Проклятая вечность - Сара Коквелл

Существа не делали попыток атаковать, просто продолжая свое медленное движение к космодесантникам. За исключением шепота, порождающего их передвижение, они были безмолвны. От них больше не исходило словесных угроз, но само их присутствие было достаточно опасным.

Арион снова воспользовался болтером, когда очередная тварь направилась к нему. Снаряд разрушил мнимого противника, и весь силовой доспех покрылся с ног до головы слоем мелкой пыли. Порошкообразным потоком она проникла через решетку его шлема. Большая часть была тут же отфильтрована, но застигнутый врасплох неожиданностью произошедшего, Арион не смог активировать герметизацию доспеха вокруг решетки. Он проглотил полный рот пыли.

Согнувшись, он почувствовал внезапный рвотный позыв, когда его физиология Адептус Астартес взялась за инородную грязь, которая попала внутрь.

Коридон искоса взглянул на него. — Ты в порядке, брат?

Арион поднял руку, словно отмахиваясь от заботы Коридона, и решительно кивнул головой. Прошло несколько короткий мгновений, прежде чем он выпрямился, снова защищаясь от нападения.

Еще одно существо взорвалось, затем еще одно… пока воздух в комнате не наполнился насыщенной, густой дымкой. Пылевые существа по-прежнему не делали попыток напасть; они просто подбирались все ближе и ближе. Потом произошло что-то необъяснимое. Каждое существо откинуло голову назад в немом крике.

Казалось, шепот превратился в долгое, свистящее шипение. А затем наступила тишина, и пронесся сильный порыв свежей пыли, когда все до последнего существа просто утратили свою подвижность. Они одновременно рассыпались на миллион песчинок, которые лениво перемещались по полу, снова покрыв его бледно-желтым ковром.

Все закончилось.

Что бы Эвандер ни заметил в конце коридора, оно исчезло к тому времени, как два отделения и инквизитор добрались до него. Однако это привело их закрытой переборке, первой, которую они увидели за все время нахождения борту этого отвратительного корабля.

— Девятая, это Коридон. Мы только что столкнулись…

Вокс-передача затрещала и исказилась, затем ненадолго прервалась. Когда она возобновилась, в голосе Коридона было сомнение. — Мы только что столкнулись с чем-то. Я не могу сказать более определенно, но что бы это ни было, кажется, оно отступило.

— Есть раненые, брат-сержант? — задал вопрос Якодос и получил отрицательный ответ.

— Нет, капеллан. Мы продолжим путь к мостику, но мы получили первое доказательство, что этот корабль определенно не мертв. Советую ко всему быть очень внимательными. Что бы ни управляло этим кораблем, наверняка оно знает о нашем присутствии. Мы будем постоянно на связи. У вас были контакты?

— Дума… — начал Эвандер, затем покачал головой. — Ничего, Кор. Я буду держать тебя в курсе событий.

— Понятно.

Коридор прервал передачу. Эвандер освободил от магнитного зажима мельта-заряд и начал устанавливать его на двери. Капеллан прикоснулся к его руке, и почти незаметно покачал головой. Повернувшись к инквизитору, Якодос внимательно посмотрел через красные линзы черепа-шлема на человека. Когда он заговорил, в его тоне была тщательно отмеренная угрожающая нотка.

— Инквизитор Ремигий, я считаю, что вы утаили от нас жизненно важную информацию, касающуюся природы этого судна. Если вы хотите от нас дальнейшей помощи и содействия, тогда вы расскажите нам все, что знаете. Если вы откажетесь, тогда я свяжусь с сержантом Коридоном и посоветую ему прервать нашу операцию.

— Вам не нужно бояться…

— Контролируй свой гнев, сержант, — Якодос был вынужден поднять руку, чтобы остановить Эвандера, направившегося к Ремигию. — Инквизитор, воздержитесь от оскорбления моих братьев. Мы не боимся. Считайте, что мы предельно осторожны. Вы не были искренне с нами. Это не способствует доверительным отношениям. Но вы очень просто можете исправить эту ситуацию.

— Не нужно говорить со мной, как с одним из вашей паствы, капеллан Якодос, — возразил инквизитор вызывающе высокомерным тоном. — Я не сбился с пути истинной веры. Нет необходимости читать нотации об ошибочности моих действий и настаивать на возвращении на стезю добродетели. Пожалуй, во мне больше веры, чем во всем этом отряде вместе взятом.

Это были почти богохульные слова, и не менее смелые для одинокого инквизитора, окруженного двадцатью космодесантниками. Возможно, понимание этого факта вместе с неожиданностью, с которой круг вокруг него замкнулся так незаметно, заставило Ремигия внезапно огрызаться.

— Очень хорошо, — сердито произнес он. — Подлинная правда вот в чем. Я должен добраться до демона, управляющего этим кораблем, чтобы произнести слова и совершить ритуалы, необходимые для изгнания его обратно во тьму, откуда он выполз. Этот меч… — Он положил руку на эфес оружия, спрятанного в отлично сделанные кожаные ножны на поясе. — Это оружие создано для уничтожения древнего зла, которое бьется в сердце этого корабля. Сотни трудились над его созданием и еще сотни были принесены в жертву, чтобы гарантировать его чистоту.

Показным движением он вытянул меч из ножен и положил его плашмя на предплечье, демонстрируя Якодосу. По всей длине лезвия вился готический шрифт, изящный и витиеватый. Литании и сам превосходно выкованный меч потрескивали едва сдерживаемой мощью. Ремигий рассматривал его со странно задумчивым выражением на худом лице. — Многие из моих людей погибли, чтобы я мог сейчас стоять перед вами и показывать плоды их трудов. Они были, в некотором смысле, моими боевыми братьями. Я обязан в память о них закончить их работу.

Инквизитор посмотрел на Якодоса, который был втайне поражен. — Вы понимаете это, не так ли, капеллан?

— Понимаю, инквизитор. Очень хорошо, мы продолжим. Но я прошу, чтобы вы воздержались от противостояния с моими братьями. В этой операции напряжения и так хватает.

— Сержант! Взгляни на это!

Призыв пришел от брата из отделения Кровавых Мечей, который стоял позади инквизитора. Он указал болтером на противоположную стену. Там где когда-то были белые, безликие стены теперь ползла, расширяясь, линия коррозии. Она начиналась в месте стыка стены с полом и медленно, но заметно двигалась вверх похожими на паутину линиями. Там где она касалась стены, чистая белая поверхность заметно старела, тускнея у них на глазах, словно столетия разрушения протекали за несколько секунд. Стерильное покрытие стен коридора осыпалось маленькими кучками на пол, и пока собравшиеся следили за процессом, линии стали меньше казаться трескающимся металлом, но больше — венами, протянувшимися по коже корабля.

Кривая улыбка мелькнула на лице Ремигия и он снова спрятал меч в ножны. — Видите, — сказал он мягко. — Порча открылась. Присутствие этого оружия вызывает беспокойство демона. Пробейте переборку, сержант Эвандер. Мы должны поторопиться.

Весь прежний гнев инквизитора, казалось, забылся, когда сержант с помощью еще двух космодесантников начал устанавливать мельта-заряды.

— С чем мы можем столкнуться за этой дверью, инквизитор? Что вы знаете о природе этого демона? — Якодос говорил так тихо и спокойно, что казалось, будто он ведет обычную беседу.

Холодные, суровые глаза взглянули на капеллана, и Ремигий покачал головой.

— Если бы я это знал, я мог подготовить вас, Звездный Дракон. Просто… будьте готовы. Это все, что я могу предложить вам. Будьте уверены, как только с этим будет покончено, имя вашего Ордена и Ордена Кровавых Мечей станут уважаемыми в Ордо Маллеус.

"Ага", — подумал Якодос, когда отряд отошел от заминированной зоны. — "Хотим мы этой сомнительной чести или нет".

III

— У нас все в порядке. Больше нападений не было.

Коридон сообщил Эвандеру и не получил в ответ ничего, кроме взрыва помех. — Арион, — обратился он, не оборачиваясь. — Продолжай вызывать Девятую.

— Да, брат. — Арион отошел назад и начал тихо повторять слова сержанта на различных вокс-частотах.

Ползучая мерзость внутреннего разложения корабля не попадалась Третьей Чешуе. С момента стычки с существами из пыли, они больше ничего не видели. «Проклятая Вечность» снова обрела привычный вид, и их первоначальное напряжение начало уменьшаться, хотя ни один не терял бдительности.

— Здесь все в порядке. Больше нападений не было. — В вокс-бусине Коридона раздался голос Ариона. От Девятой по-прежнему не было ответа и это сильно беспокоило его. Воин большого благородства и решимости, Коридон еще не был готов отказаться от своей личной миссии в пользу отделения Эвандера. Последнее принятое им сообщение говорил о том, что у его братьев все хорошо и это мог быть просто временный сбой связи. Он проверил свое ретинальные данные на предмет текущих жизненных показателей его далеких братьев. По крайней мере, эта связь, кажется, работала; вся Девятая Чешуя была в полном здравии, их руны-показатели были зелеными и не мигали. У него не было данных по отделению Кровавых Мечей, но он испытывал полную уверенность, что с ними все будет в порядке.