондинки. Каждый боец знал, он ничуть не хуже старшины, взводного или даже командира роты. Впрочем, ротный — Герой России — для всех остальных бойцов стоял где-то в стороне, как полубог на вершине Олимпа. Простые смертные в эту роту попасть не могли, а те, что попадали, еще долго не могли поверить в то, что так можно служить…

— Итак, намекаю еще раз напоследок, — заслонив своим торсом экран телевизора, вновь заговорил старшина. — Лучше колымить на Гондурасе, чем гондурасить на Колыме. Если есть несогласные с этой теорией, шаг вперед. Нет? Ну, потом сопли не размазывайте, что вас, дескать, не предупредили.

Антон Малугин, еще совсем недавно служивший в учебном батальоне и привыкший к тому, что новобранцев следует подгонять под общую мерку в разведроте, дважды не повторял. Оставив разведчиков в покое, Антон направился в ротную канцелярию.

За большим письменным столом командиры взводов во главе с майором Давыдовым отчаянно «забивали козла». Командир роты вместе со своим заместителем, двухметровым верзилой с крупным, как у коня, черепом и приплюснутым носом, капитаном Олегом Шуваловым против старших лейтенантов Николая Иволгина и Геннадия Журило. Молодые офицеры упорно отбивались от наезда старших товарищей.

— А вот мы по-«троекурову», — проговорил Денис, ставя в конце черной в белую крапинку змеи «дубль-три».

— «Рыба», — радостно констатировал Шувалов, раскрывая для подсчета свои «камни». И, широко улыбаясь, добавил: — Прошу, господа, подбивайте свои «бабки».

В игре против старших по званию лейтенантам явно не перло, закончилась третья по счету партия, которую, несмотря на отчаянное сопротивление, они проиграли.

Долговязый, коротко стриженный, с оттопыренными ушами Иволгин, наигранно хмуря густые брови, удрученно бормотал, перемешивая «камни»:

— Прямо как в песне: «Не везет мне в картах, повезет в любви». Только когда эта любовь будет, мне ж сегодня вечером в караул заступать.

— Для того чтобы начать выигрывать, нужно руку сменить, — деловито заметил вошедший в канцелярию Малугин. — Вот уступи мне место, Никола, так мы с Генкой в момент раскатаем господ начальников.

— Губу не раскатывай, игрок, — рассматривая свои «камни», проговорил Давыдов. — Лучше иди-ка в свою каптерку и лишний раз барахло пересчитай, через месяц на курсы младших лейтенантов ехать, так чтобы при сдаче должности и ротного имущества лишних вопросов не возникло.

— Вопросов не будет, — запальчиво ответил Антон. — У меня в каптерке как в аптеке — все чики-чики.

— Ну, смотри, тебя за язык никто не тянул, — покачал головой Денис, ставя очередную костяшку домино на стол. Хоть и сказано это было совершенно безобидным тоном, но Малугин сообразил, что при сдаче дел майор этот разговор ему припомнит. И напоследок устроит ему хорошую показательную нахлобучку. Чтобы, не дай бог, не угодить на крючок репрессий, старший сержант незаметно покинул канцелярию, поспешив в свою каптерку пересчитывать «хозяйство».

— Денис Васильевич, а как насчет выхода в тайгу моего взвода? — поинтересовался старший лейтенант Журило — блондин с красными, как наливные яблоки, щеками и пронзительно-голубыми глазами, которые в сочетании с греческим профилем делали его неотразимым у прекрасной половины. При своих метре семидесяти семи старший лейтенант был самым низкорослым в роте, из-за чего тайно комплексовал, но старался этого не демонстрировать.

— Выход в тайгу есть в плане ротных занятий, — ответил командир роты, «отходя» одновременно двумя дуплями. — Но будут ли занятия или нет, трудно сказать. Ситуация наподобие той, что сложилась в фильме про Ивана Васильевича, который меняет профессию. «Были демоны, не спорим, но они самоликвидировались». Так будет и с рядом учебных тем. После показательных учений, где мы продемонстрировали свою молодецкую удаль, боюсь, комбриг нам зарежет не одно из нужных занятий. А потому что, — и, подражая хриплому голосу командира бригады, добавил: — «из-за неплановых учений наблюдается перерасход топлива, моточасов, сухого пайка и боеприпасов. Значит, вместо вылета в тайгу будем работать на „тропе разведчика“, делая больший упор на теорию, нежели на практику».