Уничтожить всех - Иван Стрельцов

Об истинной цели экстренного приезда директора ФСБ Цуриков был осведомлен одним из немногих, так же как и о том, что «ширмой» послужит проверка его центра. Впрочем, последнее полковника нисколько не смущало. В подчиненном ему подразделении царил полный порядок, дисциплина на высоте, документация в норме. Главное, никаких проявлений политического терроризма (с криминальным терроризмом разбирается милиция). Апогеем этой «проверки» должны были, как обычно, стать учения с применением группы захвата регионального отряда «Альфа». Это тоже мало пугало полковника, такие учения местные бойцы-антитерры проводили по несколько раз в году, не считая показательных выступлений по большим праздникам. Так что небо над головой начальника центра «Т» было безоблачным.

— Добрый день, — весело поздоровался с директором ФСБ Цуриков, как всегда, сверкая самодовольной улыбкой. — Хотите устроить большую игру? — неожиданно спросил полковник, указав взглядом на забивающего очередной шар министра обороны.

— Да, предстоит большая игра, только не на бильярде, — сухо ответил руководитель госбезопасности.

— То есть? — Улыбка тут же потухла.

— Условия предстоящих учений меняются.

— Как это понимать? — Глаза Цурикова подозрительно сузились.

— Задача твоих подчиненных будет прежняя — освобождение заложников. А вот в роли террористов будут другие. Наши коллеги из морской пехоты.

— Фу-ты, — облегченно выдохнул полковник, на его лице вновь заиграла широкая улыбка.

— Ты не особо лыбься. — Директор нахмурил брови. — Против будут работать спецы с боевым опытом.

Но это предупреждение на Цурикова не произвело должного впечатления.

— У нас с ними разная специфика, и все мои ребята тоже с боевым опытом. Каждый по несколько раз на Кавказе побывал, так что, сколько курочке ни пыжиться, а золотые яйца только в сказках бывают.

Глава ФСБ гневно сверкнул глазами, но сдержался и негромко проговорил:

— Не задирай нос, опростоволосишься с морпехами — пойдешь ядерный полигон на Новой Земле охранять. Сейчас придет твой «противник», изучи его. А как начнутся учения, используй весь имеющийся потенциал на сто процентов, чтобы действительно показать свое подавляющее превосходство. Задача ясна?

— Так точно, — рефлекторно вытянулся по стойке «смирно» полковник Цуриков.

Едва чекисты успели закончить свой разговор, как в зал вошел рослый морской пехотинец, одетый в обычный полевой камуфляж и короткие сапоги.

Приблизившись к бильярдному столу, морпех замер и, вскинув руку к черному берету, громко доложил:

— Товарищ министр обороны, майор Давыдов прибыл по вашему приказу.

Министр, выцеливавший очередной шар, выпрямился, положил кий на край стола и протянул морпеху руку со словами:

— Здравствуй, Денис Васильевич. Вызывал я тебя вот по какому вопросу. На последних учениях твои разведчики показали настоящий класс. Вот теперь у меня к тебе такой вопрос: не хочешь со своими бойцами принять участие еще в одних учениях?

— Каких учениях и какая их цель? — ровным голосом спросил Денис.

— Совместные учения с Федеральной службой безопасности. Они, как всегда, на страже закона, а вам и вашим разведчикам отводится роль террористов.

— Наша задача? — со знанием дела поинтересовался морпех. — Диверсия или захват заложников? Заложников будем держать в здании или в каком-то из видов транспорта?

Стоящие в стороне два чекиста внимательно слушали этот диалог, и по мере задаваемых морпехом вопросов улыбка медленно сползала с лица полковника Цурикова.

— Какой из вариантов вам предпочтительней? — в свою очередь спросил директор ФСБ, когда вопросы разведчика ему переадресовал министр обороны.

— Для меня прогулочный катер и «легенда» в случае удачного отражения штурма антитерра, уход в нейтральные воды, — обстоятельно пояснил Денис Давыдов свое пожелание. Потом задал очередной вопрос: — Количество моих людей?

— Сколько бы вы хотели?

— Достаточно, чтобы со мной было семеро.

— Пусть будет так. На подготовку вам дается двое суток. Учения назовем… ну, скажем, «Великолепная семерка»…

Афганистан (2002)

Серая безжизненная пустыня Регистан, разграничивающая Пакистан с Афганистаном, уже давно стала Восточным автобаном, по которому в два конца постоянно двигались и целые караваны, и одиночные машины.

Новая война, разгоревшаяся между контролирующими почти всю страну талибами и засевшими на севере отрядами антиталибской коалиции, после того как последние получили от Америки оружие и боеприпасы и начали наступление на Кабул, на движение через Регистан никак не повлияла. Из Афганистана по-прежнему шли караваны с беженцами, а им навстречу тайными тропами пробирались из Пакистана боевики, желающие воевать вместе с талибами, и везли контрабандное оружие.

Замотанный в клетчатую куфию, которую на западе называют еще «арафаткой», в синих демократических джинсах и длинной гороховой расцветки куртке Майкл Триш сидел на заднем сиденье видавшего вида «Лендровера». В ногах у него примостился пластиковый ящик с видеокамерой и портативным магнитофоном. В нагрудном кармане куртки лежали документы, удостоверяющие личность действующего журналиста телекомпании Би-би-си.

Две недели Майкл провел в Исламабаде, готовя для себя подходящую «легенду» командировки в Кабул. За это время кожа его лица приобрела красноватый оттенок, а щеки и подбородок заросли густой черной щетиной, делая его похожим на местных жителей.

Трое суток бывший сасовец потратил на дорогу до Кабула. Столица Афганистана встретила Триша старинными постройками и современными многоэтажными домами, которые за годы правления Талибана ничем не отличались от древних строений. Только базар по-прежнему оставался таким же шумным и пестрым.

Кровопролитные бои на севере постепенно откатывались к сердцу Афганистана. Город напоминал Новый Вавилон. Кого только не встретишь на улицах Кабула: завернутых в плащи из верблюжьей шерсти, вооруженных допотопными «бурами» пуштунов; арабов с новенькими «М-16» в зеленых платках-куфьях с веревочными кольцами на макушке, обозначавшими, что правоверный мусульманин совершил хадж в Мекку; длиннобородых афганцев в широких шароварах и длинных рубахах, подпоясанных ремнями с брезентовыми подсумками; пакистанцев, всех как один вооруженных «Калашниковыми» китайского производства.

Попадались в этом человеческом море и европейцы, но это были не просто наемники. Это были боевики, принявшие за религию ислам и теперь воевавшие не за деньги, а за веру.

Довелось Майклу увидеть и других европейцев, двух молодых людей. На них была рваная одежда, сквозь дыры и прорехи которой просвечивали тощие тела в фиолетовых синяках и ссадинах. Они были повешены на одной из городских площадей. Длинная деревянная перекладина, через которую был переброшен толстый металлический трос, на каждом из концов которого висело по человеку. Все это походило на интерьер исторического фильма: скрип, исходящий от раскачиваемых на ветру висельников, их бордовые, вывалившиеся наружу языки, темные, разбитые клювами птиц пустые глазницы. Все это до жути напоминало средневековье, только стоящие поблизости советский танк «Т-55» с наваренными противокумулятивными экранами из листового железа да гусеничный бронетранспортер со спаренной зениткой, установленной в кузове, подтверждали, что весь этот ужас происходит в наше время.

— Американские шпионы, — равнодушно кивнув в сторону повешенных, объяснил словоохотливый водитель, при этом радостно скаля щербатый рот. — Работали у нас под видом журналистов, а сами устанавливали радиомаяки для своих бомбардировщиков. Их разоблачили, потом судили по законам шариатского суда и, наконец, казнили. И так будет со всеми врагами ислама.

Откровения водителя покоробили Триша. Он тоже приехал в Афганистан работать под «ширмой» журналиста. И, несмотря на то что у него нет оружия (он сам по себе оружие) и никакой шпионской аппаратуры, кроме миниатюрного радиомаяка, который замаскирован под батарейку в часах и обнаружить который невозможно еще по той причине, что сигнал от него идет по узконаправленному лучу прямо на спутник связи, все эти предосторожности ничего не стоили здесь, на войне. Его могут убить в любой момент, едва кто-то из талибских боевиков заподозрит в нем шпиона. Подобный расклад отставному майору совершенно не нравился, но уже что-либо изменить он был не в состоянии.

«Лендровер» пересек центр Кабула и выехал на окраину. Раньше здесь размещались казармы одного из мотострелковых полков Советской армии, затем полк правительственных войск и, наконец, здесь же находилось впоследствии крупное соединение талибских войск. Несколько дней назад территорию военной базы эскадрилья американских штурмовиков превратила в груды щебня.